Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 99 из 155

В трёх шагах от него стоял Сириус. В его руке был нож инквизитора — тот самый, чёрный. Он крутил его в пальцах с ленивой грацией, словно всю жизнь только этим и занимался. А за его спиной Лео уже активировал заклинание захвата — его пальцы светились бледно-голубым, готовые в любой момент опутать инквизитора магическими цепями.

— Мы всё поняли, — тихо сказал Марио и отступил на шаг, отпуская инквизитора. — Всё. Абсолютно.

Инквизитор поправил воротник, отряхнул рукава и поднял с пола нож, который Сириус бросил ему под ноги. Ни капли смущения. Ни тени страха.

Я перевёла дыхание. Сердце колотилось где-то в горле.

— Ну что, — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Они прошли? Это же было испытание. Что от нас требуется?

Инквизитор посмотрел на меня. В его чёрных глазах мелькнуло что-то — уважение? Интерес? Или просто новое развлечение?

— Какая умная… — он запнулся, усмехнулся и поправился: — Какой умный, — снова улыбнулся он. Улыбка была такой, что мне захотелось врезать ему. Прямо по этим точёным скулам. Прямо по этой надменной роже. — Всё верно, это была проверка. Для вас будет задание государственной важности.

Он улыбнулся — той самой хитрой улыбкой, от которой у меня внутри всё похолодело. Я поняла: здесь что-то не чисто. Нам хотят подложить свинью. И чувство подсказывало — крупную.

Фамильяры внутри моей тени затихли. Я ощущала их беспокойство: они сжались в комки, прислушивались, ждали. Никто не рычал, не шевелился — только тихое, напряжённое ожидание.

— Ну и что это за задание государственной важности? — Эмилия шагнула вперёд, её голос звенел от напряжения. — Можно не тянуть? Выложите карты на стол. Я так понимаю, генерал Ир, ваши инквизиторы отказываются это выполнять, и вы решили спихнуть на нас. Потому что мы молодая и «зелёная» команда в ваших глазах. Я права?

Инквизитор медленно повернул голову к Эмилии. Его взгляд задержался на ней на пару секунд дольше, чем следовало, — изучающий, оценивающий.

— Смотри-ка, с мозгами, — снова эта мерзкая усмешка. — Мистер Алекс, ваша команда радует меня всё больше и больше.

— Генерал Ир, — я сделала шаг вперёд, не скрывая раздражения. — Вы испытываете моё терпение? Если вы пришли поиздеваться над моей командой, то это очень плохая затея.

Он приподнял бровь. Одна — идеальная дуга, полная превосходства.

— Да ладно? — его голос сочился ядом. — И что же сможет мне сделать такая мелочь, как вы?

Тишина. В кабинете стало тихо настолько, что я слышала собственное дыхание и далёкий стук своего сердца.

— Отпустите его, — сказала я.

Ребята отступили. Сириус спрятал нож, Лео разжал пальцы, магия погасла. Инквизитор потянулся, разминая шею — хрустнул позвонками, поправил воротник, пригладил волосы. Каждое движение было нарочито медленным, почти издевательским.

— И? — он посмотрел на меня сверху вниз, чуть склонив голову набок.

Я не ответила.

Я сделала шаг.

Быстрый — не быстрее молнии, но быстрее, чем он ожидал. Я не люблю тратить время на предупреждения и размахивание оружием. Если уж бить — то бить так, чтобы противник не успел моргнуть.

Я сместилась вправо, уходя из его центральной линии атаки, и одновременно сократил дистанцию. Это классический приём ближнего боя: ты не идёшь напролом, а ныряешь в мёртвую зону, где рука с оружием бесполезна, а длинные конечности только мешают.

Он попытался поднять блок — но слишком поздно. Моя ладонь, сложенная в жёсткую плоскость, врезалась ему в солнечное сплетение. Там, где кончаются мышцы и начинаются нервы. Удар был не самым сильным, но точным — я била не на мощность, а на эффект.

Инквизитор выдохнул — коротко, хрипло, всем воздухом, что был в лёгких. Его глаза на секунду расширились, и я увидела в них не боль, а удивление. Как у человека, который искренне не ожидал, что «мелочь» способна на такое.

Он отлетел к противоположной стене. Не эффектно, не с хрустом костей, но с глухим ударом, от которого у меня самой заныли зубы. Я не дала ему упасть — успела подхватить за воротник и приложить затылком о камень. Не сильно — так, чтобы не отключился, но чтобы прочувствовал.

А затем, пока его руки шарили по поясу в поисках оружия, я уже приставила лезвие меча к его горлу.

Холодная сталь коснулась кожи — я почувствовала, как под лезвием дёрнулась сонная артерия.

— Если вы себе ещё раз посмеете издеваться или унижать мою команду, — прошипела я, глядя ему прямо в эти чёрные пустые глаза, — я обещаю, вы будете иметь бледный вид и икать при упоминании моего имени. Не злите меня, генерал Ир. Меня лучше иметь в друзьях, нежели во врагах.

Он смотрел на меня. Не отводил взгляд. И вдруг — улыбнулся.

— Какой горячий экземпляр, — сказал он, и его голос был таким же ледяным, как раньше, но в нём появилось что-то новое. Интерес. Или охота.

Он осторожно отодвинул лезвие пальцем — медленно, почти ласково — и произнёс:

— Я хочу такого бойца себе в команду. В личное пользование. Чтобы только я мог распоряжаться такой огромной силой. Только я.

В кабинете повисла гробовая тишина. А затем она взорвалась.