Страница 26 из 140
Возвращаюсь в свою комнату разбитый и опустошенный. Ярости уже нет — все выпустил на тренировке, но вместо нее как будто дыра в груди. Хочется ее чем-то заткнуть. Кем-то.
Иду в душ и долго стою под горячими струями воды, пытаясь смыть не только пот и кровь, но и всю дневную злость. Может, Ругро прав? Может, я действительно даю слишком много воли эмоциям?
Ведь мог же в разговоре с отцом сдержаться. Все бы тогда вышло иначе.
А мог не вмешиваться в конфликт Джесс и этой занозы. И в остальных случаях мог не вмешиваться — пусть бы сама выбиралась из тех проблем, в которых оказалась бы. Не хочет слушать предупреждений, то это ее выбор. Больше не буду влезать.
Выхожу из ванной, обмотавшись полотенцем, и застываю. На моей кровати в соблазнительной позе лежит Джесс, накручивая на пальчик свои светлые волосы.
— Привет, — мурлычет она, переходя своими пальчиками на пуговицы блузки. — У меня сегодня был тяжелый день. Я так соскучилась!
Мой взгляд скользит по ее телу. Как будто скульптор с помощью расчетов все подгонял к идеальным пропорциям. Хотя.. Может, не скульптор, может, магический хирург? Впрочем, какая разница. Главное — красиво.
Не то что у ящерки: грудь не очень большая, бедра чуть шире идеального, а талия, наоборот — тонкая-тонкая. Такая, что кажется, будто ее можно обхватить ладонями.
— Тебя тоже загонял Ругро? — вклинивается в мои мысли о ящерке Джесс.
Она встает и подходит, положив руки мне на грудь. Ее пальцы скользят по еще влажной коже, а взгляд обещает удовольствие. Впрочем, как и губы, которые касаются меня все ниже и ниже.
— Не надо, — останавливаю ее и, сжимая пальцами плечи, отстраняю от себя.
— Ну что ты, — она надувает губки и прижимается ближе, так что я чувствую ее тепло. — Я же вижу, что тебе нужно расслабиться.
Внутри из ниоткуда снова начинает подниматься злость. Как будто только она и может заполнить ту самую дыру в груди.
В голове всплывает образ разъяренной ящерки с сияющими от гнева глазами. Той, что не побоялась назвать меня придурком прямо в лицо.
— Нет, — сильнее сжимаю плечи Джесс и практически отталкиваю от себя.
Она смотрит на меня с недоумением, потом лицо ее искажается от злости:
— Да что с тобой не так, Филис?
— Иди к себе, у нас скоро комендантский час, — отвечаю я и натягиваю штаны и рубашку.
Конечно, Джесс психует и, хлопнув дверью, вылетает из комнаты. Отойдет. Безделушку ей подарю какую-нибудь, и все забудет.
Ящерке обещал кулон взамен того, что я раздавил. Забыл. Вспомню.
Беру с полки любимую книгу и ухожу в свое тайное место, про которое из моих приятелей знает только одна девушка. И она точно не придет туда, значит, там меня никто не потревожит.
На заброшенной башне магов погоды тихо и темно. Впрочем, за это я ее и люблю. Вот только сегодня недалеко от ее основания первогодки кафедры рукописей устроили сходку. Ежегодная традиция у них такая. Жгут магический костер, приносят клятву и считают себя «посвященными».
Даже смешно. Нет. Это было смешно, пока я не вспоминаю о том, что ящерка тоже с этой кафедры. Именно в этот момент раздается громкое шипение, а магический костер взвивается выше крон деревьев. Да твою ж мать!