Страница 43 из 81
Глава 38
Рэйя сидела в своей дубовой хижине, вросшей в склон холма. Её единственная комната, пусть и небольшая, дышала покоем и уютом. Два узких окна, как глаза, смотрели в разные стороны леса, а в центре стояла низкая кровать, укрытая мехами. Под одним из окон приютился скромный стол с парой стульев — вот и вся обстановка.
Здесь не было очага: огонь истощал силы Рэйи, нарушал её гармонию с природой. Не было и свечей — в темноте фейри видела не хуже, чем при свете дня. Её дом был продолжением леса, его сокровенной частью.
Мысли Рэйи вновь и вновь возвращались к танцу с Вульфом. В памяти оживали ощущения: его рука на её талии, ритм шагов, тепло его тела… Это было чудесно — так правильно, так естественно. Они бы точно станцевали ещё раз, если бы не тот человек, ворвавшийся в зал с властной поступью и тяжёлым взглядом.
В этом лорде было что‑то неуловимо зловещее, и после его появления Рэйя не могла дождаться, когда покинет зал. Она лишь жалела, что не смогла провести больше времени с Вульфом. Они начали сближаться, и это казалось верным. Рэйя надеялась, что у них ещё будет шанс побыть наедине.
Внезапно она ощутила чьё-то присутствие в лесу — ещё до того, как услышала знакомый вой Сильвы. Сердце дрогнуло, но не от страха, а от трепетного ожидания. Рэйя бросилась к двери, распахнула её и вгляделась в ночную тьму.
— Что случилось? — спросила она у деревьев и растений вокруг. — Кто приближается?
Ночь была безлунной, небо затянули плотные облака. Но Рэйя не чувствовала угрозы. Ещё до того, как деревья прошептали ответ, она поняла: нарушителем спокойствия был Вульф.
Из чащи вынырнула Сильва, ловко прокладывая путь, а за ней — Вульф верхом на лошади. Его силуэт смутно вырисовывался в темноте, но Рэйя узнала его и без света.
— Вульф! — окликнула Рэйя сквозь тьму, указывая ему путь. Она знала, что без Сильвы он ни за что не нашёл бы её хижину снова. Её дом умел сливаться с природой, и сейчас со стороны казался просто ещё одним изгибом холма.
— Рэйя? Где ты? Здесь так темно…
— Следуй за моим голосом, — позвала она мягко. — Ты уже почти на месте.
Он подъехал, спешился, и в тот же миг Рэйя заметила тревогу в его глазах. Она сразу поняла: что‑то не так.
— Где твой факел? — спросила она, приближаясь.
— Я не хотел приносить огонь туда, где ты.
Она улыбнулась. Эти слова тронули её больше, чем он мог представить.
— Это ценно. Но зачем ты здесь? Что‑то случилось?
— Нужно поговорить.
— Хорошо, — кивнула Рэйя, оглядывая хижину. В прошлый раз Вульф просил разрешения войти, но она отказала. Теперь же… — Не хочешь зайти в мой дом?
— Да, — ответил он, не отрывая от неё взгляда. Она поняла, что он рад её любезному предложению. — Я бы хотел, — тихо добавил он.
— Тогда прошу, заходи.
Она провела его внутрь. Рэйя была невысокой, а Вульф, напротив, — и ему пришлось пригнуться, чтобы переступить порог. Оказавшись внутри, он едва не задевал головой потолок. На мгновение он замер, оглядываясь.
— Присаживайся, пожалуйста, — предложила Рэйя, стараясь звучать гостеприимно, хотя у неё раньше не бывало гостей. Она указала на один из стульев. Затем, спохватившись, что Вульфу будет неудобно говорить с ней в кромешной тьме, призвала на помощь несколько светлячков.
Когда Вульф сел, она присоединилась к нему, устроившись напротив.
— А теперь расскажи, что тебя тревожит?
— Я уезжаю с первыми лучами солнца, — сказал он, глядя ей прямо в глаза.
— Что? — выдохнула Рэйя, не уверенная, что правильно поняла. — Но… зачем?
— Это всё мой… долг. Я не могу им пренебречь. Мне нужно вести людей в бой.
— И ты пришёл проститься? Я ещё увижу тебя?
Вульф усмехнулся.
— Ты говоришь так, будто я собираюсь погибнуть.
— А такого не может случиться в бою?
— Может.
Тишина повисла между ними. Рэйя сглотнула, пытаясь найти слова, которые не звучали бы как прощание.
— Вульф, я… я не хочу, чтобы ты умирал. У меня даже не было шанса узнать тебя как следует.
— Мне жаль, что эта битва случилась в такой неподходящий момент. Я… планировал не это.
— А что ты планировал? — спросила Рэйя, улыбнувшись сквозь подступающую грусть.
Он придвинул свой стул ближе к ней и положил руку на её плечо. Тепло его ладони прогнало холод, сковывавший её сердце.
— Я тоже надеялся узнать тебя, Рэйя‑Оррен. Поговорить с тобой. Спросить о твоём прошлом, о твоём народе… о твоих родителях.
— А! — Она взмахнула рукой с нарочитой небрежностью, пытаясь скрыть волнение. — Тут нечего особо рассказать. Моя мать была чистокровной фейри, и она хранила этот лес до меня.
— Значит, леса Мидл‑холла достались тебе по наследству?
— Можно и так сказать. Когда‑то давно королева фейри назначила одного из моих предков защищать эту землю, растения и животных, что живут на ней. Вовсе не обязательно делать это в одиночку. Можно жить тут большой семьёй, но королева не любит, понимаешь… смешанных союзов. А брак моих родителей был именно таким. Отец был… не совсем фейри, лишь наполовину. Этого было достаточно, чтобы моей маме запретили появляться при дворе.
Вульф выглядел ошеломлённым.
— У вас есть двор? — переспросил он. — И королева?
— Конечно, — кивнула Рэйя, и в её голосе прозвучала гордость. — Именно по её наказу фейри вроде меня хранят леса. А, скажем, фейри воды оберегают реки или озёра. Каждый из нас выполняет долг, следит за равновесием в своём уголке мира.
— Но зачем ты продолжаешь это делать? — Вульф нахмурился, вглядываясь в её лицо. — Если твою мать отвергли только за то, что она полюбила полукровку, то тебя, с человеческой кровью, должно быть, и вовсе не приняли?
— О, ну что ты, — Рэйя мягко улыбнулась. — Королева мудра. Меня приняли… однажды. — Её взгляд устремился вдаль, она будто вновь увидела тот далёкий момент. — Со временем королева смягчилась и уже готова была простить мою мать. Но случилось… — Она запнулась, подбирая слова. — Если честно, я толком не знаю, что именно произошло. Но это тоже как‑то связано с человеческим мужчиной. Так или иначе сейчас двор надёжно закрыт от всех фейри, кто каким‑либо образом связан с человеческим миром.
Она сделала паузу, глубоко вдохнула и продолжила:
— Но это не значит, что я должна бросить лес. Без меня он не сможет процветать в полной мере. Это мой дом и моя ответственность. И к тому же… кроме леса у меня больше нет семьи.
— А что твой отец?
Улыбка Рэйи стала печальной.