Страница 43 из 75
Глава 14
Я моментально развернулся и вскинул меч. Чужое острие уже было совсем близко к спине, но пси-поле позволило правильно подставить клинок ещё до того, как я увидел атаку глазами.
Короткий удар, звон металла — и летящее оружие ушло наискось вверх, почти в обратную сторону. Руку слегка дёрнуло. Я сразу выставил свой меч перед корпусом и посмотрел на источник угрозы.
Тёмноволосый первокурсник в этот момент прыгнул с трибун, поймал отбитый клинок за рукоять прямо в воздухе, приземлился на белый песок и без малейшего замешательства направился ко мне. Шёл быстро, держа оружие опущенным. На лице оставалась та самая ухмылка, с которой он только что наблюдал за тем, как я избиваю Хана.
Он подошёл и нагло заявил:
— Настала моя очередь.
Я недоумённо посмотрел на него. Он остановился достаточно близко, чтобы мой меч при коротком выпаде достал до его груди. Ни брони, ни попытки прикрыться. Просто стоял передо мной в форме первого курса и улыбался, будто мы заранее обо всём договорились.
Я уже открыл рот, собираясь спросить, что это вообще было, но парень вдруг нахмурился. Его взгляд соскользнул с меня на Хана, который всё ещё стоял рядом и тоже в шоке пялился на него. В следующую секунду темноволосый сорвался с места и сходу ударил второкурсника в корпус.
Хана оторвало от песка и отбросило на несколько метров. Он даже руки для защиты выставить не успел. Рухнув на спину, проскользил дальше и перевернулся на бок, поднимая вокруг себя белое облако.
Я удивлённо поднял брови. Быстрый, зараза. Думаю не сильно уступает даже мне. Парень уже опустил ногу, снова повернулся ко мне и чуть приподнял подбородок, словно ничего не произошло.
— Ты…
Договорить я опять не успел. Рядом вдруг оказался судья. Момент его перемещения пси-поле словно вообще не уловило: ещё миг назад преподаватель стоял в стороне, а теперь был возле нас. Его нога врезалась первокурснику в живот раньше, чем тот успел повернуть голову.
Парня сорвало с места как пушинку. Меч отлетел в одну сторону, сам он — в другую. Пролетев метров десять, он ударился спиной о песок, проскользил ещё немного, а затем перевернулся на бок и упёрся ладонями в землю. Воздух вышел из его рта с коротким сдавленным хрипом.
Я посмотрел на судью и на всякий случай отступил на два шага. На худом лице мужчины не осталось и следа прежней усталой невозмутимости. Челюсти стиснуты от злости, брови сведены, а глаза сверлят упавшего студента. Меня преподаватель, к счастью, даже взглядом не удостоил.
Тёмноволосый подтянул ногу, с трудом встал, выпрямился и несколько секунд стоял, прижимая руку к солнечному сплетению. Второй ладонью смахнул песок с лица. Судья дождался, пока он поднимет голову, и рявкнул:
— Ты что себе позволяешь, щенок⁈ Ещё одна такая выходка — и я лично отделаю тебя на этой арене так, что мать родная не узнает! Ты меня понял⁈
Зычный голос прокатился над песком и ударил по ушам. Кто-то из зрителей, собиравшийся что-то выкрикнуть в ответ на случившееся, сразу закрыл рот. Сам виновник представления кашлянул, поморщился и наконец убрал ладонь с живота. После чего неожиданно весело усмехнулся.
— Чётко и ясно, господин судья! Больше такого не повторится! Ваша тяжёлая нога тому свидетель!
У преподавателя дёрнулась щека. Парень выдержал его взгляд, хотя распрямиться до конца у него получилось только со второй попытки. Ухмылка при этом никуда не исчезла. Не злая и не натянутая. Судя по лицу, происходящее всё ещё его забавляло.
Я чуть опустил остриё меча. Сбоку Хан приподнялся на локтях, затем встал на колено. Судья на мгновение посмотрел в его сторону, убедился, что тот поднимается, и снова перевёл взгляд на первокурсника. Несколько секунд молчал. Затем шумно выдохнул через нос.
— Зачем ты вообще вышел на арену? И с какой стати бросил меч в другого студента?
Тёмноволосый выпрямился и сделал шаг к лежащему оружию. Наклонился, поднял его за рукоять, затем повернулся к нам. На чёрной куртке белел песок. Он провёл по груди свободной ладонью, и я наконец обратил внимание на вышивку справа.
Ник Кросс.
Я не сдержался и усмехнулся. Вот, значит, как выглядит мой сосед. Уильям говорил, что характер у него ещё более несносный, чем у меня. Пожалуй, Данте зря сомневался. Мне хотя бы хватило терпения сначала зарегистрироваться и выслушать правила, прежде чем кого-то бить.
Ник заметил мою усмешку, весело подмигнул и ответил судье:
— Это был дружеский жест. Хотел привлечь его внимание к следующему противнику.
Он широко улыбнулся и ткнул себя большим пальцем в грудь.
— Ко мне.
Судья медленно повернулся в мою сторону. Я встретил его взгляд и невольно приподнял бровь. После того, как меня едва не насадили на летящий меч, выяснять степень нашей дружбы выглядело несколько странно. Но он это сделал.
— Это правда? Вы с ним друзья и собираетесь драться на арене?
— Да я этого психа впервые вижу! — возмутился я. — И никакой дуэли с ним не планировал.
Для ясности убрал свой меч в инвентарь и развёл пустые руки. Ник, судя по лицу, нисколько не обиделся. Только наклонил голову и посмотрел на меня с таким выражением, будто я пропустил самое интересное в его предложении.
— Ничего, это легко исправить.
— Что именно? — поинтересовался я. — Знакомство или меч в спину?
Ник уже собирался ответить, но судья шагнул к нему. Улыбка первокурсника стала чуть осторожнее. Он поднял обе руки, заметил клинок в одной из них и поспешно отправил его в инвентарь. Ладони остались открытыми.
— Не злитесь. Я не вру. Лучше посмотрите на следующий зарезервированный бой.
Мужчина остановился. Тяжело посмотрел сначала на него, потом на меня. Я только пожал плечами.
— Идиоты, — негромко пробормотал преподаватель и открыл экран идентификатора.
Ник опустил руки. На этот раз уже молча и без резких движений. Пока судья работал с экраном, первокурсник стёр белую полосу с рукава и немного повернулся ко мне. Я не стал подходить ближе. После столь своеобразного знакомства держать его на расстоянии вытянутой руки совершенно не хотелось.
Преподаватель несколько раз коснулся экрана. Пробежался глазами по появившейся информации, нахмурился и прочитал вслух:
— Следующий бой. Каин Райт и Ник Кросс.
Я посмотрел на него, затем на Ника. Тот довольно улыбнулся и чуть развёл руки. Мол, а я о чём говорил? Ни капли смущения. Похоже, удар ногой от судьи он считал неприятной задержкой, которая уже осталась позади.