Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 56 из 75

— Вряд ли, — покачала головой Искра. — Наследнику сейчас нужна любая поддержка, и он не станет идти против нашей организации. — Она довольно усмехнулась. — Сейчас мы можем считаться одной из сильнейших организаций Гданежа.

— Возможно, — задумчиво отозвался Вьюн. — Будь это пару лет назад, он бы точно попробовал переманить Шокера. Но сейчас, когда обстановка так сильно накалилась, — вряд ли.

— А как группировки Мистиков делятся по силе? — спросил я. — По количеству тех, кто заключил контракт со Старшими Духами?

— Да, — кивнул Колос. — Сейчас у нас таких пятеро. Включая тебя. Это уже высокий уровень.

— Пятеро? Жила тоже? — поинтересовался я.

— Нет, — покачал головой Колос. — Пятая скромно зовёт себя Фермершей.

Я вспомнил ту дородную тётку в коричневой маске.

— Так зачем ты нас позвала? — Колос посмотрел на Искру.

— Через два часа нас впустят в закрытую секцию, — ответила та. — Будьте рядом.

— Что за закрытая секция? — полюбопытствовал я.

— С восточной стороны есть здание, вход в которое охраняют двое Мистиков, — Вьюн указал рукой в нужную сторону. — Это закрытая часть рынка, где продаются запрещённые вещи. Доступ туда получить очень сложно. — Он с любопытством обратился к Искре. — Как ты умудрилась?

— Демонстрации Шокера хватило, — ответила она. — С пятью Старшими Мистиками мы уже достаточно сильны, чтобы получить туда доступ.

— А сколько Старших Мистиков у Наследника? — спросил я.

— Неизвестно, — покачала головой Искра. — Но Наследник силён не своими офицерами. Он сам заключил контракт с Громовержцем и, по сути, является Высшим Мистиком. Более того, у него есть множество редчайших артефактов. И нельзя игнорировать его резиденцию, которая сама по себе равна целой армии.

Искра посмотрела в сторону замка.

Я задумчиво кивнул.

— Два часа, — повторила она. — До этого времени можете быть свободны. Советую всем посетить лавку с настойками янтарита и попробовать экстракт синего янтарита. Хоть это и накладно, но весьма полезно.

— Спасибо за совет, — улыбнулся я.

Остальные тоже поблагодарили Искру.

— А вы не знаете, где тут туалет? — усмехнулся я и почесал затылок.

— На юго-западе, — Вьюн кивнул в нужную сторону. — Дойди до самого конца, там небольшая столовая. Уборная при ней.

— Спасибо.

Я направился в указанную сторону, на ходу сунув руку в карман. Пальцы нащупали два сломанных артефакта — мужской перстень и женское кольцо с почти уничтоженным камнем.

Два часа.

Я чуть ускорил шаг и проверил время. Уже третий час ночи.

Не знаю, насколько мы задержимся в этой закрытой секции. Но, скорее всего, сразу после неё нас соберут на торжество к Наследнику. А это значит, что времени у меня совсем мало, поэтому стоит поторопиться.

Я ускорил шаг и вскоре обнаружил ту самую столовую. Внутри сидели Мистики — трапезничали и о чём-то переговаривались.

Туалет нашёлся рядом, в отдельном здании. Я вошёл, закрылся в одной из кабинок, опустил крышку унитаза и сел на неё.

Первым делом я выплюнул в ладонь жемчужину и вгляделся в неё, обращая внимание только на последние две надписи.

Заряд: 1420 из 5000.

Заряд: 100 из 100.

Офигеть. За весь бой я спустил триста восемьдесят единиц заряда. И как только умудрился?

Убрав жемчужину в карман, я взял перстень, сжал его в кулаке и активировал Диагностику. По пальцам пробежали искры.

Я раскрыл кулак и пригляделся к надписи.

Объект: Золотая печатка с резной гербовой вставкой.

Материал: золото 56-й пробы, чернь, стальная вставка щитка.

Возраст изделия: 182 года.

Состояние: сильно повреждена.

Повреждения: шинка разорвана и деформирована; щиток вмят, резьба герба смята и частично утрачена; глубокое оплавление металла по краю щитка; чернь выгорела; поверхность покрыта копотью и окалиной; утрачены фрагменты золота по линии разрыва.

Доступно: Восстановление, Погружение.

Заряд: 87,9 из 100.

Чуть замешкавшись, я всё же активировал Погружение. Не хотелось упускать ни единой возможности узнать историю этого мира.

Меня затянуло в видение.

…Я сидел у окна за рабочим столом и что-то писал на незнакомом языке, спешно выводя символ за символом. Письменность была похожа на азиатскую — какие-то иероглифы. Писал я очень быстро и явно нервничал.

Тут снаружи раздался взрыв, а следом крики.

Выругавшись, я вскинул голову и глянул в большое арочное окно.

Прямо в воздухе из невидимости проявлялся гигантский дирижабль. Из него начали высаживаться люди — с десяток, все в оранжевой форме Янтарной Гвардии. Большинство падало вниз, но некоторые вылетали из гондолы и самостоятельно держались в воздухе. В руках они сжимали автоматы.

Раздалась серия выстрелов. Затем дирижабль вздрогнул и выпустил яркую вспышку.

Всё вокруг меня почернело. Человек, в теле которого я оказался, умер.

Я осознал, что сижу на унитазе и тяжело дышу, стискивая перстень в руке.

Похоже, только что я увидел один из эпизодов Великой Войны. Янтарная Гвардия атакует чью-то резиденцию — в Хинокате или Тяньлине. Если разберусь в письменности этих двух стран, то точно пойму, где именно.

Я похлопал себя по карманам и досадливо поморщился.

Жаль, не додумался взять блокнот. Сейчас бы по памяти перенёс иероглифы — вдруг там что-то важное. Хотя вряд ли, конечно. Было похоже на какое-то поспешно написанное письмо или депешу.

Ну ладно, и так неплохо.

Я сжал перстень и активировал Восстановление. Мой кулак покрылся всполохами электричества.

Хм… Какие странные ощущения. Кажется, я могу регулировать количество выпускаемого заряда. Если уменьшу поток электричества, то, может, Восстановление замедлится? А если выпущу ток импульсом — починка ускорится?

Пока я пытался понять новые ощущения, Восстановление завершилось.

Почерневший и изломанный перстень стал как новый.

Копоть с окалиной сошли, будто их и не было. Шинка вновь сомкнулась в ровное кольцо, а щиток налился густым, тяжёлым золотом. По его краю проступила чернёная кайма.

Я поднёс перстень ближе к глазам.

В центре щитка была вырезана птица с длинной изогнутой шеей — не то журавль, не то цапля, — а под ней шли два незнакомых иероглифа. Надо узнать, из какой страны эти иероглифы.

Сунув перстень в карман, я достал второе кольцо. Оно выглядело куда хуже перстня — чёрный обугленный обрубок, в котором с трудом угадывалось украшение.