Страница 5 из 75
Глава 2
До свадьбы не заживет
Хрустальная улица.
Искра, она же Линьси из великого дома Сюань, кипела от злости, сидя в экипаже. Она старалась лишний раз не шевелить правой рукой — при каждом движении под кожей будто лопались десятки тонких игл.
Экипаж качнулся, и Линьси зашипела от боли.
В ней вспыхнула целая гамма эмоций по отношению к Артуру Ричи. Ярость, желание уничтожить, растоптать. Но в то же время… Страх.
Да, страх.
Линьси не хотела этого признавать, но она боялась этого лавочника и его силы. Та молния, что он выпустил, была по-настоящему страшна.
Линьси, Повелительница Огня, за всю свою жизнь не проиграла ни в одной битве Мистиков. Она сжигала врагов заживо, а чужой огонь был ей не страшен — она спокойно выдерживала любой жар.
Но с Артуром Ричи всё было иначе.
Его молнии причиняли чудовищную боль. Казалось, они разрывали каждую клеточку её тела. А ведь раньше Линьси искренне считала, что электричество ей не страшно — точно так же, как и пламя.
Как же она ошибалась…
Артур Ричи оказался волком в овечьей шкуре.
Когда Линьси вышла из его лавки, её первой мыслью было уничтожить его. Сжечь лавку, а Артура повесить. Но… Она не сделала этого.
Было несколько причин. И одна из ключевых — Линьси не была уверена, что её люди справятся.
С родины с ней приехали весьма сильные Мистики, но все они были куда слабее её самой. А вот Артур Ричи, судя по тому, что он показал, мог одолеть даже её. И Линьси страшилась этого. Она боялась его.
А вместе со страхом приходило и другое чувство.
Желание. Похоть.
Линьси вспомнила его руку на своём горле и боль от разрядов. Она вспомнила, как он сунул ей в рот револьвер, и что он ей прошептал на ухо.
Линьси тяжело задышала и с трудом сдержала стон. В ней вспыхнула ярость на собственную реакцию — она чуть не спалила экипаж вместе с лошадьми. Она сдержалась, хоть и не до конца — диван напротив слабо задымился.
Линьси не обращала внимания на дым. Она вспоминала, что он ей говорил.
Артур Ричи кое-что пообещал ей напоследок. Пообещал, что исполнит свои «угрозы», которые нашептал ей на ухо, если она принесёт ему чёрные свечи.
Но зачем ему лунные свечи?
Линьси перебрала в памяти странное поведение Артура в лавке и пришла к определённому выводу.
За Артуром наблюдают. Возможно, какой-то Мистик, умеющий выходить из тела. Или кто-то другой — но именно из-за наблюдения Артур не может расслабиться и отдаться своим чувствам.
Что ж. Она достанет ему лунные свечи.
Но если он снова разочарует её — Линьси уже не станет сдерживаться. Она выложится до конца и сделает всё, чтобы спалить его дотла.
* * *
Я подошёл к Габриэле и её ухажёру. Мне сразу бросилось в глаза выражение лица девушки — она словно натянула маску, её улыбка была совершенно неживой. В глазах плескалась тревога и даже страх.
— Госпожа баронесса, — я учтиво поклонился, а затем перевёл вопросительный взгляд на мужчину. — Господин…
— Меня зовут Энтони, — мрачно отозвался он. — Энтони Син.
— Артур Ричи. Рад познакомиться, — кивнул я. — Прошу прощения за задержку, были срочные дела.
Открыв ключом свою лавку, я вошёл внутрь. Гости последовали за мной. Энтони тут же скривился от запаха гари. Его взгляд скользнул по чёрным пятнам на полу и одной из разломанных витрин.
— Что тут случилось? — хмуро спросила Габриэла.
— Небольшое возгорание, — виновато ответил я. — Не обращайте внимания. Когда я работаю, то всегда с головой ухожу в дело и не вижу, что происходит вокруг. Вот и сейчас не заметил, как по полу растеклось масло, а потом загорелось. — Я покачал головой. — Но ничего, завтра всё восстановлю.
— Боюсь, для этого вам придётся снести этот сарай и построить на его месте что-то нормальное, — брезгливо обронил Энтони. Он повернулся к баронессе: — Дорогая, ты уверена, что именно этот мастер дважды чинил твоё колье?
— Да, это он, — сухо ответила Габриэла.
— Что ж, поверю тебе на слово, — Энтони насмешливо посмотрел на меня. — У нас к вам ещё один заказ.
Он достал из внутреннего кармана кулон на золотой цепочке и протянул мне. Я аккуратно его взял и осмотрел.
— Лёгкая работа, — оценил я. — Крышка сломана, корпус чуть погнут. Думаю, справлюсь за три-четыре дня. Приходите через…
— Я приду через четыре часа, — резко перебил Энтони. — К этому времени кулон должен быть починен.
— Что? — я приподнял бровь.
— Что слышал, — усмехнулся он. — Через четыре часа. Если не починишь, у тебя будут проблемы.
Я вопросительно посмотрел на Габриэлу.
— На меня смотри, — зарычал Энтони, подавшись вперёд. — Я твой заказчик.
Ох… У него точно не всё в порядке с головой. Бешеный пёс. От такого лучше держаться как можно дальше.
— Хорошо, хорошо, — примирительно сказал я. — Если отложу все дела, забуду об ужине и полностью сосредоточусь на работе, то, думаю, четырёх часов мне хватит.
Энтони фыркнул, глянул на баронессу и бросил:
— Уходим, дорогая.
— Да, — кивнула она.
Движения девушки были механическими, как у куклы. Энтони и Габриэла направились к выходу. Первым вышел мужчина. Баронесса же, чуть задержавшись, повернулась ко мне и прошептала одними губами: «Беги!».
А затем скрылась за дверью.
Я остался один, задумчиво раскачивая в руке кулон.
Похоже, мне надо подготовиться к приходу этого придурка.
Покачав головой, я направился в каморку и сел перед лакированной коробкой, которую всё больше и больше начинал ненавидеть. Пора подзарядиться.
— Что будешь делать? — спросила Шарлотта, когда я зацепил клеммы за ноги.
— А что тут поделать? — пожал я плечами. — Буду надеяться, что он не станет на меня нападать.
— А если всё же нападёт? — Шарлотта была явно встревожена.
— Ну, тогда дам отпор, — усмехнулся я. — Или думаешь, что я не справлюсь с этим выскочкой?
— Я думаю, ты справишься, — задумчиво протянула Шарлотта. — Только у тебя тогда появятся большие проблемы.
— Просто немножко помну ему бока и разукрашу лицо, — отмахнулся я. — Вряд ли он будет всем рассказывать, что его избил лавочник с окраины. Постесняется. А если ещё раз наедет, тогда уже можно и посерьёзнее поколотить.
Хоть я и говорил спокойно, но это было для успокоения Шарлотты. На самом деле я понимал, что мне могут грозить весьма серьёзные проблемы.