Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 87 из 101

В густой, непроглядной тени степной лесополосы, где ветви старых дубов сплетались в чёрный шатёр, заглушили моторы три крытых грузовика: это были самые массовые грузовики вермахта — «Опель-Блитц» с бортовыми знаками. Степная ночь дышала прохладой, гулом ночных птиц, треском кузнечиков и сухим, горьковатым запахом полыни и перепревшей листвы.

Командир 1-го отряда 19-й бригады НКВД капитан Семенов бесшумно спрыгнул с подножки «Опеля» на мягкую, пружинистую траву. За ним, без единого лишнего звука — только приглушённый шелест хлопчатобумажной формы и глухой, тяжёлый стук снаряжения о дерево кузова — из машин высыпали тридцать бойцов. Они двигались с отточенной слаженностью, отработанной за месяцы тренировок. Ни одного кашля, ни одного бряцанья фляги.

— Построиться у капота, — приказал Семенов. Голос его, тихий и резкий, как удар кнута, пробил тишину.

Бойцы мгновенно образовали полукруг. Третий грузовик остался в овраге в двухстах метрах — замаскированная резервная машина с рацией, боезапасом и носилками на случай, если основные придётся бросить.

К Семенову подошёл старший лейтенант Кравцов — коренастый сибиряк с обветренным лицом и пальцами, намертво сросшимися с угломером миномёта. Он уже успел навести порядок среди миномётчиков.

— Район разведкой доследован, товарищ капитан, — вполголоса доложил Кравцов, расстёгивая планшет. — Впереди за балкой, в трёх с половиной километрах по азимуту, — тыловая база заправщиков 1-й танковой армии. Бывший гравийный карьер. Там запеленговано шестнадцать железнодорожных цистерн и не менее пятидесяти автоцистерн «Боргвард» и «Мерседес». Топлива — миллионы литров. Территория обнесена колючей сеткой в три ряда, стоят четыре прожектора, по периметру ходят часовые из 454-й охранной дивизии. Внутренний периметр закрыт наглухо, есть зенитные счетверёнки.

Семенов посмотрел на часы. Светящиеся стрелки циферблата показывали 22:42. До запланированного часа «Ч» оставалось восемнадцать минут.

— Немцы думают категориями сорокового года, — произнёс Семенов, и в его голосе послышалась едва заметная усмешка. Он вспомнил слова Гридня, сказанные на инструктаже под Гребёнкой. — Они перекрыли пятьсот метров вокруг цистерн и сидят довольные. Думают, мы попрём на их прожекторы с ножами и термитом, как под Лемболово. А мы им подарим три километра воздухом.

Семенов повернулся к миномётчикам:

— Кравцов! Батарею к бою. Четыре ствола. Прицел по координатам «Скала-4» — триста сорок семь, двадцать два. Работаем зажигательными и осколочно-фугасными. Боекомплект — пятьдесят мин на ствол. Залповый темп — максимальный, без остановки. На всю работу — две с половиной минуты. В двадцать три ноль две мы должны уже свёртываться и уходить. Ни секундой позже.

— Есть, товарищ капитан! — Кравцов развернулся к бойцам, и его голос, обычно спокойный, зазвенел сталью: — Расчёты, к машине! Миномёты на грунт!

Из кузова грузовика на траву мгновенно перекочевали четыре тяжёлые опорные плиты, двуноги-лафеты и воронёные 82-мм стволы батальонных миномётов БМ-37. В кромешной темноте, где безлунное небо не давало ни проблеска, бойцы работали на ощупь, с закрытыми глазами — месяцы тренировок в подмосковных центрах «Школы Гридня» довели каждое движение до автоматизма. Собирали плиты, с глухим стуком вколачивали сошники в плотный, спекшийся за день степной грунт, выставляли углы возвышения по угломеру. Механика дыхания батареи была отточена до секунды.

Пока миномётчики готовили позиции, взвод прикрытия под командованием старшины Громова, бывшего пограничника с нашивками за Хасан, вытаскивал из кузова «Опеля» продолговатые зелёные ящики с надписью «Осторожно. Взрывчатка».

— Громов, — Семенов подошёл к старшине, когда тот уже вскрывал ящик. — Встречную группу берёшь на себя. Где ставишь «подарки»?

Громов, бережно вынимая из ящика плоскую прямоугольную мину МОН-50 на складных ножках, ответил без тени сомнения:

— На выходе из балки, на проселке к Полтавскому шоссе, товарищ капитан. Просёлок там узкий, между двумя лесополосами. Если немецкие броневики из караулки рванут на вспышки — они пойдут ровно по этой дороге. Наша разведка установила, что все объезды заминированы ими же, так что выбора у них нет. Я поставлю веером четыре «монки» на растяжках и две снайперские пары с СВТ и «Брамитами» в охоте. Мы их там вырежем за полминуты. Гарантирую.

— Отлично. Работайте. И помни: фрицы после первого взрыва тупеют на тридцать секунд. Используй это.

В 22:48 четыре миномёта стояли на позициях, вкопанные в землю с ювелирной точностью. Около каждого ствола ровными штабелями лежали открытые ящики с минами — зелёные каплевидные корпуса, похожие на чёрные крупные жёлуди. Бойцы уже открутили предохранительные колпачки со взрывателей и вставили дополнительные пороховые заряды на хвостовики для увеличения дальности.

Кравцов поднял руку, глядя на стрелку секундомера. Бойцы замерли. Слышно было только, как ветер шелестит в дубовой листве и где-то далеко ухает ночная птица.

Красная секундная стрелка пересекла отметку «12», а часовая стала на «11».

— Батарея… По немецкой базе ГСМ… Зажигательными и фугасными… — Кравцов перевёл дух. — Темпом… Огонь!

Первый выстрел прозвучал не как громкий взрыв, а как глухой, металлический хлопок, похожий на удар тяжёлого молота по дну бочки — «Тпппуууук!». Из ствола вырвался сизый, едкий дымок, и 82-мм мина, срываясь в чёрное майское небо, запела свою долгую, унылую, нарастающую песню.

Через секунду хлопки слились в сплошную, барабанную дробь:

«Тппук! Тппук! Тппук! Тппук!»

Четыре расчёта работали как одержимые. Заряжающие, не разгибаясь, подхватывали из ящиков тяжёлые каплевидные мины и ритмично, с глухим стуком, опускали их стабилизаторами в жерла раскалённых стволов. Наводчики, припав к прицелам, лишь чуть подправляли наводку после каждых десяти выстрелов, когда опорные плиты глубже уходили в сухой, пыльный грунт от отдачи.

В воздухе одновременно находилось до сорока мин. Они летели по крутой навесной траектории, поднимаясь на высоту более тысячи метров над степью, чтобы затем отвесно, словно карающая длань, обрушиться на заснувший гравийный карьер.

Полтавская база ГСМ 1-й танковой армии. 23:00.