Страница 7 из 57
Перевожу взгляд на другого. Второй — полная его противоположность. Не такой резкий и дикий, но и он не менее красив. Лицо чисто выбрито, светлое пальтишко, брюки от кутюр, туфли, модная стрижка, как у брата: бритые виски и волосы ото лба зачесаны назад. Лощёный такой мажор, в общем. Явно не мой формат — ни один, ни другой. Этот тоже стоит и лыбится вовсю свою белозубую улыбку, прищуривая свои светлые глаза. От досады хочется проредить немного его белый забор, чтобы хоть чуть-чуть стал похож на человека, а не на божество с Олимпа. Чтоб их всех! Сраные Альфы! Терпеть их не могу! И они явно знают себе цену, и как действуют на дам. Ну нельзя же быть настолько сексуальными в наше время! Божечки! А они оба не сводят своих серых глаз с меня, пристально изучая. Опять становится жарко. Слишком жарко. Вроде сняла с себя уже всё, что можно, но от их взгляда раздеться хочется до гола. А потом с удовольствием запрыгнуть на одного из них. Или на обоих сразу.
— Так! Стопе, Анька! Не гони лошадей! Хотела Альф увидеть? На! Получи и распишись, тупица! — успокаиваю сама себя. — Ты просто давно ни с кем не была, вот и всё! Всего лишь! Не стоит так реагировать на таких красавчиков альфа-самцов, расслабься ты уже, дура! — чуть слышно бубню себе под нос. — Нужно просто повернуться и бежать прочь, на хрен, отсюда!
И чё это они мне так лыбятся, а? Поржать решили надо мной, что ли⁈ Ещё чего! Фыркаю, снимая пуховик, перекидывая его на руку. Правильно, лучшая защита — нападение, или просто игнор в моём случае. Не пойму вот только, почему они оба и одновременно так резко посерьёзнели, и зачем так синхронно наклонили своё лицо вниз, делая шаг ко мне. Будто звери, которые унюхали свою добычу. Сердце бешено колотится, готовое сломать мне рёбра. Да что со мной такое?
Нет, я понимаю, конечно, что они альфы и всё такое, но я никогда их не видела прежде, поэтому они напоминают мне хищников из передач «В мире животных» по телевизору. Так вот, однажды там рассказывали про волков, кажется, когда те охотились целой стаей за бедным лосем в далёких и диких лесах центральной части России. Удивленно смотрю на них, искренне пугаясь такого поведения: глаза у них будто ярче стали, а ноздри трепещут, словно обнюхивают меня. Я ж не лось в конце-то концов! Вроде бы… Странно и жутко одновременно! Маньяки, что ль совсем? А у меня от одной этой мысли аж озноб пробирает по коже с ног до головы! Я ж знаю, что они агрессивные натуры, не хотелось бы попасться им под руку, когда они не в силах себя контролировать.
Одна мысль пульсирует в голове — БЕЖАТЬ!
Слава Богу!
Лифт издаёт сигнал, что мы прибыли, и я, наконец, выхожу из забитого тестостероном ящика. На мне надеты тёмные джинсы в облипку, трикотажный белый топ и темно-синий пиджак с рукавами три четверти. Сама красота, честное слово! Готовилась ведь к сегодняшнему собранию, выступать же буду. Уверенно выпрямляю спину, придавая тем самым себе сил, и целенаправленно иду мимо секретарши Борисыча прямиком к нему в кабинет.
— Ань! — орёт та, вставая грудью пятого размера на амбразуру между мной и дверью начальника. — Он занят, к нему нельзя!
— Даш, — спокойно отвечаю, дергая её за руку в сторону, — подержи, родимая! — пихаю ей свою куртку и открываю массивную дубовую дверь.
— Филимонова! — шикает на меня Андрей Борисович, подскакивая со стула и краснея, как бурак. — Ты совсем охуела⁈ — шипит, как змея мой шеф. — У меня встреча с начальством через пятнадцать минут! Я готовлюсь!
Он привык вести себя, словно он — настоящий Альфа и все ему вокруг должны. Но он всего лишь случайный и незапланированный сын такого вот самца, не сумевший перенять частичку бессмертия этой расы. Поэтому для меня, он самый обычный мужик со слишком раздутым самомнением и прущим из одного места Эго! И нечего тут строить из себя невесть кого!
— Опять — двадцать пять! — взмахиваю руками. — Не нервничайте так, Андрей Борисович! А то давление подскочит и инсульт прихватит! Я не задержу вас надолго. Пяти минут вполне хватит, — отзываюсь. — Проходите, — вжимаюсь в косяк, завидев тех двоих из лифта, что ехали вместе со мной, пропуская их в кабинет к шефу. Они, похоже, тоже по его душу прибыли. Надо бы поскорее разобраться с Яйцом и валить готовиться к совещанию, а то не успею дух перевести, придется нервничать и психовать вместе с Борисычем. Те проходят мимо меня, такие огромные красивые и широкие, что дыхание перехватывает. Вон, вижу уже, как Дашка мигом поплыла, поправляя свою кофточку на груди, расстегнув еще одну пуговку, в упор глядя на этих амбалов, гипнотизируя их своими карими глазами.
Мне нужно было отойти вообще, потому что места им явно маловато будет, чтобы протиснуться внутрь кабинета Андрея Борисовича. Один из них «нечаянно» задевает мою грудь предплечьем, а другой также «нечаянно» касается моего бедра, проведя тыльной стороной ладони прямо костяшками пальцев по моей ляжке. Ах вы, гады…
Задерживаю дыхание от переизбытка эмоций и непонятных ощущений, что бушуют внутри меня. Не нравятся они мне, пусть и красавчики. Но это совсем не значит, что им всё можно! Они не у себя в столице, где любая раздвигает перед ними ноги, в конце концов!
— Ч-чёрт! — поправляет свой пиджак Андрей Борисович, махая мне рукой, чтоб валила отсюда. Вонючий хер ему по всей наглой морде! — Здравствуйте, уважаемые! Вы рано, но я вас уже давно жду! — стелется наш шеф перед этими двумя, которые уже усаживаются на стулья в пол-оборота, наблюдая за мной, в смысле, за нами. — Всё потом, Филимонова! — говорит лысая башка, пытаясь выпихнуть меня из кабинета и закрыть дверь перед моей мордой.
— Не-не, Андрей Борисович, или сейчас, или устраиваю скандал перед вашими гостями, — шиплю я, нагло ставя ультиматум, указывая на мужчин позади начальника.
— Всё, что хочешь подпишу, — шепчет мне Яйцо, — только вали к себе сейчас же и тащи отчёты! — нервничает шеф.
— Да-аша-а! — ору я прямо ему в лицо. — Быстро дай на подпись Андрею Борисовичу приказ о том, что он гарантирует места всем рабочим нашей компании при новом руководстве. И пусть там распишутся наши новые акционеры, все до единого! — целенаправленно говорю очень громко и во весь свой скрипучий надрывный голосок, чтобы слышали все в округе. — Иначе никто не предоставит отчет на сегодняшнее собрание!