Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 17 из 68

Иван Петрович читал и перечитывал извещение, пока наконец не понял, что это речь о нем самом. Тогда он сразу почувствовал страшную тяжесть на сердце, захрипел и стал рвать на себе ворот.

Операция ДАЗДРАВШ

Отперев утром магазин с русскими игрушками под фирмой — «Ванька-Встанька», зав Матрешкин обнаружил внутри какого-то прыщавого типа, преспокойно храпевшего на диване.

— К… кто ты? К… как ты сюда попал, сукин кот? — выдавил из себя зав и подтянулся было за наганом, но дело было не на Лубянке, а в Нью-Йорке и револьвера при нем не оказалось.

— Да я по делу к товарищу уборщику, — ответил непрошенный гость, зевая. — Извиняюсь, что ночью вломился, да уж очень не хотелось дожидаться на улице пока откроете. А тут вижу: замки у вас хреновые. Открыть их — дело плевое.

Вошли два молодца-продавца со свирепыми мордами, распространяя запах винного перегара.

— Товарищи! — взвыл Матрешкин. — Вот этот хулиган забрался ночью в магазин и заливает, что по делу. Ведь мы в Америке, кажется. Чужой дом здесь вроде как святыня…

Без лишних разговоров молодцы набросились на нахала, скрутили ему руки и устроили «шмон» — обыск по всем правилам чекистского искусства.

* * *

Забравшегося в магазин прыщавого типа звали Петром Попальским. По профессии был он взломщик, известный в Чикаго специалист по несгораемым кассам. У него было такое тонкое чутье в пальцах и имелись такие замечательные отмычки, что не было такого сейфа, которого бы он не сумел открыть. Работал Попальский обычно не в одиночку, а в компании с крупными воровскими синдикатами. За определенную долю в добыче они нанимали его для вскрытия намеченных ими сейфов, подобно тому, как например лечебницы приглашают специалиста-хирурга для вскрытия черепов и карманов богатых пациентов, делясь затем с ним добычей. Несмотря на свои успехи на бандитском поприще, Попальский сознавал, что далеко ему до настоящих бандитов мирового масштаба, орудующих путем революций и экспроприаций. В надежде поживиться в их честной компании, он записался в коммунистическую партию и предложил парторгу чикагской ячейки свои профессиональные услуги. «Работаю я на мафию и разные ассоциации убийц, — сказал он. — С таким же успехом могу поработать на нашу родную партию».

Парторг ухватился за предложение взломщика и дал знать о находке своему начальству, которое как раз нуждалось в специалисте этого рода.

Проверив безупречное уголовное прошлое Попальского, и убедившись, что он действительно социально-близкий к коммунистам элемент, парторг, оказавшийся неплохим и словоохотливым парнем, вызвал его к себе и официально сообщил:

— Питер, мать твою за ногу… Наша великая партия решила оказать тебе доверие и вызывает тебя в главное управление ДАЗДРАВША в Нью Йорке, где тебе дадут задание на большой палец с присыпкой.

— Надравшись?.. — не разобрал Попальский. — И что это за задание на большой палец?

— Не «надравшись», а ДАЗДРАВШ, — поморщился парторг. — Вероятно ты слыхал, что такое «СМЕРШ»? Это сокращение слов «Смерть шпионам», работающим на иностранные разведки. А ДАЗДРАВШ значит: «Да здравствуют шпионы», конечно те, которые работают на нас. Это засекреченная советская агентура за границей и ее штаб-квартира находится в магазине «Ванька-Встанька» в Нью-Йорке. Сейчас им до зарезу нужен верный партийный человечек, специалист по кассам. Понимаешь, спустили им сверху директиву: срочно доставить в Москву революционные планы мао-троикистов, хранящиеся в стальном сейфе где-то в Нью-Йорке, и надо их оттуда выкрасть прежде, чем они попадут в руки журналистов. Охотников за секретами и взломщиков — любителей развелось теперь в Америке видимо-невидимо. Только хлеб отбирают у наших разведчиков. Наши лезут из кожи вон, чтобы раздобыть какую-нибудь секретную информацию, а она, глядь, появляется во всех газетах. Нашей партии необходимо прежде других ознакомиться с преступной программой мао-предателей, так как мы не можем им позволить заниматься без спроса сверганием буржуазного строя… Значит, кати. Питер, в Нью-Йорк. Вот тебе рекомендательное письмо к уборщику «Ваньки-Встаньки».

— Почему же к уборщику, а не к директору, или, например, к заву?

— Тыквенная ты голова! Сказано же тебе, что там у них засекреченное учреждение, усё наоборот запланировано для маскировки. Зав там на самом деле мелкая сошка, всего лишь в чине сержанта. Зато всеми делами заворачивает уборщик — генерал госбезопасности Золоторучка.

* * *

Молодцы-продавцы как раз кончили обыскивать нахала, как в магазин вошел уборщик в синей блузе.

— Что вы тут барахлитесь? Кто это? — спросил он властным тоном.

Зав и оба молодца вытянулись в струнку.

— Какой-то Попальский попался, товарищ начальник, — сказал зав. — Вломился к нам ночью, мать его тарарам!.. При обыске мы нашли у него в бумажнике сто долларов и письмо к вам от парторга чикагской ячейки.

— Ага, — уборщик пожал руку гостя. — Знаю. Мастер по кассам. Парторг звонил. Только чего же ты, паря, залез к нам ночью? Не мог обождать, пока откроют магазин?

— Да хотелось похвастаться перед вами какой я умелец. Какие хошь замки разделаю.

— Ну, ладно, черт с тобой. Поможешь нам вскрыть один сейфик в городе. Орденок заработаешь.

— Орден вы сами берите, товарищ начальник. Я предпочитаю денежки на бочку.

— Эх ты, америкашка, — генерал-уборщик похлопал взломщика по плечу. — Хотя ты и коммунист, а капиталистический дух из тебя не выветрился. Так вот слушай: операция назначена на завтра, в ноль ноль часов, ноль ноль минут, иначе говоря — ровно в полночь. Вот эти два молодца — младший лейтенант Ванька и сержант Встанька уже все подготовили. Сейчас пойдете на рекогносцировку. Который же это час сейчас?

Он взглянул на запястье левой руки, где должны были быть часы, но их не оказалось.

— Ах ты, босявка, — рассердился начальник. — Что ты из-под себя думаешь? Давай часы обратно, мать твою… Еще не знаешь, с кем имеешь дело!

С кривой усмешкой вор вытряхнул из рукава золотые часы генерала.

— Это я нарочно, товарищ начальник. Хотел вам показать какой я умелец.

Похлопав себя по карману, он удивленно воскликнул:

— А вы, товарищ генерал, оказывается, тоже умелец. Бумажник у меня вытащили под шумок.

* * *