Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 43 из 57

— Понял! — чеканит Дмитрий Александрович с другой стороны. — Сейчас выйдем, — говорит он чуть слышно и нажимает на отбой. Он поворачивается ко мне и пытается улыбнуться, но получается плохо. Тянет носом, как и его брат, и его серые глаза тут же начинают темнеть. Так густо, будто дымка. Такое ощущение, что это не глаза, а грозовые тучи. Это так странно и невероятно. Он так уже делал и не раз. Но мне совсем не страшно, как раньше, наоборот, я чувствую его желание ко мне! О, Боже, я только сейчас поняла, что это он так реагирует на меня! Снова прикусываю губу, не в силах устоять перед его тяжелой сексуальной аурой. Аурой, от которой хочется скинуть с себя одеяло и раздвинуть ноги, бессовестно предлагая себя.

— Что случилось? — спрашиваю у него, сдерживаясь из последних сил, подтянув одеяло до самого подбородка, чтобы не показаться слишком доступной. Не важно, что было между нами ещё пару минут назад, но у меня всё ещё есть гордость. Вроде бы. По крайней мере, была когда-то. Кручу головой. Все молчат. Дима лишь опустил свою голову и широкой ладонью взъерошил волосы. Блин! Как же он хорош, черт его дери! Он как божество! Смотрю на Морозова младшего, стараясь отвлечься. Где там? Там точно такое же совершенство, чтоб их всех! Денис Александрович так и стоит ко мне спиной, показывая мне свой мускулистый торс. Я понимаю, что что-то происходит и это все из-за дикого напряжения, что витает в воздухе. Новости явно нехорошие. Он не удосуживается повернуться ко мне лицом, а его упругий и накачанный зад явно не вымолвит ни слова. Я вопросительно смотрю на старшего из братьев, который вздыхает и садится рядом со мной, сверля меня молчаливым и тяжелым взглядом, от которого холодит всё нутро. — Ну? — не выдерживаю всего этого.

— Малыш, мне нужно ненадолго отъехать, — тяжело вздыхает Морозов старший. Фалангой указательного пальца он гладит по моей скуле, а большим проводит по моим распухшим и раскрасневшимся губам, немного оттянув нижнюю, касаясь кромки зубов. Прикрываю глаза от удовольствия. Так остро ощущаю его прикосновения, что начинают бегать непрошеные мурашки от возбуждения. — Обещай, что будешь дома, пока меня не будет! — его голос срывается, становясь более глубоким и хриплым. — Не могу поверить, что именно сейчас мне нужно покинуть тебя, родная. Прости! Так не должно было случиться!

А я не могу понять, что происходит, и что все же случилось.

— Дим, я тоже поеду! — цедит сквозь зубы Денис, наконец, поворачиваясь к нам. Молчание. Еле заметный кивок от Дмитрия Александровича, и он поднимается с кровати. Тишина начинает раздражать, а никто из них не собирается говорить и слова. Это начинает бесить, честное слово!

— Почему вы не берете меня с собой? — задаю очередной вопрос, в желании, чтобы меня, наконец, просветили.

— Нужно уладить некоторые… эм, проблемы, малыш, — подходит к нам Денис, ободряюще обнимая меня за плечи.

— Какие? — спрашиваю у него, еле сдерживаясь, чтобы не дать ему затрещину, дабы быстрее соображал.

Эти двое снова переглядываются, игнорируя меня. Бесит! Точнее, бесят! Суживаю свои глаза, впиваясь в него своим уничтожающим взглядом.

— Ребята скоро привезут Светлану и Марию. И наших друзей, которые присмотрят за вами, пока нас не будет, — говорит он, будто бы это должно мне все прояснить. Молчу, переваривая информацию, стараясь успокоиться.

Так! Кажется, начинаю что-то соображать…

— А Катьку? — нервно спрашиваю, беспокоясь, что не назвали мою старшую сестру. А эти альфачи снова молча переглядываются между собой, не говоря ни слова и пряча от меня свои серые блядские глазюки. Тут явно что-то не то! — Катька где? — снова начинаю злиться я, требуя ответа. Опять молчание, которое ужасно давит на мои мозги. — Где? Она? — с трудом выдавливаю каждое слово из себя.

Дмитрий Александрович хватает свою футболку и джинсы со стула, направляясь в душ, продолжая меня игнорировать, оставив пояснять очевидный ответ своему младшему брату.

— Снегур… — начинает говорить Денис, разворачивая меня к себе, обнимая огромными ручищами.

— Если ты мне сейчас же не скажешь, что случилось… — перебиваю его.

— Пчела ранили, — признается мужчина, опустив голову, — он в больнице. Нужна наша помощь.

— Так… — стараюсь трезво осмыслить случившееся. — А Катя? — смотрю ему в глаза, ожидая услышать ужасную для меня новость.

Молчит. О, Боже мой! Почему? Почему всегда так⁉ Это все оттого, что я была счастлива аж целых минут двадцать? Неужели судьба меня так ненавидит, что решила подарить мне кусочек счастья в виде двух мужчин, и тут же отобрать его только уже в виде моей сестры?

— Малыш, скоро Новый Год, ты же помнишь? — ободряюще улыбается мне Денис. А я ничего не понимаю и хмурюсь в ответ. Слезы начинают жечь глаза, и я часто моргаю, прогоняя их. — А как же чудеса? Ты в них больше не веришь? — берет он меня за подбородок и целует в губы. Нежно. Легко. Невесомо. Как летний ветерок. — Я ведь — Мороз! Забыла? — говорит он, щекоча меня своим носом о скулу. — И со мной ещё один такой же! И я обещаю, что мы привезем твою сестру, моя сладкая Снегурочка!

— Она… — не могу говорить, глухо глотая слёзы. — Её…

— Насколько нам известно, она точно жива, — произносит он, вытирая мои слёзы, что рекой катятся по моим щекам.

— Где она? — спрашиваю у него, шмыгая носом.

— Это нам и предстоит выяснить, — отвечает мне Морозов младший.

— Её похитили? — уточняю у него. Мужчина кивает. — Важный?

— Не известно, — произносит Денис. Хмыкаю. Там на лице всё написано. Он уверен, что это тот самый тощий дядька, что был в кафе со своими дочками. Но для чего ему это все? Зачем?

— Ты сам не веришь в то, что говоришь! Ты же знаешь, что это он! — возмущаюсь от бессилия.

— Вот видишь, привязка работает! — улыбается он мне. — Ты уже чувствуешь мои эмоции и можешь читать мои мысли.

— Твоё лицо говорит само за себя! Тут и читать ничего не нужно! — подскакиваю с места, направляясь в душ.

— Куда-то собралась? — преграждает мне путь зашедший в дверь Дмитрий Александрович, а я бьюсь о его грудь носом, потому что тот слишком быстро встал передо мной. Автоматически обхватываю его руками. Мужчина нежно обнимает меня, успокаивая. Он не знает, что еще мне сказать, как утешить и что сделать. Я чувствую его нервозность и переживания. Он волнуется. Но не за себя, а за меня, Пчела или мою сестру. Его волосы влажные, а тело пышет жаром. Он наклоняется ниже, трется носом о мою щеку и целует в губы. Он хочет отвлечь меня от удручающих мыслей, соблазняя. — М?