Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 44 из 101

Мы не стали применять глушители. Наоборот, я приказал дать залп из ДП. Грохот стоял такой, что, казалось, звенели стекла в соседнем районе. Наши «Опели» даже не остановились — они пронеслись мимо комендатуры, поливая её свинцовым дождем прямо из кузовов. Группа бойцов в лохматках спрыгнула на ходу, быстро зачистила здание, подожгла склады с документами и, прихватив с собой пару немецких офицеров «для допроса» (или скорее для дезинформации), снова запрыгнула в уходящую колонну. Все заняло не более десяти минут. Мы оставили после себя дымящиеся остовы машин и полное смятение, догонять и зачищать убегавших не стали, зачем, наоборот, чем быстрей они доложат своему начальству, тем лучше для нас.

— Теперь они точно передадут в Ровно: «Русские идут на восток, их много, они на технике, они ведут наступление», — усмехнулся Старинов, наблюдая в бинокль за убегающими уцелевшими немцами.

— Именно этого мы и добивались, — ответил я. — Через час, когда начнет темнеть, мы резко свернем в лесной массив, и двинемся на запад по разведанным дорогам, ведущим в обход населённых пунктов. Они будут искать нас под Киевом, пока мы будем подбираться к их «столице».

Мы проехали еще километров десять, создавая видимость «наступления», при этом уничтожив ещё один отряд оккупантов и спугнув патруль фельджандармерии, а когда солнце начало клониться к закату, я скомандовал резкий разворот. Мы съехали с дороги в густой ельник. Операция «Призрак» вступила в свою решающую фазу. Мы превращались из «армии, идущей на восток», в «невидимок, ползущих на запад».

— Теперь, — сказал я, снимая фуражку, чтобы протереть пот с лица, — начинается самое интересное. Ровно нас ждет, но они ждут нас не там.

Житомир, еще недавно бывший тихим оккупационным тылом, за одну ночь превратился в филиал ада. Когда наша колонна растворилась в вечерних сумерках, город не погрузился в сон — он взорвался.

В Богунии, где немцы превратили бывший военный городок в «Шталаг 358», происходило немыслимое. Тысячи людей, чьи глаза еще вчера были пустыми от голодного отчаяния, обрели цель. Бывшие командиры Красной Армии, сохранившие дисциплину даже в нечеловеческих условиях, взяли командование на себя. Пять сотен трехлинеек, которые мы им привезли, стали тем инструментом, который переломил хребет немецкой охранной роте.

Около двух тысяч пленных, разбившись на мобильные группы, начали «зачистку». Походу они довооружались оружием убитых немцев, мы не брали себе ничего, оно всё осталось на месте. Правда часть пленных всё же получив свободу, рванули в лес, многие даже без припасов. Однако остальные остались эта ночь стала для оккупантов Варфоломеевской. Немцы, которые пытались удержать позиции в центре, оказались в клещах: с одной стороны — горящие здания казарм и гестапо с комендатурой, с другой — разъяренные люди, которые больше не боялись смерти. К полуночи центр города превратился в поле боя. Немцы, не привыкшие к такому уровню сопротивления, метались между руинами гестапо и разрушенной комендатурой. Они искали партизан, но находили только смерть от рук тех, кого собирались уморить голодом.

В 02:15 уцелевший офицер связи житомирской комендатуры, забившись в подвал, пробился в эфир. Его голос, срывающийся на визг, транслировался прямо в штаб Ровно: — Говорит штаб комендатуры Житомира! Мы подверглись атаке превосходящих сил противника. Потери — критические. Комендант убит. Концлагерь в Богунии захвачен, пленные вооружены и ведут активные боевые действия. Город под контролем регулярных частей НКВД! Повторяю: это не партизаны!

В штабе Ровно, где дежурный офицер принял этот доклад, воцарилась гробовая тишина. Сообщение о «регулярных частях НКВД» наложилось на наши постоянные послания от имени 13 бригады специального назначения НКВД. Тут в полной мере сыграл фактор «третьего поросёнка». Ничем иным немцы объяснить происходящее не смогли.

Эрих Кох, рейхскомиссар Украины, не спал. Услышав доклад, он пришел в ярость, смешанную с ледяным ужасом. В его голове сложилась логичная, но насквозь ложная картина: масштабное советское наступление на восток, прорыв к Киеву, ликвидация административного центра. Не дожидаясь утра, он отдал приказ, который мы и ждали.

В 04:00 колонны элитного охранного батальона и жандармерии, предназначавшиеся для безопасности правительственного квартала Ровно, с ревом моторов двинулись на восток, в сторону Житомира. Также отправили и местных полицаев, для которых это стало шоком. Они думали воевать исключительно с мирным населением, да вылавливать небольшие группы окруженцев, но не столкнуться в бою с отборными бойцами НКВД, отлично обученных и вооруженных. По прошлым столкновения от немногих выживших уже прошла информация, что бойцы НКВД поголовно вооружены пулемётами, автоматами и самозарядными винтовками. Уже одно это говорило о их статусе. Они торопились «тушить пожар», оставляя Ровно почти беззащитным.