Страница 52 из 129
Глава 15
Глава 15
Поселение
Апрель 882 года
Переговорщики ждали. Горыня рисковал, когда вышел на открытое пространство. На этом настаивал Здебор, следивший за варягами у их бывшего уже поселения. Нет времени, чтобы проследить за непонять откуда появившимися странными людьми.
Варяги, захватившие поселение извергов Горыни готовились к выходу в лес, для поисков остатков людей. Уходить же глубоко в чащу со всеми домашними животными, детьми, подводами с припасами и товаром, нет никакой возможности, тем более, что в густом лесу вся эта процессия станет только мишенью и для варягов и для зверья.
Этим варягами можно было дать отпор. И в общине Горыни были достойные воины, которые частью погибли, прихватив немало варягов. Но преимущество в количестве у пришлых бандитов было большое. Горыня ещё раньше послал вести в два ближайших поселения извергов, с которыми были контакты, но те отказали в помощи.
Вот оно! Если бы объединились, что все место можно было ставить под свой контроль и заявлять о себе, даже как о городе, с которым будут считаться. Но каждый за себя. Каждый надеется, что его не тронут.
Глава общины вышел на открытое пространство. Горыню прикрывали пять лучников — все, кто сносно владел луком. Еще были воины, что вышли вместе с Горыней. Ну и остается неполный десяток воинов, который остался с беженцами. Можно было вооружить и землепашцев, но толку от этого никакого. Давать же варягам бой тридцатью тремя воинами, большинство из которых безусые юнцы — убить всех.
Не скажу, что я вообще не растерялся. Но вовремя взял себя в руки. Следовало ожидать, что скоро или рано, но контакт состоится. Ну а когда понял, что по отношению к нам не должно быть агрессии, конечно пробовал вступить в диалог. Почему вышедшие не агрессивные? Так они вышли, а не напали внезапно, для чего, судя по всему, возможности были.
— Кто такие? — задал один из двух самых напрашивающихся вопросов я.
— А ты, мал летами, а по первой слово держишь, али ярл, конунг? — ответил вопросом на вопрос мужик, и добавил, ударяя себя в грудь кулаком: — Аз есмь Горыня.
— Меня зовут Игорь. Аз есмь Игорь. И это ты пришел на землю, где мои люди и моя пашня, — подражая пришельцу, отвечал я, между тем, не решившись землю назвать своей.
— Я Горыня. Я ведаю сии земли, и тако не было, яко же сейчас, дымов тех в камне не было, — пришелец указал на деревенские дома.
— Тогда не было, сейчас же есть, — мне не нравилась бессмысленная пикировка, чтобы хоть что-то прояснить, я обратился к Георгию. — Мужик, ты в плену? Зачем вообще людей привел сюда? Тебе первому голову прострелить?
Жорик стоял отрешенно, он просто устал бояться. Так же и говорил, с пустыми глазами, словно был роботом.
— На них напали варяги, они бегут, хотят просить о помощи. Все равно и вам придется отбиваться от бандитов, поэтому они решили посмотреть на вас и ваших воинов, чтобы вместе отразить нападение, — безучастно сказал Георгий, много наслушавшийся от лесных людей да последний день.
— Мы плату дадим за оборону животов чад и родовичей, — вновь сказал главный переговорщик от беглецов.
— Сколько тех варягов, и сколько людей приютить? — встрял в разговор Павел.
Пришлось повторять последний вопрос еще в трех формулировках, прежде, чем станет все понятно средневековым переговорщикам.
— Мы посоветоваться, — сказал я, осознавая, что решение принимать самостоятельно никак не могу. — Будьте гостями у нас, поешьте пока.
Гости начали перешептываться и что-то переспрашивать у Георгия, который стал чуть ли не переводчиком при общении с местными аборигенами.
— Катерина! — выкрикнул я.
— Катька! — поддержал криком меня Павел.
— Чего орете, оглашенные! То бабам в дом, то Катьку, — бурчала женщина.
Она вышла из ближайшего дома и направилась в сторону переговаривавшихся предков и их вероятных потомков, без особого любопытства, даже с некоторой брезгливостью, рассматривая пришедших гостей. Для чистоплотной и хозяйственной женщины видеть грязных и чумазых мужиков мало того, что с нестрижеными бородами, но и нечёсаными клоками волос, было противно.
— Катерина, гостей нужно накормить, накройте столы в палатке, дождь начинается, — сказал я и жестом пригласил гостей пойти за мной.
— А чего им дать то? Тушенку открыть? Или икру? — сокрушалась Катерина, уже призывая себе в помощники парней.
— Колбасу копченую поставь, хлеба, икру не надо, думаю, они ее сами в немалых количествах могут потреблять, ну и тушенки можно, только не в банках подавайте, — пытался я направить мысли Катерины.
Еще одним уроком не только мне, но и всем остальным потомкам-хронопутешественникам стало появление пяти лучников, среди которых была девушка, удивительно хорошенькая при этом. И вот она оказалась практически на территории лагеря, спрятавшись на березе, растущей на склоне. Многих я увидел, ее — нет.
— Похоже, Солдатик, нам нужно учиться и учиться. Тут, если бы не огнестрел, то положили бы нас, как куропаток. И пришлые могут думать именно так, что слабые мы, не внимательные, — высказался Павел, когда рассматривал спускающеюся с дерева девицу.
Вовнутрь палатки сперва вошли два пришельца, потом, видимо, не обнаружив опасности, остальные, оставив только одного человека на выходе. Это был молодой парень, годами скорее даже младше любого присутствующего из студентов, но уже выглядящий воином, пусть и безусым.
Я пропустил вперед Козака, но сам остался посмотреть, что к чему.
Охранник из пришлых старался выглядеть невозмутимым, но все равно крутил и головой, да и всем туловищем по сторонам. Девушки не все вышли из укрытий, но Катерине понадобилась помощь и она призвала Лиду с тремя помощницами.
Когда же на горизонте показалась рыжая полненькая Вика, бедный славянский воин застыл, как статуя и в прямом смысле начал сглатывать слюну от невиданной красавицы, ну в понимании парня.
Переговоры прошли… Ели, еще ели, потом выпили и закусили. Понятно было все. Еще Жорик кратко обрисовал ситуацию.
— Что думаете? — спросил я у мужчин и женщин расширенного Совета.
Собрались все деревенские, ну, кроме пацанов Шишона и детей Паши с Катериной. Николая так же пригласили, без его было сложно вести переговоры., оказалось, что именно этот преподаватель больше знает и понимает древнерусские наречия.