Страница 13 из 18
VII. Хозяйка
Отъезд Элвина отложили на три недели — достаточно, чтобы не давать повода для кривотолков. Слишком мало, чтобы по-настоящему сблизиться, особенно когда один из двоих – подросток на пороге не до конца понятных перемен, а другая недалеко от него ушла, но Алексина не спорила: Рик без того сделал немало шагов ей навстречу, теперь настала ее очередь. К тому же, нельзя было перебарщивать с просьбами и наставлениями, если она хотела стать в его глазах своевольной, но умной и заботливой женой, а не взбалмошной девчонкой...
Алексина хотела. Не только потому что "так принято" и "леди обязана": Рик оказался хорошим человеком, пусть и со своими странностями, и ей хотелось, чтобы он не пожалел, что женился. Или, по крайней мере, чтобы он видел, что она старается.
В первые дни вместе с экономкой и кухаркой она прилежно разбиралась в ведении хозяйства в поместье. Прежде ей казалось, что уж к этой-то стороне супружеской жизни она готова как нельзя лучше: она не боялась испачкать руки, знала, что на рынке почем, могла накрыть праздничный стол так, чтобы и в кошельке остались деньги, и гости ушли сытыми... На деле же, впервые появившись на кухне и ознакомившись с запасами всего и вся, Алексина самым постыдным образом запуталась в кухонной утвари и приправах! Позорище!
— Что-то не так, миледи? — уточнила хмурая кухарка, от которой растерянность молодой госпожи, конечно, не укрылась.
— Я впервые на такой роскошной кухне, — призналась Алексина. Все равно позориться, так уж проще сказать правду. — Дома меня учили готовить тем, что есть, из того, на что хватало денег. А здесь... кажется, я половину всей этой утвари впервые вижу!
В лице кухарки на миг промелькнуло изумление, но взгляд ее заметно потеплел:
— Разберетесь потихоньку. Маркиз говорил, вы учитесь магии, а там всяко сложнее.
— Учусь, да... и у меня есть кое-какие лечебные зелья, хотите я вам принесу список? Чтобы вы знали, с чем я могу помочь уже сейчас?
— Несите, конечно, — улыбнулась кухарка.
Интересно, почему она так хмурилась поначалу? Боялась, что новая жена Его Светлости окажется белоручкой, у которой одни наряды с развлечениями на уме? Алексина вздернула подбородок: уж в этом ее точно было не упрекнуть.
Конечно, нескольких дней было мало, чтобы ей начали доверять. Самым молодым слугам в поместье было за тридцать, самые главные – экономка, кухарка, старшая горничная – успели разменять пятый десяток. Жизнь в этом доме давно устоялась, но не как в болоте, а как… в вековой роще, пожалуй, где под сенью могучих деревьев каждый год сменяется трава, но редко появляются новые деревца. Алексина чувствовала себя елочкой среди дубов и берез, и могла разве что спрятать колючки и не тянуть ветки куда ее не просили, как можно крепче при этом врастая корнями.
Она как могла прилежно запоминала порядки, заведенные в этом доме – кто из слуг за что в ответе, к кому с каким вопросом можно обратиться, где и почем закупают все необходимое к столу, а у каких мастеров заказывают инструменты. Напросилась вместе с кухаркой на рынок и между рыбными рядами замучила ее вопросами – прежде на некоторых рыбин Алексина смотреть боялась, теперь ей предстояло решать, не приготовить ли таких красавиц на выходной обед. А дома кинулась записывать, поняла, что половину объяснений забыла, и метнулась на кухню уточнять…
Чтобы разобраться побыстрее и ничего не упустить из виду, она завела себе тетрадь для заметок — и уже через три дня разделила ее на две, для кухни и для всего остального, а к концу недели обе были исписаны больше, чем наполовину. Появились новые записи и в ее рабочей тетради – Алексина, как и предупреждала, один из дней полностью провела в часовне святой Оливии, помогая ухаживать за больными. Знакомая священница предложила помолиться вместе и, возможно, исповедаться, но Алексина вежливо отказалась: не то у нее сейчас было состояние души.
Ей хотелось не копаться в себе, а действовать – и она лечила, изучала, изо всех сил врастала в новую жизнь, где ее не очень-то ждали.
И каждое утро надевала коралловое ожерелье, сама не очень понимая, зачем. Может, чтобы Рику было приятно видеть на ней свой подарок... если он вообще замечал такие вещи.
В последние дни Алексина мужа видела только за обеденным столом. За те несколько недель, что он гасил долги лорда Карвейна и готовился к свадьбе, в его собственных владениях скопилось немало дел, в том числе требующих его личного участия. И почти все время Рик проводил в своем кабинете, а спать уходил к себе – видимо, так уставал, что к вечеру ничего уже не хотел. При других обстоятельствах это было бы обидно; сейчас Алексина скорее радовалась, что они оба заняты и не нужно думать, как не обидеть другого отказом. Она понимала, что скрепить брак им еще предстоит, и была, пожалуй, не против — в первый раз оказалось интересно и совсем не страшно, и дальше наверняка будет проще — но... не сейчас, когда от лавины новых знаний у нее к вечеру раскалывалась голова, а от бесконечного хождения по коридорам огромного поместья гудели ноги.
Благо теперь у нее была собственная ванная, где она могла лежать хоть каждый вечер, приходя в себя. Дома она всегда торопилась, чтобы матушка с отцом не ждали под дверью слишком долго, здесь же ванну не приходилось ни с кем делить — и Алексина лежала в теплой воде часами, изредка подогревая ее магией. Вода, казалось, вытягивала из тела боль и усталость, оставляя только теплую лень...
Кажется, она все-таки задремала прямо в ванне. Только проснулась не потому, что вода остыла, а от брызг в лицо.
— Ой! — еще не до конца проснувшись, она резко прижала колени к груди. И только потом, открыв глаза, наткнулась на насмешливый взгляд Рика. — Вот и зачем так пугать?
Да и вообще, разве можно будить мага? А если бы она его не узнала? Если бы ей снился кошмар? Если бы она спросонья вообще не сообразила, что случилось, и метнула боевое заклинание, не разбираясь?! А если...
— Извини, — но что-то Алексине не верилось в его искренность: улыбался Рик совсем как мальчишка, стащивший леденец и убежавший от праведного гнева торговки. — Мне просто не очень хотелось окунаться в воду, чтобы тебя вытащить, а оставлять в воде хотелось еще меньше. Пойдем спать?
— Ага, — она вылезла из едва теплой воды, но вместо того, чтобы закутаться в полотенце, на миг окружила себя вихрем крошечных язычков пламени. Кажется, Рик еще ни разу не видел, как она колдует... Нагревшиеся кораллы слегка обожгли ей шею, и только тут Алексина вспомнила, что не сняла ожерелье перед купанием. — Ой. Им ничего не будет?