Страница 3 из 81
Глава 3
Вульф мчался сквозь лес верхом, сжимая в руке горящий факел. Пламя трепетало на ветру, бросая неровные отблески на деревья и кусты. За герцогом следовала дюжина воинов, но в темноте они двигались слишком медленно. Ну, или Вульфу так казалось.
Он вырвался вперёд и направил коня к хенджу, который стоял на поляне среди могучих дубов. Вульф хорошо знал это место: в детстве он приходил сюда, чтобы наблюдать за язычниками. И особенно любил делать это в полнолуние. Тогда всё казалось таким пугающе красивым — их мерцающие огни, круговые танцы…
Здесь же погибла его мать. И всё из‑за него — из‑за глупого мальчишки, не сумевшего держать язык за зубами.
Воспоминание ударило в грудь, но Вульф стиснул зубы и сжал поводья. Он отогнал образы прошлого, пока те не начали ему мешать. Он не мог позволить себе слабость сейчас.
Приближаясь к поляне, он разглядел те самые камни из серого гранита. Вульфу не нравилось возвращаться сюда, но он продвигался вперёд, горя желанием забрать своё имущество.
Но когда он подъехал ближе и услышал пение и смех, то понял, что опоздал. Дело было сделано.
— Нет! — крикнул герцог, спрыгивая с лошади. В одной его руке пламя дрогнуло от резкого движения, другой он уже выхватывал меч.
Вульф ворвался во внешний круг и замер как вкопанный перед мерзкой картиной, которая ему открылась. Его бык был связан множеством верёвок на огромном плоском камне. Из животного струилась кровь, она стекала по трещинам и впитывалась в землю.
Бык не двигался. И не дышал.
— Что вы наделали⁈
Ответа не было.
Гнев, копившийся годами, грозил прорваться наружу и обрушиться на этих грязных, бесчестных и… безоружных людей. Вульфу хотелось прикончить здесь каждого. Но герцог привык иметь дело с воинами. С теми, кто может дать отпор с клинком в руке.
От язычников же драки не дождёшься, и от этого Вульфу стало ещё горше. Ему отчаянно хотелось нанести удар и заставить их заплатить за содеянное. Но он… просто не мог этого сделать.
Вульф услышал, как сзади приближаются его люди. Сборище друидских жрецов у плоского камня обернулось на звук, и оказалось, что вместе с ними всё это время стояла… девушка?
— Это священное место, — сказал мужчина, которого Вульф счёл главным. — Вам здесь не место. Как и вашему оружию.
Рыцари уже спешились и подбежали к герцогу.
— Забавно это слышать, — хмыкнул Вульф. — Вы разве не оружием убили моего быка? Которого, кстати, ещё и украли.
— Мы его не крали, — ответил друид. — Рэйя‑Оррен привела его к нам. По нашей просьбе.
— Что ещё за Рэйя‑Оррен?
— Это я! — Девушка выступила вперёд, и Вульф увидел в её руке топор. Он хотел было скривиться, но тут пламя от факела как следует осветило её лицо. Насыщенно‑зелёные глаза и тёмно-каштановые волосы, слегка растрёпанные ветром. И у герцога перехватило дух.
Она была одета не в белый балахон, как остальные друиды, а в платье землистого цвета с красной вышивкой на лифе. Рукава спускались ниже костяшек пальцев. Её голову украшал не просто венок, а целая корона из омелы и плюща. В густые локоны были вплетены цветы самых разных оттенков: белые, жёлтые, синие.
Девушка стояла прямая и гордая, будто была королевой леса. Или его воплощением.
Но самым странным (и, пожалуй, красивым) в ней были узоры на коже. Вульф не помнил, чтобы друиды так себя разукрашивали. Зелёные нити сплетались, образуя цветы и листья вдоль левой стороны её лица.
Герцогу казалось, что он мог бы разглядывать эту девушку вечно. Её спокойные черты, эти узоры, цветы в её волосах… Но потом взгляд вновь упал на топор, и Вульф вспомнил о своём гневе. Он сжал рукоять меча и сделал шаг вперёд.