Страница 147 из 155
Глава 91
Мирное соглашение было подписано. Свадьба сестры Айна состоялась. На несколько дней в империи Фарэя воцарилась тишина — та редкая, хрупкая тишина, которая бывает перед бурей. Люди улыбались, дети бегали по улицам, и надежда наполняла сердца всех, кто жил на этой земле.
Но спокойствие длилось недолго.
Это началось на рассвете третьего дня после свадьбы. Я стояла на балконе своих покоев, глядя, как солнце поднимается над горизонтом, окрашивая небо в золотистые и розовые тона. Воздух был свежим и чистым, я вдыхала его, чувствуя, как он наполняет лёгкие. Вдруг я услышала звук — низкий, гулкий, похожий на раскат грома, разносившийся по всей равнине. Земля под ногами начала дрожать, стены дворца вибрировали.
Я резко обернулась и увидела, как на горизонте появляются тёмные силуэты. Они двигались быстро, неумолимо, и от них исходила сила — древняя, тёмная, пугающая. Демоны вернулись.
— Они пришли, — прошептала я, слова эхом разнеслись по пустому коридору.
Я сорвалась с места, не дожидаясь никого. Я бежала по коридорам дворца, сапоги стучали по мраморному полу, как барабаны. За моей спиной раздавались шаги — моя команда уже спешила за мной. Мы встретились у входа во дворец, их лица стали серьёзными, глаза загорелись огнём битвы.
— Они вернулись, — сказала я, голос твёрдый. — Демоны. Они вырвались из своего мира. Они идут на нас.
— Мы готовы, — сказал Мамон, алые глаза сверкали. — Мы всегда были готовы.
— Мы не дадим им пройти, — сказал Лупус, его звериная сущность пульсировала под кожей. — Мы остановим их.
Мы вышли из дворца, и я увидела, как армии двух империй уже выстраиваются на поле боя. Солдаты в доспехах, маги с посохами, лучники с луками — все они стояли плечом к плечу, готовые сражаться до последнего. Знамёна двух империй развевались на ветру, их сила объединялась в одно целое.
— Мы победим, — сказала я, голос разнёсся по рядам. — Мы не отступим. Мы не сдадимся. Мы будем сражаться за наш мир, за нашу свободу, за наше будущее.
— За империю! — крикнул кто-то из солдат, и его голос подхватили остальные. — За империю!
Мы двинулись вперёд, оставляя дворец позади. Я шла впереди, катаны тяжелели в руках. Они уже давно были восстановлены — выкованы заново в огне дракона, закалены в крови мазоку. Их лезвия сверкали в утреннем свете, пульсировали в такт моему сердцу.
Поле боя простиралось перед нами. Оно было огромным — бескрайняя равнина, покрытая сухой травой, хрустевшей под ногами. Ветер гулял по ней свободно, колыхал траву, создавал волны, похожие на морские. Небо над нами было серым, оно давило, нависало.
Вдали я видела их. Демонов. Тысячи, десятки тысяч тёмных силуэтов, двигавшихся к нам. Их глаза горели красным, их рёв разносился по равнине, заполнял воздух, заглушал всё вокруг.
— Они идут, — сказал Айн, стоя рядом со мной. Лицо бледное, но глаза горели решимостью. — Они идут на нас.
— Мы остановим их, — сказала я, голос твёрдый. — Мы не дадим им пройти.
Я подняла руку, и солдаты замерли, готовые к бою. Их напряжение витало в воздухе, они ждали моего приказа.
— Вперёд! — крикнула я, и мы ринулись в бой.
Битва была жестокой. Кровь лилась рекой, и я сражалась, не чувствуя усталости. Катаны танцевали в руках, рассекая демонов одного за другим. Пустота внутри пела песню победы, требовала ещё, больше, сильнее.
Мамон разрывал демонов голыми руками, кулаки окутаны чёрным пламенем. Лицо искажено яростью, алые глаза горели, он уничтожал врагов одного за другим.
Лупус превратился в огромного волка — тело покрылось серебристой шерстью, глаза загорелись синим огнём, из пасти вырвался рёв, от которого задрожала земля. Он ринулся вперёд, разрывая глотки демонов клыками, когти рассекали броню врагов, как бумагу.
Орла взмыл в воздух, крылья расправились, они сверкали в свете магии — белые, с металлическим отливом на кончиках перьев. Он метнул клинки, и они вонзились в двух демонов, пытавшихся прорваться сквозь ряды. Затем спикировал вниз, приземлился перед группой врагов и одним взмахом крыльев сбил их с ног.
Ашер двигался как призрак. Хвост, ставший твёрдым, как сталь, обвивал шеи демонов, ломая их, как спички. Янтарные глаза сверкали в темноте, на губах играла холодная улыбка. Он был элегантным, изящным, смертоносным — каждый удар точен, каждый шаг выверен.
Владий дышал огнём. Чешуйчатые руки светились багровым, он испепелял демонов одним касанием. Глаза горели, он наслаждался битвой, уничтожал врагов одного за другим. Огонь вырывался из ладоней, ревел, пожирал плоть, превращал её в пепел.
Марио сражался с холодной, расчётливой жестокостью. Меч, покрытый рунами, рассекал демонов на части, оставляя за собой лишь смерть. Лицо непроницаемое, но глаза горели ненавистью.
Лео, Сириус, Эмилия, Эмма, Ами — все они сражались, и я видела, как они становятся сильнее, как растут, как превращаются в настоящих воинов. Лео использовал ветер, чтобы уклоняться от атак, движения быстрые и грациозные. Сириус сжигал демонов огнём, глаза горели яростью. Эмилия призывала молнии, разрывавшие врагов на части. Эмма нейтрализовала магию демонов, делая их беззащитными. Ами исцеляла раненых, руки светились тёплым белым светом.
Я сражалась в центре, катаны танцевали в руках. Мышцы напрягались, лезвия входили в плоть, кровь брызгала в разные стороны. Я не чувствовала усталости. Только холодная ярость подпитывала меня, делала быстрее, сильнее, смертоноснее.
— Держите строй! — крикнула я, и солдаты сомкнули ряды, отражая атаку демонов. — Не дайте им прорваться!
Мы сражались весь день. Солнце медленно ползло по небу, окрашивая поле боя в багровые и золотистые тона. Кровь пропитала землю, она прилипала к сапогам, оседала на одежде, на коже.
Время потеряло значение. Я не знала, сколько часов мы сражались — может быть, пять, может быть, десять. Я сражалась, не чувствуя усталости, не чувствуя боли, не чувствуя ничего, кроме холодной ярости.
И когда демоны начали отступать, я почувствовала, как победа близка. Они отступали, бежали назад, в свой мир, пытались спастись от нашей ярости.
— Они бегут! — крикнул Лео, голос разнёсся по полю боя. — Они бегут!
— Не дайте им уйти! — крикнула я, и мы ринулись вперёд, преследуя отступающих демонов. — Уничтожьте их всех!
Мы преследовали их до самого входа в их мир. Они исчезали в тёмной бездне, пытались закрыть проход за собой. Но я не дала им этого сделать.