Страница 7 из 11
Глава 6. Девичник на кухне
Глава 6. Девичник на кухне
Глава 6. Девичник на кухне
— Ты. Что. Сделала?!
Дина сидит у меня на кухне с бокалом вина, и этот бокал опасно кренится.
Сегодня у меня выходной. Дина приехала с бутылкой красного и чизкейком из нашей любимой кондитерской, потому что «ей надо знать подробности». Сергей, как она сказала, отпустил её до полуночи.
— То, что слышала, — я отламываю ложечкой кусок чизкейка. — Сначала он отлизал со всем усердием. А потом я сказала «Спасибо, было очень мило» и ушла. Бросила его со стояком прямо в его кабинете.
— Лика!
— Что?
— Ты кинула Тимура Фролова. Посреди… посреди… — Дина машет руками, подбирая слово. — Посреди сделки!
— Сделку он предложил сам, — пожимаю я плечами. — Я просто внесла поправку.
Дина смотрит на меня. Потом на чизкейк. Потом снова на меня.
И вдруг начинает хохотать.
Вино выплёскивается ей на джинсы, а сама она сползает со стула. Соседка снизу стучит по батарее. Всё как в старые добрые времена.
— «Спасибо, было очень мило», — стонет Дина, вытирая слёзы. — Господи. Лика. Ты гений.
— Я знаю.
— Ты сумасшедшая.
— И это знаю.
Когда Дина наконец успокаивается, она смотрит на меня уже серьёзно.
— Лик. А ты не боишься? Он ведь владелец. Он может сделать что угодно.
Я верчу на пальце мамино кольцо.
— Динуль. Я в девять лет похоронила родителей. Восемь лет прожила с тётей Галей, которая продала бы меня на органы, если бы нашла покупателя. Подозреваю, она даже читала объявления в интернете. Просто побоялась, что обманут с оплатой. Три года танцую в клубе, где каждый второй пьяный мужик считает, что я продаюсь вместе с шампанским.
Я делаю глоток вина.
— Я уже ничего не боюсь. Особенно мужчин в дорогих пиджаках.
Дина молчит. Потом кладёт ладонь на мою руку.
— Ты лучше всех, ты знаешь?
— Знаю, — улыбаюсь я. — Ешь чизкейк.
Мы едим чизкейк.
— Слушай, — Дина вдруг смущается. — А можно я Серёже расскажу?
— Про что?
— Про… «было очень мило». Он с самого утра ходит вокруг меня и спрашивает, не звонила ли ты. Ему ужасно интересно, что у вас с Тимуром. Они же двенадцать лет дружат, а Тимура ещё ни одна девушка так… не обламывала.
Я задумываюсь на секунду.
Потом представляю лицо Тимура Фролова, когда его лучший друг узнает подробности.
— Рассказывай, — разрешаю я. — Можешь даже с выражением.
Через два дня Дина звонит мне снова.
И сразу начинает смеяться в трубку.
— Лика, — говорит она, задыхаясь. — Я рассказала Серёже.
— И?
— Он чуть не умер. Серьёзно. Он смеялся так, что подавился кофе. Я думала, придётся вызывать скорую. Он сидел на полу на кухне и стонал: «Дамы вперёд… дамы вперёд…»
Я хохочу вместе с ней.
— А потом?
— А теперь каждое утро он присылает Тимуру смайлик с убегающей девушкой. И подпись: «Дамы вперёд».
— Каждое утро?
— Уже два дня подряд. Ровно в восемь.
— А Тимур?
— А Тимур отвечает только одно, — Дина опять смеётся. — «Иди к чёрту, Серый».
Я падаю на диван и смеюсь так, что болит живот.
Где-то на другом конце Москвы самовлюблённый павлин каждое утро получает напоминание о том, как его оставили ни с чем.
Жизнь прекрасна.