Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 88 из 100

44 глава

Арс бьет все рекорды по сну за последние сутки. Уложив его в переноску, я иду на кухню. Легкий ужин и шарлотку вполне осилю, а на что-то более сложное уже не хватит ни времени, ни сил. Да и не факт, что все намеченное успею.

Со Степанидой у нас изначально были теплые, уважительные отношения, но мое расставание со Сколаром было отвратительным. Нет, я больше не чувствую обиды, что она тогда ничего не сказала про Саиду, когда я не раз упоминала о снах и женщине, которая мне снилась, а бабушка всегда уходила от ответов.

Но скажи она правду сразу, вероятно, сейчас не было бы этого чуда..

Заглядевшись на Арса, ловлю себя на том, что продолжаю размешивать уже давно растворившийся сахар в кружке, прокручивая в голове события прошлого лета. Еще и года не прошло, а как все перевернулось.. Будто в подтверждение моих мыслей Арс протяжно вздыхает.

Я откладываю ложку и подхожу к сыну.

На него хочется смотреть бесконечно, каждую свободную минуту. Даже когда он плачет, даже когда морщит нос и хнычет без видимой причины.

Чувства к Сколару, безусловно, никуда не делись. Но теперь сын будто усиливает их, делает объемнее, глубже. И это касается не только любви к мужчине. Это распространяется на все: на жизнь, на людей, на саму способность чувствовать.

Да и что отрицать, в глубине души я жду не дождусь мгновения, когда Степанида увидит правнука вживую. Любопытно поймать ее первую реакцию. И я обожаю, когда кто-то восхищается Арсом.

За окном уже совсем темно. Я выглядываю на улицу, включаю фонарь на террасе, и мягкий свет тут же подсвечивает дорожку к калитке.

Демьян по идее должен был уже приехать, но почему-то задерживается. Я решаю ему набрать и уже собираюсь зайти в дом, как вдруг слышу шум мотора. Фары выхватывают из темноты кусты зелени вдоль забора.

Машина заезжает во двор и останавливается у гаража.

Демьян выходит первым, обходит машину, чтобы помочь бабушке. В свете фонаря я вижу, как он подает ей руку. Вопреки моим ожиданиям, никакой женщины-помощницы, о которой он говорил изначально, рядом нет.

Степанида поднимает голову, вглядывается. Я делаю несколько шагов вперед.

— Здравствуй, Миша, — негромко, но отчетливо говорит бабушка, когда я приближаюсь.

У меня к горлу подкатывает комок, будто это моя родная бабушка. Или она там что-то успела нашептать, пока ехала? А может, это все мои бушующие гормоны?

Я осторожно ее обнимаю. Бабушкина фигура кажется меньше, чем я помнила, но такая же крепкая. Я вдыхаю знакомый запах, смесь ее трав и чего-то домашнего, теплого, будто печеные яблоки. Почти как от моей шарлотки. Степанида гладит меня по спине коротким движением и отстраняется:

— Все такая же красивая, Миша, — произносит она вполголоса. — Будто и не рожала..

— Раньше на два месяца..

— Да-да, помню.

— Идите в дом, я сейчас, — говорит Демьян, открывая багажник арендованной машины. — Хотя нет.. Я с вами.

Тоже не хочет пропустить встречу бабушки и правнука?

— Устали? А где помощница? — я беру Степаниду под руку и веду по выложенной плиткой небольшой аллее.

— В Москве решила оставить. Что мы тут, не справимся? Она меня в аэропорт проводила, Демьян встретил. А вернемся уже все вместе. Чувствую я себя значительно лучше. Потом в Ижевск, там еще на свежем воздухе побудем. Окрепнет наш мальчик окончательно.

— Ба, опять ты про Ижевск? Рано же еще.

Мы втроем проходим в дом. Я держу бабушку под локоть, хотя она больше опирается на трость, скорее для подстраховки, потому что шагает Степанида бодро и порог переступает без труда.

Демьян помогает ей снять пальто. Бабушка окидывает взглядом просторный холл и тихо повторяет:

— Хороший дом у Татьяны.

Мы проходим по коридору. Демьян показывает, где ванная. Бабушка, сполоснув руки и оставив трость у стены, идет на кухню.

— Ну, где там мой правнук?

Заметив переноску, сразу направляется к Арсу.

— Хоть глазком посмотреть.

Арс сопит тихонько, губки бантиком, крошечный кулачок выбрался из-под одеяльца, и сжат.

Бабушка наклоняется, опираясь руками о край дивана, куда я поставила переноску. Ее лицо рядом с личиком ребенка.. У меня внутри все замирает от волнения. Два человека, разделенные почти восемью десятилетиями. В кино такие моменты всегда вызывали у меня необъяснимый трепет.

— Вот он какой.. — шепчет бабушка, и в голосе появляется особенная хрипотца, которая бывает, когда изо всех сил сдерживаешь эмоции. — Бог ты мой.. Чудо какое.

Она осторожно тянется пальцем к крохотной ручке. Мой сын во сне, не просыпаясь, инстинктивно обхватывает бабушкин указательный палец своей маленькой ладошкой. Степанида тихо ахает, то ли от умиления, то ли от неожиданности. Смотрит на спящего младенца и вдруг прикрывает свободной рукой рот.

— Все хорошо? — шепчет Демьян, положив руку ей на плечо.

— Да, — так же тихо отвечает бабушка, оборачиваясь к нему. И я вижу, что глаза у нее полны слез, которые она уже не пытается скрыть. — Хорошо-то как..

Она выпрямляется, достает платок, вытирает глаза и снова принимает свой привычный, спокойный вид.

— Извиняйте.. расчувствовалась, — бормочет она. — Я уж и не ждала, Демьян..

Я тоже шмыгаю носом и украдкой смахиваю слезинки. Бабушка присаживается рядом с переноской, долго и внимательно смотрит на спящего малыша, будто старается запомнить каждую черту.

— Спит крепко, — полушепотом говорит она. — Хороший мальчик. И сильный будет.

Потом неожиданно мягко добавляет:

— Спасибо тебе, Миша. Я ведь знаю, как непросто тебе пришлось.

— Все.. все нормально, — смущаюсь я и намеренно не хочу возвращаться к прошлому.

Бабушка еще раз поглаживает крохотную ладошку, не отрывая взгляда от Арса. Мы с Демьяном какое-то время просто стоим рядом, молча. Затем я иду доставать пирог, а Демьян заносить вещи.

Мы даже успеваем попить чай с пирогом. Есть Степанида с дороги отказалась, сказав, что в самолете хорошо покормили.

На мгновение я замираю, не сводя глаз с ее рук, пока она пьет чай. Помню, как раньше бабушка изо всех сил старалась скрыть дрожь, прижимала ладони к коленям или сцепляла пальцы замком. А если брала кружку, то только двумя руками, и все равно фарфор тихо позвякивал о блюдце. Сейчас же — ни намека.

— Смотрю, с руками у вас.. намного лучше, — осторожно говорю я.

Бабушка ставит чашку на стол и шутливо шевелит пальцами в воздухе.

— Ага. Разработала, — отзывается небрежно. — Доктора молодцы, постарались. Да и я не ленилась, все упражнения делала. Не терпится уже домой вернуться.