Страница 2 из 3
Кивнула, не подняв глаз от конспектов. Но чувствовала его взгляд, слышала шуршание страниц, тихие вздохи. А когда он заговорил со мной, я поняла – это судьба.
Мы встречались полгода. Он рассказывал о своих планах открыть собственное дело, мечтал о сети автосервисов. У него горели глаза, когда он говорил о будущем, и я поверила в его мечты.
А потом умерла бабушка.
Она оставила мне наследство, небольшой дом в деревне и сбережения. По тем временам приличная сумма. Друзья советовали купить квартиру в Москве, обеспечить себе стартовый капитал для взрослой жизни. Но Олег смотрел на меня своими честными глазами и говорил:
– Аня, я не прошу тебя рисковать ради меня. Но если ты поверишь... мы построим империю. Вместе.
Я поверила. Отказалась от работы в Москве, вышла за него замуж сразу после университета. Мы сняли крошечную однокомнатную квартиру на окраине, а все бабушкины деньги вложили в покупку маленького автосервиса.
Первые годы были тяжелыми. Олег работал по шестнадцать часов в сутки, я вела документооборот, отвечала на звонки, убирала в офисе. Мы даже детей сразу не заводили, боялись, что не потянем.
А когда я забеременела Мишей, до последнего дня стояла за прилавком магазина запчастей, который мы открыли при сервисе. Рожала в муниципальной больнице, носила одежду из секонд-хенда, но была счастлива. Мы строили будущее своими руками.
И построили. Один автосервис превратился в сеть. Потом появились автосалоны. Олег оказался прирожденным бизнесменом – жестким с конкурентами, но честным с клиентами. «Лебедев Моторс» стал синонимом качества и надежности.
А я... я стала женой успешного бизнесмена. Красивой, ухоженной, образованной. Ходила на светские мероприятия, возглавила благотворительный фонд, растила детей. Олег гордился мной, называл своей музой и вдохновением.
Когда это изменилось? Когда он перестал видеть во мне партнера и стал видеть обузу? Вечером я не выдержала и позвонила ему.
– Олег, когда ты придешь? Дети хотят тебя видеть.
– Аня, я же говорил – встреча с инвесторами. Может затянуться допоздна.
– Хорошо. Я оставлю тебе ужин в холодильнике.
– Не трудись. Мы ужинаем в ресторане.
В его голосе была какая-то отстраненность, как будто он говорил с малознакомым человеком, а не с женой. Легла спать в одиночестве, но сон не шел. Ворочалась, пытаясь понять, что происходит с нашей семьей. Может, это кризис среднего возраста? Может, просто усталость от рутины?
В два часа ночи хлопнула дверь. Олег тихо прошел в ванную, потом лег рядом со мной. От него пахло незнакомыми духами – дорогими, с восточными нотами. Не такими, какими я пользуюсь.
– Как прошла встреча? – шепнула в темноте.
– Нормально. Спи.
Он отвернулся к стене. А я лежала и думала о том, почему от моего мужа пахнет чужими духами.
Но тогда я еще не хотела верить в худшее. Тогда я еще надеялась, что все образуется само собой, что мы просто переживаем трудный период, который пройдет.
Как же я ошибалась.
ГЛАВА 2. «ОСКОЛКИ ПРАВДЫ»
Проснулась от кошмара. Мне приснилось, что я стою в нашем доме, но он пуст. Там никого нет – ни детей, ни мужа, ни даже мебели. Только эхо моих шагов по пустым комнатам и нарастающий ужас от осознания полного одиночества.
Рука машинально потянулась к другой половине кровати, но там никого не было. Простыни были холодными – Олега рядом уже давно не было. На тумбочке светился телефон: 6:47 утра.
Встала, накинула халат и пошла по дому. В кабинете мужа горел свет – он сидел за компьютером в домашней одежде и сосредоточенно печатал что-то.
– Олег? Ты не спишь?
Он вздрогнул и быстро свернул окно на экране.
– Рано проснулся, решил поработать.
– Может, принести кофе?
– Не надо, – он даже не повернулся ко мне. – Иди еще поспи.
Но сон уже ушел. Спустилась на кухню, заварила себе чай, села у большого окна, выходящего в сад. За стеклом медленно светало, вырисовывая очертания деревьев, которые мы с Олегом посадили десять лет назад. Тогда он сказал: «Пусть растут вместе с детьми. Будет красиво, когда мы состаримся».
Стареть вместе... А сейчас мне кажется, что мы уже чужие люди.
Утром за завтраком Олег был особенно раздражителен. Ева пролила на стол апельсиновый сок, и он взорвался:
– Можно аккуратнее? Ты уже не маленькая!
– Извини, пап, – смутилась дочка и быстро начала вытирать лужу.
– И вообще, что за манеры? – не унимался он. – В приличных семьях за столом сидят прямо и едят бесшумно...
– Олег, – тихо сказала я, – дети как дети.
Он повернулся ко мне, и в его глазах была такая холодная злость, что я невольно отшатнулась.
– Анна, ты совсем перестала следить за собой. Посмотри на жен моих партнеров – все как модели. А потом удивляешься, почему я не хочу брать тебя с собой на деловые мероприятия.
Слова ударили больнее пощечины. Дети замерли, уставившись на отца. В наступившей тишине было слышно только тиканье часов на стене.
– Папа, – тихо сказал Миша, – это некрасиво.
– Не лезь в разговоры взрослых, – отрезал Олег, встал из-за стола и ушел.
Я сидела, пытаясь проглотить комок в горле. Двадцать три года брака, двое детей, общий бизнес – и он говорит мне, что я недостаточно хороша для его мероприятий?
– Мамочка, не расстраивайся. Ты самая красивая,– Ева подошла ко мне, обняла за плечи.
Михаил мрачно смотрел на дверь, за которой скрылся отец.
– Что с ним происходит? Раньше он никогда так с тобой не разговаривал.
Раньше... Когда было это «раньше»? Год назад? Два? А может, я просто не замечала, как постепенно менялся мой муж? Как из любящего партнера он превратился в холодного критика?
Днем я поехала в офис фонда, но сосредоточиться на работе не могла. Мысли постоянно возвращались к утренней сцене, к холодным глазам мужа, к запаху чужих духов прошлой ночью.
Мой помощник Дмитрий постучал в дверь кабинета.
– Анна Сергеевна, к вам Мария Шведова из детского дома. По поводу новой программы стипендий.
Постаралась собраться. Работа в фонде была для меня не просто занятием – это было моим детищем, призванием. Помогать талантливым детям из неблагополучных семей получить образование, найти свой путь в жизни. Может быть, именно поэтому Олег стал относиться к моей деятельности с пренебрежением? «Играет в благотворительность» – так он выразился на днях.