Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 48 из 62

Мишень восьмая

..Я очнулась с пустотой в груди. Рукой словила соскользнувшее одеяло, которым меня заботливо укрыли.

Сон помнила до мельчайших подробностей. Он высосал из меня все силы. Точнее, ведения из прошлой жизни..

Я опустила голову. Печаль тяжелым грузом легла на сердце. Странно быть реинкарнацией, словно нынешняя жизнь — блеф. Отец же много лет назад посчитал реинкарнацию подарком для меня, шансом искупить вину и прожить жизнь хорошо. Ироничная улыбка тронула мои губы. Удивительно, как история любит повторяться!

..Глава клана Е дал шанс дочери искупить ошибки. Только в видениях я не увидела вину Эсме, а вот её отца — да. Могущественный медиум с ледяным сердцем, не уважающий родную дочь, наплевавший на её выбор и желания, жестоко отнявший жизнь.

— Очнулась?

Я повернула голову к двери. На пороге стоял Вейшенг, поникший и обеспокоенный. Кивнула.

Вейшенг подошел ближе, сел на кровать. Я подобрала ноги и смущенно обняла колени руками, взгляд отвела.

— Как ты?

— Сколько я спала?

Мы задали вопрос одновременно.

Первым ответил лис:

— Неделю.

— Неделю? — удивилась я.

— Да. — Вейшенг прищурился. — Болит? — указал кивком на шею.

Затаившись, прислушалась к ощущениям, прикоснулась к шее, провела пальцами от подбородка до яремной ямки.

— Нет.. — меня осенило. Я подскочила к зеркалу. Абсолютно гладкая кожа.

— А где обруч?

— Ожерелье.

— Не важно. Где оно?

— Ты.. предала меня. — Ответ Вейшенгу дался тяжело, глубокий океан в его глазах был тих и мрачен, словно затаился перед свирепством стихии. — Ожерелье клана Юэ.. оно..

— Спасибо за спасение, — перебив, поблагодарила я.

Вейшенг печально улыбнулся, задумался.

— Я не мог поступить иначе, — глухо отозвался он. — Не мог позволить, чтобы..

— Чтобы я исчезла, — договорив, подошла к демону ближе, тихо прошептала: — как когда-то много лет назад.

Тёмные воды океана грозно забушевали. Лис поднялся.

— Вспомнила прошлое?

— Увидела, — поправила я. — Во сне..

— Эсме, — процедил девятихвостый одними губами.

Эсме.. Имя незнакомки резануло слух. Я отпрянула от демона, как от смертоносного огня.

— Аи, — отрезала я, в обиде стиснула зубы до скрипа.

— Прости, — Вейшенг тряхнул головой. — Аи. Да. Конечно, Аи.

Часть меня понимала, что я — реинкарнация той несчастной девушки. Другая часть — категорически отказывалась воспринимать. Эсме для меня — незнакомка; у нас нет ничего общего, кроме дара. Её жизнь, воспоминания, чувства, эмоции — для меня просто отрывки сна. Мы разные. И если Эсме была готова подарить Вейшенгу весь мир, то я — нет, потому что понимаю, в какой хаос погрузится человеческий мир, если окажется во власти демонов.

С глаз покатились слезы.

Я быстро смахнула их и отвернулась.

— Аи, — прошептал бархатно Вейшенг и обнял меня со спины.

Не выдержала. Слёзы полились градом. Я зажмурилась, чтобы остановить поток слез, но не могла.. Общее с Эсме не только дар, но и чувства к девятихвостому.. Её отец сказал правильно: чувства к демону подобно проклятию; от такой любви на сердце не распускаются пионы, оно кровоточит от шипов цветущей кариссы, бабочки не порхают в животе, они обреченно гибнут; любя демона, не обрести счастья. Любовь к демону заставляет задыхаться.

Люди нарекают это одержимостью. Что ж, похоже.. если окончательно потерять рассудок и сделать существо Тьмы центром мира, как сделала бедолага Эсме..

Я другая. И не могу позволить Вейшенгу освободить нечисть из пучины Забвения! А ведь именно для этого я ему нужна.. Теперь сомнений нет.

— С моей помощью ты хочешь разрушить Стену? — спросила с тяжким грузом на душе; когда не услышала ответ, повернулась. Глазами, полными слез, взглянула на демона. — Ведь так? — добавила едва слышно, сглатывая нервный комок.

— Зачем спрашивать, если знаешь ответ?!..

Закусив губу, резко перевела взгляд в сторону. Слезы смахнула пальцами. Сердце отбивало неровный ритм. Легкие спирало невидимой удавкой.

— Эсме..

— Снова Эсме! — вырвала яро ладонь, когда лис попытался её нежно взять.

Вейшенг закатил глаза, прищелкнул языком.

— Прости, Аи..

— Ты ведь искал её, — процедила сквозь зубы и покрылась мелкой дрожью, словно меня окатили ушатом ледяной воды. — Искал Эсме..

Ревность — горечь на корне языка, страстная ненависть, искусно переплетенная алой нитью агрессии.

— Я искал тебя, — объяснил очевидное, словно маленькому ребенку. Криво усмехнулся, погладил меня по щеке и пьяно прищурился. — Только тебя, Аи. — Демон сделал паузу перед именем, снова улыбнулся. — Аи, Эсме, любое другое воплощение — это всё ты, и только ты мне нужна.

..Эсме безумно любила его, а он был расчетливым лицемером. Для Вейшенга большой удачей стала встреча с наивным темным медиумом, жаждущий признания. Искусно обвел вокруг пальца, обольстил и подчинил, сделал собственным оружием. Наивная девушка стала жертвой. Повстречав Вейшенга во второй раз, я должна была повторить несчастную судьбу, демон даже разыграл похожий сценарий, однако, моя история сложнее истории Эсме. Она любила слепо, безумно, не понимала истинных мотивов лиса. Я тоже полюбила.. В могущество не влюбиться нельзя, нельзя не захотеть подчиниться сильному мужчине. После настало разочарование, когда узнала об истинных целях.

Вейшенг прав. Неважно под каким именем рожусь, главное, сила, которая ни коим случае не должна попасть лису в руки. Мир уже погряз в хаосе, я не могу позволить ему полностью утонуть!

— Ты прав, — улыбнулась дружелюбно. — Видимо, ревную. Извини. Всё-таки Эсме для меня чужая. — Я говорила искренне, нежно смотря на Вейшенга.

— Мне нужна только ты, — приглушенным шепотом произнес лис, целуя мою руку. Обнял, зарываясь носом в волосы. Я прикрыла глаза. Последняя слеза скатилась по щеке. Сердце разрывалось на части. Невыносимо любить и осознавать, что вместе никогда не быть. Обманывать, ради мирного неба Поднебесной в будущем. Если я не смогу остановить Вейшенга, никто не сможет. Пойду за ним, с головой утону в запретных чувствах, а потом запечатаю в Забвении за высокой стеной Проклятого тумана.

* * *

Сегодня день был особенно жарким. Весна намекала, что скоро передаст борозды правления знойному лету. Насыщенная зелень тускнела под палящими лучами. Горы перевала Фа не казались такими грозными, наоборот, поражали своим величием и изумительной красотой; желто-зеленая трава лежала ковром, преломлялись лучи на острых макушках, на разных уровнях лежали каменные булыжники причудливой формы.