Страница 90 из 123
— В дальнюю дорогу. И пока это наша тайна. Вот, возьми письмо, отдашь его деду спустя час после того, как я покину твою спальню. Думаю, этого времени мне будет достаточно.
— Саш, мне страшно.
Александра обняла брата.
— Прости братик, но я не могу с тобой остаться. Не хотела тебе говорить, но на фоне недавних событий, это будет трудно скрыть. Мало того, тебя могут попытаться задеть побольней. Физически не посмеют, а вот словами смогут причинить боль твоему маленькому сердечку. Понимаешь… — Саша замолчала, подбирая слова. — Наши родители улетели в лагуну и пока не вернулись во дворец.
— Что с ними случилось?!
Александра сильней прижала брата к себе.
— Я не знаю, — едва смогла прошептать она, спазм сжал горло, предательские слезы готовы были политься из глаз. Вздохнув тяжко, отстранилась от брата. — Я отправляюсь на их поиск.
— Но как ты узнаешь, где они находятся?
— Есть один зверь в этом мире, который все знает. У него на лбу третий глаз как у оракулов, вот он и поведает мне, где они находятся.
— Если он оракул тогда не страшно.
— Конечно, не страшно. Если бы было что-то страшное, тогда бы отправили стражей. А так я туда и обратно. Договорились.
Макс вытер нос и щеки.
— Сестренка, я буду тебя ждать. Только ты обязательно возвращайся.
— Обещаю. Я обязательно вернусь, ведь у меня самые удивительные братики и я вас сильно, сильно люблю.
Поцеловав брата на прощание, Александра, держа в мыслях описанный дедом образ Хорга, открыла портал, задействовав артефакт переноса. Яркая вспышка озарила покои младшего принца и бесследно исчезла.
Макс тяжко вздохнул, плакать хотелось неимоверно, ему стало вдруг горько и одиноко, словно все покинули его.
Дверь резко распахнулась, в комнату вошел король.
Увидев деда, Макс спрыгнул с подоконника и замер в ожидании. После всех событий, случившихся с ним, он уже не понимал где враг, а где друг.
Эттнер замер, нахмурив брови, он смотрел на внука, взгляд которого был уже не по-детски серьезен. Расставив руки в стороны и приглашая внука в свои объятия, король и не подозревал, какая гамма чувств обрушится на него от десятилетнего мальчика.
Уткнувшись в стальную грудь деда, Макс дал волю слезам. Черные чешуйки на его лице и руках медленно проступали и так же исчезали. Эттнер не сразу увидел проявление драконьей ипостаси у своего внука, а когда заметил, то обомлел. Только большая сила воли не дала ему хорошенько тряхнуть своего внука, чтобы тот, в конце концов, понял, что перед ним его дед и не стоит скрывать от него такое.
Но сидя ночью в покоях Макса, он был рад, что не сорвался. Прокручивал в уме голос внука, переходящий на шепот, стирал дорожки слез с его бледных щек и сжимал свои кулаки до белизны костяшек. Первые мгновения хотелось рвать и кричать, крушить все, что попадется под руку. Затем совершить оборотничество, взмыть в облака и, не стыдясь, дать волю слезам.
Погладив внука по черным волосам, Эттнер тяжко вздохнул, сердце продолжало обжигать огнем, во всем теле была слабость и ломота. Мысли о внучке лишали разум воли и только спящий рядом маленький внук удержал его от полета в облака, да клятва Саше. Все предусмотрела мелкая негодница. А он как старый болван повелся. Открыв конверт дрожащей рукой, прочитал первые строчки и, не увидев продолжения письма, быстро проговорил клятву и только после этого строчки проявились.
«Королю клана Черных драконов Эттнеру.
У меня для вас есть новости, и они касаются не только нашей семьи, но и всех драконов. В этом письме вы найдете ответы на многие интересующие вас вопросы. Но сперва вы должны поклясться, что не оставите и не доверите своего внука Макса, никому».
Эттера обжигало жаром, родная внучка обращалась к нему не как к деду, а как к правителю. От обиды хотелось сжечь письмо, но он стерпел, проговорил заклинание и продолжил чтение. Ноги сразу стали слабые, он едва устоял, сел на край кровати внука и чуть не выронил письмо. Саша вкратце описала, из-за чего истинный дух разозлился на драконов. И почему заключал в магическую красную сферу всех, кто был недоволен появлением людей в кланах. Пунгр показал им, как умирали Красные драконы и делал он это для того, чтобы избежать очередной войны.
Дальше строчки расплывались перед глазами, Эттнер прочитал о том, что Александра подслушала их разговор с Сакраном и отправилась к Хоргу.
Эттнер и сам уже догадался о том, почему истинный дух одних заключил в сферы, а других нет, но то, что его кровиночка отправилась в лапы к зверю, лишало последних сил и рассудка. Как он посмотрит в глаза сыну и невестке после их возвращения? Как объяснит, что не уберег их доченьку?
— Саша, Саша, — прошептали губы короля, — глупый ребенок. Неужели ты не понимаешь, что своей смертью разрушишь дальнейшую жизнь родителей. Они столько выстрадали, чтобы вновь встретиться, а теперь ты им вонзила нож в самое сердце. Что же ты наделала… Как ты, слабая человеческая девушка, выстоишь против тьмы чудовища? Его сила такова, что отправь я всех стражей на твою защиту, никто не вернется назад, всех уничтожит. Наша беловолосая красавица, как ты могла до такого только додуматься?
Эттнер не вытирал бегущих по щекам слез, и, падая, они глухо ударялись о его трясущиеся руки.
***
Выйдя из портала, Александра осмотрелась по сторонам — невдалеке простирались высокие скалистые горы. Большую их часть и вершины, скрывающиеся в облаках, покрывал белый снег. Небольшая каменистая долина, тянувшаяся к горам, была вся усыпана костями животных. Посмотрев на них, Саша насторожилась, огляделась по сторонам, заметила в одной из гор пещеру, своей чернотой напоминающую открытую пасть огромного зверя.
Что делать дальше, не представляла. Хмурым взглядом смотрела на белые и почерневшие от времени кости, поежилась, вспомнив рассказ деда о звере, осталась стоять на месте в ожидании его появления.
Сжав со всей силы ручку кружки, прогоняя таким образом страх, вздохнула. Обратной дороги нет, кто она будет, если вернется, так и не узнав ответы на интересующие всех вопросы.
Погрузившись в свои мысли и не понимая, что дальше делать, почувствовала какое-то шевеление на плече. Передернув плечом, продолжила в задумчивости смотреть на черноту пещеры.