Страница 4 из 120
Ну разве можно удержаться и не подразнить его немножко? Если это игра — то я играю, а если это мои галлюцинации — то вообще какой с меня спрос? Он посмотрел сверху недовольно. Наверное, всё-таки женат. Жаль.
— Я предупредил один раз, дева. В следующий раз я сделаю то, что сказал, — бросил тихо и тронул пятками бока коня.
Сомневаюсь, что ты и правда выкинешь меня на полном ходу. Так, попугать. Но проверять я, конечно, не собиралась. Эти чокнутые явно не знали границ. Оставалось надеяться, что химчистка ещё спасёт этот итальянский костюм. И зачем я надела белое именно сегодня⁈
Кавалькада пришла в движение. Краем глаза я заметила, как все, все до единого, даже кони, по широкой дуге объезжали тёмно-серое облако на месте моего падения. Оно так и вилось там, где лежал кинжал. Не рассеивалось. Ветер от одежд и лошадей его даже не колыхал. Трава под ним почернела, словно гнила годами, а конец коряги, которой рыжебородый выталкивал кинжал, осыпался в мелкую труху.
Дым, который ест дерево.
Я смотрела на это облако, и заготовленная претензия Роману Игоревичу про премии, суд и моральный ущерб вдруг застряла где-то на полпути. Потому что никакой команды операторов между деревьями не было: ни камер, ни дронов, ни площадки кейтеринга. Был только лес до горизонта, люди на лошадях, остывающая кровь на лошадиных боках и рука мужчины, пахнущего дымом и кровью, поперёк моего живота.
Спокойно, Алиса. Из любого кризиса есть выход, ты этим на жизнь зарабатываешь! Вот только впервые я совершенно не понимала, а где здесь дверь?
Меня передёрнуло — то ли от холода, то ли от этой мысли.
— Перестань дрожать. Ты раздражаешь коня. — тут же раздалось сверху.
— Я мёрзну, — беспомощно огрызнулась я, постаравшись расслабиться в чужих объятьях.
И, кажется, раздражала я вовсе не коня.