Страница 7 из 8
Делаю шаг и захожу на кухню. Смотрю на лицо Игоря и замечаю, что на нём нет практически никаких эмоций. Его лицо выглядит как маска.
И только глаза выдают его реакцию… В них мелькает что-то тёмное и пугающее.
Глава 7
— Правда? — выдавливает единственно слово через пару секунд.
— Да. Примерно через восемь месяцев у тебя будет братик или сестрёнка, — похлопывает отец сына по плечу.
— Круто, — я вижу, что в этом слове нет ни капли искренности.
Оно звучит пусто и безразлично, словно речь идёт не о будущем родственнике, а о покупке новой кофемашины или перестановке мебели.
У меня неприятно сжимается сердце. Обидно. Не столько за себя, сколько за Дениса.
Игорь мог бы хотя бы из вежливости поздравить отца. Улыбнуться, пожать ему руку или просто сказать несколько тёплых слов.
Не обязательно радоваться по-настоящему. Достаточно было показать, что ему не всё равно.
— Мы и сами ещё привыкаем к этой мысли, — Денис равнодушия сына не замечает. Он продолжает говорить мягко и уверенно.
Игорь пожимает плечами.
— Ясно.
Дениса наконец-то замечает интонации в голосе сына и сразу бросает на меня быстрый взгляд. Он смотрит так, словно извиняется за поведение сына.
Я едва заметно качаю головой, давая понять, что всё в порядке.
Но ничего не в порядке, и мы оба это знаем.
Завтрак проходит в напряжённой тишине. Денис, несмотря на испорченное настроение пытается шутить, рассказывает какие-то истории из детства сына, но Игорь практически не слушает его.
Если отец его что-то спрашивает, то он отвечает односложно и без всякого интереса.
— Спасибо, — ставит Игорь тарелку в раковину и спешит на выход. — Было очень вкусно.
Когда пасынок уходит, мы остаёмся на кухне вдвоём.
Денис ничего не говорит. Молча собирает со стола тарелки, складывает их одну на другую и относит к раковине.
Он старается держаться как обычно, но я слишком хорошо его знаю. Вижу, как напряжены его плечи и как плотно сжаты губы.
Денис не сентиментален, но я всё равно чувствую, что реакция сына его расстроила.
— Хочешь, поговорим?
— Давай, — Денис пожимает плечами.
— Ты заметил, как он отреагировал? — спрашиваю я тихо.
Муж вздыхает и оборачивается.
— Он подросток, Юль. Ему четырнадцать. Всё в голове кипит. Я могу его понять.
— Правда?
— Наверное, да, могу. Может, он просто не ожидал такой новости от нас…
— Это не просто «не ожидал», Денис. Он… он выглядел… как будто он был зол. Я не знаю. Но это было… неприятно.
Денис на мои слова реагирует напряжённым взглядом.
— Ты думаешь, он… против того, чтобы у нас появился малыш?
Я некоторое время молчу. Мне не хочется усугублять ситуацию и настраивать его против собственного сына. И всё же лгать тоже бессмысленно.
— Естественно, ему совершенно неинтересно, чтобы я родила. Это же… конкурент, — единственное слово, которое приходит мне на ум для сравнения.
Денис не обижается на подобные слова. Напротив, он, кажется, думает точно так же.
— Знаешь, мой сын… сложный ребёнок. Есть дети как открытая книга: что на уме, то и на языке. Если радуются — сразу видно. Если злятся — говорят об этом прямо. А он другой. Замкнутый, тихий, необщительный.
— Ну если он замкнут, в этом нет ничего особенного. Никто не собирается лезть к нему в душу.
— Да. Только ты не до конца понимаешь. После развода Игорёха совсем замкнулся… Представляешь, он даже думал, что я бросил их! Особенно…
— Особенно после того, как появилась я… — нетрудно догадаться, что он хочет сказать. — Денис, на моём месте могла быть другая. Ты расстался с его матерью, а не с ним. И его мать должна была ему это объяснить. Но, вероятно, ей это не выгодно.
— Что ты хочешь мне сказать этим?
— Всё просто. Она хочет манипулировать тобой, и у неё это отлично получается.
— Юль, я сотню раз пытался ему объяснить, что я развёлся только с его матерью. И Игорь понял. Видишь, он уже завтракает у нас. Маленькая победа. Только теперь, думаю, наш ребёнок всё изменит. Теперь он будет думать, что я совсем забуду о нём. Что внимание, время, любовь — всё уйдёт к малышу.
— Но ведь это не так!
— Конечно, нет. Но он подросток! Он не думает логически. Он чувствует. А чувства у него сейчас очень запутанные.
Я молчу. Мне хочется верить ему. Но в голове снова всплывает тот взгляд — холодный, чужой, почти враждебный.
— А если он… не примет ребёнка? — шепчу я.
— Он примет. Потому что я не позволю иначе. Потому что я люблю вас обоих. И сделаю всё, чтобы вы стали семьёй — настоящей, — Денис крепко обнимает меня.
Через неделю Игорь привозит ключи обратно. И снова я пытаюсь быть приветливой и милой.
— Я сделал дубликат. Спасибо, — когда он говорит эти слова, я вижу, что пасынок смотрит не в глаза своему отцу, а мне на живот.
Я замираю.
Срок ещё слишком маленький, и никаких заметных изменений в фигуре нет.
Даже я сама, стоя перед зеркалом, не вижу ничего нового. Но Игорь смотрит так пристально, будто пытается разглядеть то, что пока скрыто от остальных.
В его взгляде по-прежнему нет тепла. По крайней мере, мне так кажется.
Ёжусь и складываю руки на груди. И Игорь замечает мои движения.
Он быстро переводит взгляд на отца и теперь делает вид, что меня рядом нет.
— Ты как раз к завтраку. Юля собиралась сырники жарить, — Денис тянет сына зайти в дом.
Игорь снова бросает на меня короткий взгляд.
— Я люблю сырники.
Около часа уходит на подготовку еды, но на мою удачу меня никто не отвлекает.
Игорь и Денис ушли в комнату и что-то там обсуждали.
К столу я их приглашаю, когда тот уже накрыт.
Игорь уплетает один сырник за другим и, кажется, вполне доволен.
— Пап, можно мне остаться сегодня у вас? — прожевав, поднимает глаза и говорит Денису.
Мы оба замираем. Этот вопрос застаёт и меня и моего мужа врасплох.
Несмотря на то что отец не раз предлагал сыну ночевать у нас, тот всегда отказывался. И я не понимаю, что случилось сегодня.
— Конечно! — без единой запинки отвечает Денис и прижимает Игоря к себе.
Я вижу, что поведение сына он расценивает как хороший знак. А меня что-то продолжает беспокоить.
Муж выглядит таким счастливым, что мне становится неловко из-за собственных подозрений.
Возможно, я действительно слишком насторожена. Игорю понадобилась неделя, чтобы всё обдумать.