Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 7 из 13

Никак не комментирую это. Снимаю сандалии и прохожу в квартиру. Надо проверить, все ли в порядке. И, просмотрев все, убеждаюсь, что можно уходить.

– И не мечтай, не отпишу тебе ее, – прилетает в спину.

– Ухожу, – подхватываю сумки и выхожу из квартиры.

И так каждый раз – одно и то же. Не знаю, что у нее там в голове случилось, но после первого приступа она изменилась так, что я со слезами несколько раз убегала из квартиры. А ведь мы жили нормально под одной крышей. Да и бог с ней. Лишь бы не спалила квартиру.

С сумками на перевес иду на остановку, от которой обычно в это время идет автобус к нам в деревню. Но не заезжает в саму деревню – высаживает на бетонке. И мне везет: доезжаю почти с ветерком, народу мало, и я успеваю немного отдохнуть.

А вот потом еще топать и топать через поля по грунтовой дороге. Но мне снова везет: в деревню едет грузовая «газель», и меня подвозят почти до дома.

Войдя к себе, замечаю, что сосед еще не вернулся. Да и черт с ним. Прохожу в дом, разбираю покупки и понимаю, что сарделек моих нет.

– Вот же старая карга, – злюсь на тетку. – И когда только успела скоммуниздить?

Пока кручусь-верчусь в домашних делах, пока готовлю себе легкий куриный супчик, уже время вечер. Вспоминаю про теплицу и огурчики, которые должны подойти. Иду, довольная, с предвкушением, что сейчас сорву свой первый огурец. И…

– А… – зависаю, разглядывая два надкусанных огурца, так и оставшихся висеть.

Так еще и маленьких почти не осталось.

Это кто такой бессмертный, а?

Глава 4. Все по плану

Александр

Все по плану? Да ни черта! Начиная с того, что строители накосячили в санузле и мне его приходится переделывать, заканчивая вздорной, но симпатичной соседкой. Я уже молчу про остальные проблемы. И их нужно решать в ближайшее время, иначе… Иначе нахрена я увольнялся со службы? Правильно! Пенсия. Размеренная, спокойная жизнь. Но в первую очередь – забрать пацана к себе. А это еще тот геморрой. И я уже в него влез с головой. Но оставить племяша в казенном учреждении не могу.

Когда приехал Рус, я впервые, наверное, за последний десяток лет смог выговориться.

– Ну, благородное дело, паренька забрать, – поддакивает он, потирая заросший подбородок. – А чего сестра-то?

– Да черт знает, – отмахиваюсь. – Как с катушек слетела. Под сорокет бабе, а мозгов не обрела, утекли будто еще больше.

Машка. И этим все сказано. Кукушка. Младшая, любимая, поздняя. Всю жопу ей зализали родители. А итог какой? До тридцати двух гуляла, мужиков меняла. Потом родился Гришка. Думали, одумается. Посвятит себя ребенку. А нет. Не посвятила. Пока родители живы были приглядывали за ней. А не стало и понеслось по новой.

– Совсем отказалась? – брови Руса взлетели вверх.

Киваю.

– Во бабы пошли.

– Забрали Гришку. Соседи кипишь подняли, меня нашли. Пока вернулся из командировки, пока уволился. Я сам пацана-то видел от силы три раза. Сам понимаешь. Школа эта, приемных родителей, потом сбор документов. Осталось показать жилье – и дадут забрать. Пока, как сказали, для знакомства, на выходные. А привыкнет – то насовсем. В общем, – хлопаю в ладоши, – давай шашлычка, а? А то уж совсем грустно.

– Но ты крут, мужик. Взять на себя такую ответственность.

– Не говори. Я ума не приложу, как с детьми общаться. Одно радует: пацан, а не девчонка. Чтобы я с барышней делал?

– Жениться тебе пора.

– Сказал мне заядлый холостяк, – хмыкаю.

– Моя барышня еще не родилась, а когда подрастет, так я пердед совсем буду. Нет уж. Как-нибудь докоротают свой век.

– Вот загнул, – смеемся.

Шашлык, квас, свежий воздух и тишина деревенская. Красота.

– Девушка тут интересная с тобой по соседству живет, – смотрит в сторону соседского забора.

– Не видел.

– А ты посмотри. С пацаненком тебе помощь нужна будет. Ему мать как никак по возрасту положена. А тебе жена.

– Ага, где положена? Там нет.

– Чудак-человек, – вздыхает. – Жил бы тут я, обязательно прицелился бы к ней. Но… не живу, поэтому не тяни резину, – хмыкает.

– Не опошляй.

– Да брось, даже не думал.

Не думал он. Ладно, разберемся. Нужно будет, найдем и мать пацану. Как-нибудь, в безобидной форме, без посягательства на личные границы.

А вот уже когда Рус умотал – жаль, что быстро, – я познакомился с соседкой. Интересная особа. А главное, не это. Главное, что рукастая. Все сама. Мужика нет, и по взгляду понимаю, что не предвидится. Я не претендую. Хотя глаз то и дело ловит ее за забором: то в полотенце бежит из душа, то траву косит триммером.

Баба!

Бензиновым триммером косит траву!

То с шуруповертом крутит доски, а тачка с землей под завязку! Я в шоке. Немом. Хотя материться хочется. Но не при бабе ведь.

А теперь вот вези ее в город. Да мне по пути. Еду забирать Гришку. На первые выходные. Будем присматриваться друг к другу.

Договорились же, что в восемь выезжаем. А нет ее. Поэтому решаю идти будить. Дрыхнет же. И оказываюсь прав. Всполошилась после моего стука в окно. Вся такая… Охренительная. Кто бы мог подумать, что со сна зубастая бабенка будет такой притягательной.

А шорты эти! Всю дорогу пытался пялиться на дорогу, а не на нее. Нет, так дело дальше не пойдет. Надо бы что-то придумать. А то так с ума сойти можно. Ручной привод надолго не спасет. Нужна женщина. Как сказал Рус – жена? Нет, не хочу. А вот для здоровья надо бы заморочиться. Потом.

Поэтому высаживаю ее и не могу тронуться с места. Потому что пялюсь на ее аппетитную задницу. Хорошенькую такую. Обтянутую тканью шорт. Все. Пока пар из ушей не повалил, пора к пацану.

Детдом в трех часах езды, в областном городе.

– Да-а-а, – тянет женщина в костюме.

Директриса. Ирина Семеновна. Лет сорока пяти. Взгляд острый, цепкий, наглый. Не женщина, а аллигатор в юбке.

– Что не так?

– Далеко в глубинке спрятались. К вам опека должна приехать, как доберутся? – морщит нос.

– Это уже их проблемы.

– Может все затянуться… – звучит как-то размыто.

– Разберемся.

– Тогда, – поднимает на меня взгляд своих темных глаз и смотрит сквозь стекла очков, – тогда забирайте. В понедельник утром привезете.

– Спасибо, – поднимаюсь со стула.

– Вам его сейчас выведут, – доносится в спину.

Выхожу из ее кабинета, иду по коридору в холл. Пока брожу, разглядываю рисунки, стенды, время идет чуть быстрее. Слышатся шаги.

– Кто за Дубравиным? – женский голос.