Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 59 из 123

Ясиния не смогла увидеть, в каком месте стоит замок ее мужа. А дальше ее отвлекло тяжелое его дыхание, он сбросил с себя вещи и стоял обнаженный. Она почувствовала жар на своих щеках и быстро отвернулась, чтобы скрыть смущение.

— Не надо меня стесняться, Ясиния, — прошептал он, коснулся ее чуть раскрытых и припухших от поцелуев губ. Подняв на руки, отнес в ванную комнату, нежно и заботливо смывал с нее усталость и дорожную пыль.

Раскрасневшуюся и сонную, он замотал ее в полотенце и принес на кровать. Уложив бережно, укрыл одеялом, лег рядом. Сон накрыл их сразу и был сладким и красочным — ровно до того момента, как к ним забралась маленькая белокурая девочка. Прыгая по кровати, она весело кричала.

— Дядя Сакран, деда сказал — свадьбе быть! А вы до сих пор спите! Просыпайтесь быстрей, свадьбу пора справлять!

— Какую свадьбу? Чью свадьбу?

Сакран спросонья ничего не мог понять, а если сюда еще добавить визг и хохот, то у него вообще все в голове перемешалось.

Александра перестала прыгать.

— Как чью? Какой ты недогадливый, твою, конечно, и тети Ясинии!

— А откуда ты знаешь, как зовут мою истинную пару? — в голосе принца слышались удивление и настороженность.

— Да мне Пунгр сказал.

— Какая красивая девочка! — Ясиния с восхищением рассматривала виновницу их недолгого сна.

— Конечно, красивая, я похожа на маму, а волосы у меня как у папы. А мой папа знаешь кто?!

Смутная догадка в тот момент промелькнула в голове Ясинии, и девочка подтвердила ее громким криком.

— Мой папа принц, а деда самый главный дракон, а дядя Сакран старший принц! Ладно, мне пора, я еще Сакотель не рассказала о свадьбе! — Саша махнула рукой и выбежала из комнаты.

Ясиния лежала и с широко раскрытыми глазами смотрела на потолок, после открывшейся новости на ее лицо наползла бледность. Верить в услышанное не хотелось, она могла представить, что ее полюбил какой-нибудь страж, ну на худой конец князь, но чтобы сам старший наследный принц! Это никак не укладывалось в голове.

— Ясиния, Ясиния, что с тобой!

Сакран тряс ее за плечо, испугавшись поверхностному дыханию и бледному, застывшему в испуге лицу. Только когда он коснулся влажных желанных губ, она тяжело задышала, ее глаза заволокла пелена слез.

— Как же ты мог так поступить? Бросить дворец и свой клан, за который ты в ответе. Бросить все и кинуться ко мне, какой-то драконице, которая совершенно не соответствует королевскому дворцу.

— О чем ты говоришь?

— Я говорю о том, что если бы я знала, что ты старший наследный принц, то скрылась бы и ты меня никогда бы не нашел!

— Но почему?!

— Как ты не понимаешь?! Я смогу стерпеть издевки и насмешки в отношении меня, я к ним привыкла. Но чтобы весь клан смеялся над тем, что у старшего наследного принца жена — хромоножка… — Буря чувств смешалась у нее в груди, не вытерпев, она разрыдалась.

— Что ты, что ты моя родная! — Сакран приподнял лицо любимой, покрывая его поцелуями. — Я люблю тебя. Душа моя, моя песня, для меня не имеет значения — хромая ты или нет. Я не заметил того, что тебя так тревожило всю жизнь.

— Отец мне сказал, но он не сказал, какой у тебя титул. Наверное, пожалел меня тогда.

— Ясиния, — прижал к себе истинную пару Сакран и стал раскачивать ее, успокаивая, — я влюбился в тебя с первого мгновения.

— Это когда я повернулась, почувствовав чужака в доме?

Сакран хмыкнул.

— Нет, когда ты ставила тяжелую утятницу на стол.

Брови девушки сошлись.

— Не хмурься, — расползлась по его лицу широкая улыбка, черные глаза заискрились от веселья, — мы с братом предпочитаем эту аппетитную часть женского тела.

Ноздри Ясинии широко раздулись от негодования.

— Не злись, видать, королевская кровь по-своему ищет истинных пар. Вот и я, как увидел, так про все на свете забыл, на пару со своей драконьей ипостасью. Если бы ты знала, как мне тогда хотелось схватить тебя и унести в свой дворец. А как мне хотелось согреть тебя, продрогшую, своим горячим телом, прижать и никогда не отпускать. Когда я улетал от вас, казалось, что моя жизнь оборвалась. Да если сказать правду, я не хотел жить, весь мир без тебя мне был не нужен. Поэтому, сложив крылья, я летел камнем к земле, но моя драконья ипостась хитростью уговорила меня не делать этого.

Увидев страх и настороженность в лице суженой, дракон поспешил ее успокоить.

— Он показал мне сон, где ты сидишь у озера, и горькие слезы катятся по твоим щекам.

Ясиния привстала.

— Я тогда как будто почувствовала тебя.

Сакран прошелся рукой по ее волосам и стал их перебирать, любуясь блеском и мягкостью.

— Мне тогда отчаянно хотелось, чтобы на наших руках вспыхнули брачные узоры. Но, наверное, у истинного духа были свои планы на этот счет. Как я озверел, когда граф просил твоей руки у отца. Меня ничего не интересовало в тот момент, только ты, и я готов был убить любого. Остановила меня только брачная вязь, но я почему-то думал, что она не связана с тобой. Ничего не соображал, хотелось только укрыть тебя ото всех, чтобы никто не отобрал. Как же я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. Может, истинный дух проверял наши чувства и наградил меня исцелением?

Она вытянула из-под одеяла ровную здоровую ножку, любуясь ею. Привыкнуть к чуду исцеления оказалось не просто. Когда наутро они вышли из пещеры, она не сразу поняла, что больше не хромает. Несколько минут стояла растерянно и не могла сделать шага, не веря. Тогда она оторопело застыла, а слезы, хлынувшие лавиной, напугали Сакрана. Он прижимал ее к себе, шептал слова утешения, не понимая, что происходит. Когда всхлипывания стали тише, она поведала ему, что с ней произошло.

Старший наследный принц опустился перед ней на колени, приподняв платье, стал целовать ногу, правда, ту, что с рождения была здоровой.

Ясиния шмыгнула носом и улыбнулась.

— Не эта.

Сакран перешел на другую ногу и так они простояли бы неизвестно сколько, если бы его поцелуи не начали перебраться выше коленок. Пришлось ей отскочить и от души рассмеяться, увидев недовольный взгляд своей истинной пары.

— Я так соскучилась по дому, — сказала она тогда.

Прозвучавшие слова были так просты, но содержали в себе столько грусти и тоски, что принцу ничего не оставалось делать, как взмыть в небо, подхватив девушку. Правда, мысли о доме у них разошлись.