Страница 57 из 155
Глава 39
Проснулась я до восхода солнца, когда небо еще хранило темные оттенки ночи, а на горизонте лишь робко проступали первые лучи. Я бы с удовольствием продлила сон, но жара была невыносимой, а тело словно сковало невидимыми оковами. Открыв глаза, я замерла в изумлении: передо мной развернулась картина, достойная кисти великого мастера. Мои ноги, от ступней до талии, были обвиты хвостом Ашера, а верхняя часть тела покоилась на теле Лупуса. Я попыталась вырваться, но Ашер лишь крепче сжал свои кольца, а Лупус издал низкий, угрожающий рык.
— Что вы делаете⁈ — прошипела я, чувствуя, как гнев вскипает в моей груди. — Немедленно отпустите меня!
Лупус поднял взгляд, его глаза встретились с моими, и в них читалась смесь усталости и извинения. Ашер тут же ослабил хватку, и я, словно освободившаяся птица, выбралась из-под их тел. Но жар не исчез. Я посмотрела на них обоих, приподняв бровь, и в моем взгляде ясно читался вопрос: «Что это за чертовщина?»
Лупус вздохнул и, пытаясь смягчить ситуацию, начал объяснять:
— Ночью в пустыне даже в оазисе становится очень холодно. Посмотри на ребят — они все укутались теплыми одеялами. Ты отключилась на земле, которая быстро остывала. Мы просто хотели защитить тебя.
Ашер кивнул, его хвост лениво скользнул по земле, как будто извиняясь за свою неожиданную заботу.
— Ясно, — сказала я, стараясь не выдать своего раздражения. — Охраняйте ребят, а я пошла ополоснуться. Я вся мокрая.
Лупус попытался остановить меня, но я уже использовала моментальный шаг и исчезла. Я оказалась перед небольшим озером, окруженным тишиной и спокойствием. Вода была кристально чистой, и в ее глади отражалось небо, окрашенное в нежные оттенки рассвета. Солнце уже поднялось над горизонтом, и его первые лучи заливали все вокруг мягким, золотистым светом. Я разделась и вошла в воду. Холод мгновенно окутал меня, но это ощущение было приятным контрастом к нестерпимой жаре, которая преследовала меня всю ночь. Я нырнула, проплыла под водой, чувствуя, как напряжение покидает мое тело. Вынырнув, я вдохнула свежий, прохладный воздух и почувствовала, как внутри меня что-то меняется. Жар, который не отпускал меня всю ночь, начал отступать, уступая место легкости и спокойствию. Но я знала, что это лишь временное облегчение. Впереди нас ждали новые испытания, и я должна быть готова к ним.
— Что со мной происходит? — прошептала я, пытаясь сосредоточиться на своих ощущениях. Грудь словно налилась свинцом, соски затвердели, причиняя острую боль. Низ живота тянуло, как будто внутри разворачивалась неведомая сила, а между ног разливалось невыносимое тепло. Это было неправильно, неестественно. Внезапно я осознала, что эти ощущения не мои, они чужие. Я попыталась углубиться в них, и передо мной возникла тонкая нить, тянущаяся вдаль. Я схватилась за нее и увидела женщину.
Она сидела на привязи, обнаженная, с румянцем на лице. Ее грудь тяжело вздымалась и опускалась, словно она пыталась унять бешеный ритм сердца. По телу пробегала дрожь, капли влаги стекали по коже. Ее глаза горели глубоким синим светом, как два сапфира. Удивительно, но у всех оборотней глаза были такими же нереально синими.
Я почувствовала ее боль, ее страдания. Казалось, она зовет кого-то, ее жар и чудовищное желание пронизывали меня насквозь. Неужели она пара Лупуса? Если это так, то я должна ее спасти. Я отпустила нить, и на меня обрушился шквал ее эмоций. Боль внизу живота усилилась, скрутив меня в тугой узел.
— Господи, что это? — прошептала я в пустоту, стоя по грудь в холодной воде, но она не могла заглушить странное ощущение, которое овладело мной.
— Это течка, — раздался голос за спиной. Я резко обернулась, ожидая увидеть волка, но передо мной стоял мужчина. Его серебряные волосы струились по плечам, заканчиваясь где-то на талии. Мощный торс, сильные руки, хищные черты лица и глаза — невероятно синие, как глубокое море.
— Лупус, это ты? — выдохнула я, не веря своим глазам.
— Да, это я, — ответил он, и его голос прозвучал странно, будто он был не совсем уверен в своих словах. — Позволь мне помочь.
— Помочь с чем? — спросила я, отступая на шаг. Внутри меня нарастала тревога. — О чем ты говоришь?
— Ты уловила отголосок течки своей пары. Ей сейчас гораздо хуже, чем тебе.
— Так это ей сейчас плохо, а не мне? — я была потрясена. Меня разрывало изнутри, а теперь выясняется, что это не мои страдания?
— Ей куда хуже, — сказал он печально. — Но я сейчас ничем не могу ей помочь, и никто другой тоже.
— Объясни, — попросила я, чувствуя, как мое сердце колотится. — Если мы союзники, я должна понимать вашу природу. Если это в моих силах, я хочу помочь.
— У самок оборотней бывают течки, — начал он, его голос звучал спокойно, но в нем слышалась скрытая грусть. — Это происходит раз в три-четыре месяца. В этот период самка может забеременеть.
— Понятно, — я кивнула, хотя на самом деле ничего не понимала. — Вы занимаетесь сексом. Это все?
— В плане самок, да, — ответил он. — Им становится легче, когда самец рядом.
— То есть, вы как кролики? — я не смогла сдержать усмешку. — Занимаетесь сексом без остановки?
— Ну почему как кролики? — он нахмурился, его взгляд стал почти угрожающим. — Единение происходит четыре раза в день.
— Ого, как долго… — я покачала головой, стараясь отвлечься от странного жара, который разливался по телу. — А почему?
— Почему что? Долго?
— Д…Да… — я запнулась, чувствуя, как мир вокруг меня начинает кружиться. Запах усиливался, и я не могла сопротивляться его зову. — Это нужно для увеличения шансов потомства? Не всегда получается оплодотворить самку?
— Да, — ответил он коротко.
— Ммм… понятно… — я попыталась улыбнуться, но мой голос дрожал. Сделав шаг назад, я нырнула в воду, надеясь, что холод поможет мне избавиться от этого странного ощущения. Мне нужно было уплыть подальше, чтобы остудить пылающее внутри пламя.
Но один вопрос не давал мне покоя: почему я это чувствую? Почему именно я оказалась крайней?