Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 45 из 76

Глава 32. Наказать

Андрей Самсонов

Один только Господь Бог знает, чего мне стоила прошедшая ночь!

Наверное, только спящая дочка удержала меня от того, чтобы прийти к Кате среди ночи выяснять отношения! Сын! Мой сын!

И теперь эта женщина ещё смеет спрашивать, что я буду делать с этой информацией!?

Ну для начала не убью. Но исключительно ради сына, дочери и тех детей, которые у нас ещё родятся!

А они обязательно родятся, потому что эта кошка за годы отсутствия в моей жизни вся в долгах.

И я мгновенно пьянею вдрызг, обещая себе, что у нас все будет!

Но сначала…

Наказать мне Кошкину очень хочется. За то, что отобрала у нас «нас»! За то, что пусть я и говнюк, но ни за что бы не выбрал другую, если бы знал про ребёнка! Если бы знал правду, что у Кати никого, кроме меня.… И мне почему–то кажется, что до сих пор никого!

Перехватываю ее за затылок, притягиваю рывком и на глазах у всех целую! Все! Край обрыва пройден и пути назад у нас нет!

–Не… смей! – Протестует Кошкина. – Андрей, ну, пожалуйста, увидят…

–Пусть видят…

Сын! Сын! От любимой женщины! И нет у нас больше никаких причин жить раздельно! Мне кажется, что я сейчас просто взорвусь от бушующих эмоций.

–Сюда ходят одноклассники наших детей!

–И пусть! Как… – сжимаю ее лицо. – Как ты посмела не сказать? Какая же ты дура… Кошкина, твою ж мать! Пороть только!

Прижимаюсь губами к ее брови и прикрываю глаза от болезненного толчка в груди.

Мой сын жил в интернате. Возможно, чего–то не имел, когда я мог дать все! Как теперь это все стереть его его памяти?! Как нам самим теперь все друг другу простить?

Вспоминаю токсикозы Лизы и чувствую прокатывающийся по спине озноб. У Кати так тоже было? Кто подавал ей утром чай с лимоном?

–Мы не можем, Андрей, – всхлипывает Катя. – Не можем… Как ты не понимаешь? Если хочешь общаться с Савой – пожалуйста ! Я буду приводить его к вам с Эвой… Мммм!

Я снова затыкаю Кошкиной рот. Вечно это женщина говорит не то, что нужно!

И неожиданно на этот поцелуй Катя начинает отвечать. Пылко, горячо. Мой язык попадает в ее рот, и я уже не могу остановиться, сжимая любимую женщину крепче.

Сознание мое уплывает – сбитое дыхание, запах ее духов, кожа, губы, волосы,.

А дальше я вообще уже перестаю осознавать причину, почему мы не можем продолжить! Прямо здесь возле зеленой стены…

–Андрей, тренировка… кончилась! – Пытается спрятать губы Катя.

Невменяемо срываю с них ещё несколько поцелуев.

Дети, да? Фух…

Отстраняюсь и смотрю Кошкиной в глаза.

–Я на тебе женюсь.

–Что? – распахивает в шоке глаза.

–В первое свободное время.

–У тебя бред? – Прищуривается Катя. – Старые травмы?

Ухмыляюсь. Какая ядовитая кобра!

–С сыном меня веди знакомиться.

–Андрей, нет!

–Или я сам? Кошкина… ни дня. Ни минуты… – глотаю свои эмоции, делая глубокий вдох.

Катя Кошкина

–Мама! – Выбегает из–за моей спины сын, резко распахивая дверь. – А тебя… – осекается, рассматривая нас. – Здравствуйте, дядя Андрей.

–Привет… – смотрит на него Самсонов.

Неожиданно тянется рукой и гладит по голове.

–А маму тренер звал… – лепечет смущенно сын.

–Ну пойдем, – смотрит мне в глаза Андрей. – К тренеру…

Заходим через раздевалки в тренерскую.

Максим Сергеевич что–то обьясняет другим родителям, но заметив нас, сразу же их отпускает. Встает на встречу.

–Добрый день… – тянет руку Андрею.

Пожимают.

Переводит взгляд с Самсонова на Саву, потом – на меня и поджимает губы.

Так заметно? Господи… да, наверное, так и есть. Я просто убедила себя, что сын больше похож на своего деда. Моего отца. А Савелий – копия Андрея!

–Что–то случилось? – Нервничаю.

–Нет! Всё отлично! – Отвечает Максим Сергеевич. – Хотел напомнить, что выигранные в выходные соревнования дают доступ на Россию. В возрасте и весе Савелия конкурентов не много. Но очень интересен сам процесс. Посмотреть на старших, пропитаться, командным духом… Он станет на голову сильнее и мотивированнее.

–Аааа… – мнусь, не зная, что говорить. – А где и когда пройдут соревнования?

–Через две недели. В Сочи. Федерация оплачивает все расходы. С родителей только билеты. Всего четыре дня.

–Я же работаю, – вздыхаю. – Мне никто не даст столько отгулов…

–Но я то свободно могу поехать, – перебивает Самсонов. – Сергеевич, записывай пацана. Такие таланты нужно показывать! Поедешь на соревнования, Савелий?

–Я не знаю… – мнется и заглядывает мне в глаза. – Один? Без мамы?

–Со мной… – смотрит на него Андрей. – И тренироваться тоже будем вместе.

–Поеду… – кивает Савелий и снова смотрит на меня.

Вздыхаю. Вот так… Уже спелись.

–Готовь сопроводительное, Максим Сергеевич, – говорит тренеру Самсонов, – и можешь закинуть удочку, что Федерация готова выделить подарки для без спонсорских мест. – Идите, переодевайтесь, а мы на пару слов, – выпроваживает нас из тренерской Андрей.

Пока сын бегает по раздевалке и рассказывает друзьям, что едет на Россию, сижу на лавочке и пытаюсь успокоить свое сердце.

Тренер догадался. А скоро будут знать все. Мне пора искать новое место работы?

Господи, а если Савелий испугается? Он такой ранимый мальчик. А если он расскажет детям? Ведь его так часто задевают тем, что он несколько лет прожил в интернате. А тут – не просто мама учительница, а папа – звезда. Спортсмен, бизнесмен и достаточно медийное в городе лицо. Это просто я социофоб. Школа – дом – ребёнок.

–Ну что? Ужинать поедем? – Выходит к нам Андрей.

–А Эвелина поедет? – Натягивает футболку сын.

–А Эвелина сегодня с бабушкой, – отвечает Самсонов. – Мы купим ей вкусненького. Пицца?

–Да!

–Андрей.… – подхватываюсь на ноги.

–Лучше не зли меня, мать моего сына, – шепчет он мне в ухо, притянув к себе за локоть.

–Ты не скажешь ему.

–Не скажу. Ты скажешь. Сразу после пиццы.