Страница 3 из 17
Я резко развернулся и направился к лестнице. Спустился, не чувствуя ступенек под ногами. Дверь подъезда толкнул ногой и сбавил темп.
У подъезда машина с мигалками и двое в форме у входа.
М-да. Удивительно бдительные соседи, но, когда дойдет до реального случая криминала, хрен ты от них что добьешься.
— Ваш ребенок? — прилетает мне в лоб.
Полицейские переглянулись. Один подошел, внимательно рассматривая меня, потом заглянул в люльку.
— Откуда идете? — спросил спокойно, но уже с тем самым оттенком, который я прекрасно знал. Профессиональный интерес.
— Из квартиры, — ответил я, не моргнув.
— Номер?
Я назвал.
— Мать ребенка где? — продолжил первый.
— Дома, — коротко бросил я. — Спит. Или в душе. Не знаю, я вышел.
Пауза.
Они явно не поверили.
— А почему вы так выглядите? — взгляд скользнул по моему пиратскому комплекту.
Я усмехнулся.
— Это запрещено законом?
— Нет, — ответил тот же ровно. — Но выглядит необычно.
— Приближается Новый год, — пожал я плечами. — Корпоратив. Бывшей не понравилось, что я не занимаюсь ребенком, вот и устроила мне истерику. Пришлось ехать и забирать.
Он кивнул, но взгляд не смягчился.
— Пройдемте, — сказал второй. — Покажете мать ребенка.
— А в чем, собственно, проблема? — поинтересовался я. — Что-то случилось? Я что-то сделал не так?
— Да нет.
— Тогда в чем дело?
— Поступил звонок. Мужчина, похожий по описанию на вас, буянил в подъезде.
— Ну вы же видите, что я веду себя адекватно. Сейчас вызову такси и поеду домой.
— А ребенок?
— И ребенок поедет со мной.
— Но все же мы бы хотели услышать подтверждение от матери ребенка, что она отдала его вам добровольно. Документов-то у вас с собой точно нет?
Примерно такой развязки я и ожидал.
— Как видите.
— Ну вот.
— Поднимемся?
— Поднимемся, — выдохнул я. — Сейчас я ей позвоню, — сказал, доставая телефон. — Она не любит, когда к ней приходят без предупреждения.
— Звоните, — кивнул первый.
Я опустил взгляд на экран. Открыл контакты и набрал номер единственного, кто мог меня спасти.
— Да? — раздался слегка хриплый голос.
Я облегченно выдохнул.
— Вячеслав Львович, добрый вечер.
— Егор? — в голосе сразу появилась настороженность. — Что случилось?
Я коротко взглянул на полицейских.
— Экстренно нужна ваша помощь, — сказал я ровно. — Меня сейчас отвезут в четвертое отделение.
— Причина? — сухо спросил он.
Я скосил взгляд на люльку.
— Длинная история, — сказал я. — Но очень похожая на статью 126 УК РФ с отягчающими.
Тишина в трубке продлилась не дольше секунды.
— Я понял. Не дергайся. Ничего не подписывай, но ты это и сам знаешь. Я сейчас подъеду.
— Спасибо, — сбросил вызов. Я убрал телефон в карман и поднял взгляд на полицейских. — Поехали, — сказал спокойно. — Будем разбираться. Чего тянуть.
Они переглянулись. Видимо, ожидали сопротивления или хотя бы попытки соскочить. Но я не видел смысла дергаться. Чем быстрее разберемся с этим цирком, тем быстрее я выберусь.
— Пройдемте, — кивнул один из них.
Я перехватил люльку поудобнее и направился к машине. Малец внутри тихо сопел, не подозревая, что через какие-то двадцать минут впервые окажется в отделении. Хотя с такой матерью, возможно, это будет и не первое посещение.
Меня усадили на заднее сиденье. Люльку я поставил рядом, придержал рукой.
— Отличное начало жизни, — пробормотал я, глядя на пацана.
В салоне было темно, только синие отблески периодически пробегали по стеклам.
Я откинулся на спинку и прикрыл глаза.
— Фамилия, имя, отчество, — прозвучало спереди.
— Кузьмин Егор Алексеевич.
— Дата рождения?
Я ответил.
— Документы при себе?
— В машине. На парковке у клуба.
— Ясно, — коротко отозвался тот. — Значит, задерживаем до выяснения личности.
Я усмехнулся.
— Без проблем, — пробормотал, взглянув на ребенка. Он иногда дергал рукой, морщился, но не просыпался. Надеюсь, так будет и в ближайшие пару часов. Сомневаюсь, что мне удастся освободиться раньше.
А так перспективы были самые плачевные — от шести до пятнадцати, если бывшая не объявится или объявится и решит, что меня нужно хорошенько наказать. Но тут против нее сыграют десятки гостей клуба, которые видели, как она оставила мне пацана, и записи с камер. Мозг начал активно работать, моментально избавившись от алкоголя. Никогда я еще так быстро не трезвел.
Машина остановилась у серого неприветливого здания, и меня провели внутрь.
Стандартная процедура: фамилия, имя, адрес, место работы. Один из полицейских печатал на старой клавиатуре, пока второй пытался разговорить меня. Я отвечал коротко, отсекая все лишнее. Время тянулось вязко. К удивлению, пацан крепко спал. Я несколько раз опускал на него взгляд, проверяя, дышит ли, расстегнул молнию комбинезона, когда он раскраснелся от жары и явно хотел устроить истерику. Спасло только покачивание люльки.
Когда дверь наконец открылась и я услышал знакомый голос, задница приобрела форму стула, став абсолютно ровной. Нам дали несколько минут переговорить, и уже дальше Сизов решал проблему по своим каналам.
Когда его снова пустили ко мне, я хотел услышать что-то обнадеживающее. Но и тут мне не повезло. Не мой день сегодня. Определенно не мой.
— Ты знаешь, на кого оформлен ребенок? И я говорю не про мать.
— Знаю, — не стал отрицать, почувствовав фантомную боль в области переносицы.
Вариант того, что придется звонить этому человеку, в моей голове мелькал. Но как же я надеялся обойтись без этого.
Глава 2. Злата
Впервые за неделю моей работы он задерживался. Я стояла посреди приемной, прислушиваясь к тишине офиса, и ловила себя на странном ощущении, словно меня оставили одну в чужой квартире.
Кузьмин Егор Алексеевич — прочла информирующую табличку на открытой двери приемной. Мой начальник. И человек, из-за которого моя сестра больше не встает с кровати. Я медленно выдохнула и посмотрела на дверь его кабинета.
Закрыта, но не на ключ. Что не могло не радовать. Я толкнула створку, она бесшумно открылась.
В кабинете пахло дорогим мужским одеколоном. Внутри было аккуратно и строго. Никакого хаоса. Папки выровнены, стол чистый, бумаги разложены параллельно краю столешницы.