Страница 73 из 75
Глава 19
Речь Наследника
У ворот в замок уже образовалась очередь, но Мистики вели себя сдержанно и не конфликтовали друг с другом. Дождавшись своей очереди, мы прошли внутрь и оказались в зале гигантских размеров с мраморным полом.
Далеко впереди возвышалась сцена, а под потолком висела огромная люстра в виде дракона, раскинувшего крылья. Дракон тускло сиял, частично освещая помещение.
Мы нашли себе место и встали одной группой.
Шло время. Где-то через пятнадцать минут дракон под потолком засиял ярче, а затем из его пасти вырвался луч света и упал на сцену.
А там уже стоял человек.
Мужчина средних лет, не скрывающий лица, с густыми бакенбардами и усами. Чем-то он и правда походил на своего предка, похожего на Шерлока Холмса.
Одет мужчина был в янтарный плащ, по которому переливались серебром необычные символы.
Вдруг от него разошлась волна энергии, заставившая всех Мистиков притихнуть.
Наследник — а это явно был он — поднял руку. Ладонь заискрилась, и над ней возникла маленькая шаровая молния. Она начала стремительно расти, пока не стала больше самого Наследника.
Мужчина медленно опустил руку, и сфера приподнялась выше, сверкая над его головой.
Выглядело реально эпично.
— Приветствую каждого, кто принял моё приглашение и пришёл в мой дом, — голос раскатился под самыми сводами, негромкий, почти домашний. — Здесь нет чужих. Каждого из вас я считаю своим гостем.
Мистики молчали.
— Вы могли заметить, что в этот раз мои люди выставили гораздо больше товаров, — Наследник неспешно обвёл взглядом зал. — Были раскрыты даже те разработки, которые прежде доставали лишь в самых отчаянных случаях. Многие из вас наверняка подумали, что я к чему-то готовлюсь.
Он замолчал. Пауза тянулась долго — достаточно долго, чтобы каждый в этом зале успел договорить фразу за него.
— И вы правы, — просто сказал Наследник. — Вы абсолютно правы.
По залу прошелестел шёпот. Искра рядом со мной подобралась, а Колос сжал кулаки.
— Ситуация с каждым днём становится всё хуже, — продолжал мужчина, и голос его по-прежнему звучал ровно, буднично, будто он говорил о погоде. — Впрочем, зачем я это рассказываю? Вы и сами всё видите. Вы видите это каждое утро, когда выходите из своих домов. Гданеж — жемчужина планеты, город, куда съезжались лучшие мастера мира, — теперь грязная провинция с дырявыми мостовыми. Бернгольд с каждым годом всё больше напоминает тень самого себя. Наш янтарит грузят в чужие вагоны. Наши заводы работают на чужие армии. Наши дети учатся по чужим учебникам — и знаете, что там написано про их дедов?
Он выдержал паузу.
— Что деды были чудовищами. Что нас правильно наказали. Что нам ещё повезло.
Гул в зале стал громче.
— Нам навязали правительство, которое послушно кивает и подписывает, подписывает, подписывает, — Наследник наконец повысил голос, и слова начали падать тяжело, как удары молота. — Они переименовали нашу страну — и назвали это милосердием. Они запретили нашу историю — и назвали это просвещением. Они вырезали Мистиков и всю их родню — и назвали это законом!
Толпа шевельнулась. Где-то в глубине зала кто-то глухо, зло выкрикнул ругательство.
— Они думают, что мы забыли, кем являемся! — Голос Наследника сорвался в крик, и мне показалось, что от него дрожит воздух. — Они думают, что за шестьдесят лет можно вычистить из человека тысячу лет! Они думают, что мы позволим себя растоптать!
Внутри меня начала подниматься злость.
Так, а это ещё что такое?
Я стиснул зубы и попытался успокоиться, но злость никуда не делась. Она поднималась откуда-то из живота, горячая, чужая, и требовала одного — орать вместе со всеми.
— Нет! — рявкнул Наследник, и шаровая молния над его головой полыхнула так, что по маскам в зале побежали белые блики. — Я этого не позволю! И народ Янтарной Империи этого не позволит! Мой предок покорил все страны мира и заставил их склониться. Вот чего они нам не простят — никогда! Они мстят нам не за жестокость. Они мстят нам за то, что мы победили. И они не остановятся, пока от нас не останется даже имени!
Наследник тяжело дышал, оглядывая присутствующих.
Мистики дрожали от ярости. Они рычали, словно были готовы прямо сейчас броситься в атаку. Колос негромко шипел, матерясь и клянясь уничтожить всех и всё.
А я пытался справиться со злостью, из-за которой, казалось, вскипала кровь.
Тут явно дело нечисто. Я не принадлежу этому миру. Я не янтарец, чтобы настолько остро реагировать на его слова. Скорее всего, это влияние какого-то артефакта.
— Они хотят стереть нас, — уже спокойнее произнёс Наследник. — И знаете, в чём их главная ошибка? Они уверены, что уничтожают страну моего предка. Что достаточно вычеркнуть одно имя, снести пару памятников, переписать полвека истории — и дело сделано. Они рубят ветку и думают, что убили дерево. А у этого дерева корни уходят на две тысячи лет вглубь. Янтарная Империя куда старше моего предка.
Он неспешно двинулся вдоль края сцены.
— Ещё в Древнем Мире Ареш Златоликий, Царь Царей, Собиратель Сокровищ, величайший правитель всех времён и народов, один из Владык Мира Духов, взял крохотную страну, зажатую между морем и болотами, — и сделал из неё Империю. Он первым раскрыл глубинные свойства янтарита. И в честь этого сокровища назвал свою державу.
Наследник остановился.
— Спросите себя: где тогда был Альтенбург? Где был Альбион, который сегодня учит нас жить? Их не было. Не было ни городов, ни имён, ни языков. А наши войска уже стояли на берегах всех известных морей. Все страны, что существовали в Древнем Мире, склонились перед нашим знаменем. Все. Без исключения. И если кто-то забыл, я напомню, — Наследник поднял палец. — Именно при Ареше Златоликом свершилась Священная Ночь.
Он развёл руки, и шаровая молния над его головой полыхнула ярче.
— Янтарная Империя — древнейшая из всех существующих стран! И её собираются уничтожить! Втоптать в грязь! Превратить в пустоту!
— Не позволим! — заорали слева.
— Мы с тобой, Наследник!
— Уничтожим!
— Освободим!
Зал прорвало. Крик покатился волнами от сцены к дальним стенам, кто-то вскинул кулак, кто-то бил тростью в пол, и постепенно из общего рёва проступило одно слово, которое подхватывали всё новые глотки:
— Им-пе-ри-я! Им-пе-ри-я!
Колос орал вместе со всеми, запрокинув голову. Орала почти вся наша группа.
Молчали только трое: я, Искра и Вьюн.