Страница 63 из 72
— Предпочитаю обходиться без них, если возможно, — бросил я, снова переключаясь на перепалку во дворе и отхлёбывая новый глоток чая.
— Тогда тяжело тебе будет с женщинами, — с наигранным сочувствием выдала Мира.
Я поперхнулся и, отведя кружку, закашлялся, после чего удивлённо уставился на девушку. Та старалась сдержать смех, но дрожащие уголки губ и плечи выдавали её с потрохами.
— Я думал, самыми проблемными здесь будут монстры, — пробормотал я, тяжело вздохнув.
Мира тут же перестала прятать улыбку.
— Эй! — возмутилась она и мягко хлопнула меня ладонью по плечу.
Я лишь усмехнулся, но тут заметил вошедшего в ворота мужчину.
Сначала решил, что к нам пожаловал кто-то незнакомый. Однако, приглядевшись, узнал Гордея и нахмурился. Он ведь должен был восстанавливать свой отряд. Что ему понадобилось здесь?
Охотник быстро шёл через двор, и чем ближе подходил, тем отчётливее я видел его встревоженное лицо.
Вот жопой чувствую, опять какие-то проблемы. А ведь утро так хорошо начиналось.
Я выпрямился, отставив кружку на перила. Гордей прошёл мимо ругающихся Меланы с Вильямом, лишь коротко кивнув другу. Тот ответил таким же кивком и снова повернулся к старухе.
— Гордей, не ожидал тебя тут увидеть, — поприветствовал я охотника, крепко пожав протянутую руку. — Тарн сказал: ты отряд восстанавливаешь. Что тогда здесь делаешь?
Мужчина остановился у крыльца, переводя дыхание. Мира отступила от края, освобождая место.
— Доброе утро, Ваше Благородие, — наконец ответил Гордей. — Хотел предупредить вас, да не успел нагнать в дороге.
Мы с Мирой переглянулись. Гордей провёл ладонью по лбу, смахнув пот, и продолжил:
— В деревню вести пришли, что на дороге опасная тварь объявилась. Секачом кличут. Я как услышал, сразу о вас подумал. Вы ведь с женщинами пошли, мало ли где она вам попадётся.
— Что за секач? — спросил я и подобрался.
— Мана-зверь, кабан здоровенный, — развёл руки мужчина, демонстрируя огромные размеры тварюги. — Одну телегу уже разнёс, нескольких охотников поранил. Теперь торговцы той дорогой ходить боятся, в обход ездят. А это, считай, лишний день пути.
Я нахмурился сильнее. У нас и без того доставка отнимала кучу времени, а теперь ещё и до поселения придётся добираться дольше.
— И за доставку больше берут, — подтвердил мои опасения Гордей. — Продукты, доски — за всё доплачивать приходится. А что делать? Лишний день туда, лишний обратно.
— Охотники его прогнать пытались? — уточнил я, на что мужчина кивнул.
— Пытались, Ваше Благородие, пытались. Только обычные стрелы его не берут. Он тело каменной коркой покрывает, представляете? Мало у кого из охотников найдётся оружие, чтобы такую пробить.
Каменный секач, значит. Гордей ещё не закончил, а мне уже хватало услышанного, чтобы сопоставить информацию с тем, что я читал ещё в библиотеке своего рода.
И тварь эта далеко не самая опасная в этих краях. Но есть одно но. Только при условии, что против неё выйдет или маг или рыцарь, которые способны пробить шкуру и каменную броню твари.
У нас же сейчас не было ни первого, ни второго. Так что придётся изворачиваться.
Тем временем, Гордей продолжил свой рассказ.
— Как разгонится, деревья ломает. Телегу перевернуть ему вообще ничего не стоит, а уж деревянную ограду… — покачал он головой. — Боялся я, что вас эта напасть тоже настигнет. Потому и сорвался следом.
Я посмотрел на наши ворота. Проверять, сколько они выдержат под ударами подобной туши, совершенно не хотелось.
— Только узнал-то я поздно, — с досадой продолжил Гордей. — К вечеру следующего дня после вашего ухода. Пока догонял, всё думал, как бы успеть. Но хорошо, что вы уже здесь, живые и целые.
— И ты пошёл в дорогу один? — с изумлением протянул я. — Зачем?
— Как это зачем? — надулся охотник. — Я же вам жизнью обязан! Вы меня, Торса, Тарна и Янека, будь он неладен, вытащили! Волков было больше, а вы всё равно полезли. У нас в этих краях так помогать не принято!
На последней фразе я мысленно сделал заметку в голове.
Набрать верных людей непросто, и одним золотом тут не обойдёшься. Если здесь настолько отвыкли от помощи, мне будет проще выделиться на фоне остальных лордов.
— Не бросили нас ночью, помогли Торсу, потратили лечебную мазь! — в сердцах воскликнул Гордей. — Как я мог, узнав о таких вестях, не оповестить вас?
Вильям с Меланой, видимо, услышав наш разговор, оставили свой спор и направились к крыльцу.
— Я тут краем уха услышал… — начал Вилл, но Мелана тут же его перебила.
— Выкладывайте, обормоты, что у вас там опять произошло? — уперев руки в бока, потребовала она.
Я молча посмотрел ей в глаза и слегка покачал головой. Характер у тебя, конечно, тяжёлый, Милана, но наглеть тоже не стоит.
Старуха недовольно фыркнула, но замолчала, не став спорить.
Дождавшись тишины, я кратко пересказал услышанное от Гордея. Несколько секунд они молчали, явно переваривая информацию, но почти сразу после осознания Вильям широко улыбнулся и повернулся к пожилой травнице.
— Ну ладно, раз уж вы хотите идти сами, то так уж и быть, я согласен, — важно объявил он.
Старуха широко распахнула глаза, словно не ожидала такого предательства.
— Да как я могу отказать тебе, внучок? — ласково протянула она. — Видно же, что ты заботишься о пожилых людях и искренне хочешь мне помочь. Как я могу не позволить тебе совершить доброе дело?
Я как раз отпил из кружки и едва снова не поперхнулся. Второй раз за это утро, между прочим! Эта семейка меня в могилу загонит быстрее, чем любая тварь в этой местности, ей-богу.
Подобных речей от Меланы я ещё не слышал, да и Мира, судя по вытянувшемуся лицу, тоже.
Но Вильям отступать не собирался. Сложив руки за спиной, он сокрушённо покачал головой.
— Нет, я понимаю, что вы решили поступиться своими принципами, а на самом деле этого не хотите. Простите, что заставил вас сомневаться в своём решении, — с виноватым видом произнёс друг. — Я понял, насколько сильно ошибался, и больше не буду настаивать. Идите одни, я больше вас не уговариваю. Простите, что делал это раньше.
Мелана поджала губы. Пока она подбирала ответ, я допил чай и поставил кружку на перила.
— Нет, Вильям, всё хорошо, можешь… — начала старуха, но я хлопнул в ладоши, прервав её на полуслове.
Все присутствующие тут же повернулись ко мне с вопросом в глазах.