Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 282 из 309

Я поднялся на ноги и, посмотрев в указанную сторону, удивленно присвистнул, ибо небо там потемнело, а низкие тучи то и дело полыхали ветвистыми молниями.

– Давно это?

– Да сразу после того, как прошел дамский караван.

– Какой караван? – заинтересованно скосил я глаза на гнома.

– Дамский, – повторил он и тут же пояснил: – Девы из замка ехали со своим скарбом.

– И много их было?

– Очень. Шли и шли, а еще возмущались постоянно. «И этому бедному дрыщу я позволила погладить свои прелестные коленки», «Почему я должна тратить свои лучшие годы на эту костлявую нищету», – неожиданно запричитал он на разные голоса, корча странные рожи и активно жестикулируя. – «Денег нет, но вы держитесь. Я ему кто, простолюдинка, что ль?», «Бюджет на маникюр придется урезать, нет, вы слышали, девоньки, слышали? Ноги моей здесь больше не будет, а еще жалобу царю-батюшке накатаю». «Девки, а вы слы…»

Он продолжал и продолжал сыпать услышанными фразами, и я, почуяв, что это надолго, уселся по-турецки рядом с проснувшимся Батоном, который молча протянул мне ведерко с попкорном. Что ж, небольшая театральная пауза, развлекаться то ведь когда-то надо, окультуриваться там, так что будем считать, что мы в театре. Вот только узнать бы, когда тут антракт и где буфет с бутербродами.

Ворота в замок были распахнуты настежь, а прямо посреди площади, где мы недавно буцкались с Кощеем, стояла ОНА – гордая и прекрасная белокурая валькирия, держащая в руках опутанное цепью молний копье. Я ее даже не сразу узнал, и лишь миниатюрная кольчужная юбка позволила мне опознать в этой грозной воительнице ту самую симпатичную зрительницу. Хозяин замка, кстати, также присутствовал неподалеку, и судя по помято-оплавленному виду его доспехов, досталось ему прилично, однако отступать он явно был не намерен, потому как вскинул запылавший огнем длинный волнистый меч и, выкрикнув что-то нечленораздельное, пошел в атаку. Громыхнуло, звякнуло, обдало жаром огня, заставив нашу наблюдающую за действом троицу дружно и поспешно юркнуть за створку ворот.

– А Кощей-то ей поддается, мяу, – сказал Батон, двумя когтями точно ножницами отчикивая медленно тлеющий ус. – Ведь мог бы ее зарубить, а, мяу, специально промазал.

– Я то…

Бабах! Длинная ветвистая молния вылетела через ворота, тут же превратив кота в наэлектризованный пушистый шар, а Скрипача сделав похожим на отмытого в бане домового Нафаню. Впрочем, мои волосы тоже встали дыбом, но больше от вылетевшего вслед за молнией оплавленного металлического мяча, в которой я практически сразу опознал голову Кощея в лишенном рогов и прочих указательных наростов шлеме. Я осторожно потрогал ее ногой и тут же отдернул ту назад, так как изнутри стального шара послышалось:

– Вай, дорогой, забрало открой.

Я нервно сглотнул, подобрал дымящийся шлем, поперекидывал его из руки в руку, точно вытащенную из костра картошку и, поднатужившись, задрал забрало, обнаружив под ним довольно скалящееся лицо Кощея.

– А вы что, живой? – растерянно спросил я.

– Конечно, живой.

– А-а-а… все остальное?

– Там, – скосила глаза в сторону ворот голова. – Где-то там валяется.

– А это… вот… там… все… и… там…

– Слюшь, дорогой, все потом, потом. Ты ее видэл? Какая жэнщина, молния, огон…

– Валькирия, – поддакнул я.

– Вот, верно говоришь – валькирия, – глаза головы мечтательно закатились. – Слюшь, будь другом, кинь меня обратно.

– Уверены? Вы в таком состоянии…

– Э-э-э, обижаешь, да… метай.

Ну, сказано – сделано. Я быстро выскочил из-за створки и, крутанувшись, словно заправский метатель ядра, запустил голову прямо в деву, мечущую из глаз небольшие молнии, после чего кузнечиком сиганул обратно. Однако место приземления я своего необычного снаряда заметить успел. Знаете, я не то чтобы не попал, скорее попал… даже почти в цель… в общем, голова упала рядом с девой и, сделав пару кувырков, оказалась прямо между ее чудесных раздвинутых ног, коими она твердо стояла на этой грешной земле. А там юбочка… да, короткая… Блин, вот ведь колобок-извратень. В общем, я сиганул в сторону и с воплем «Ложись, братцы!» попытался как можно плотнее вжаться в дорожную пыль. Ребята меня правильно поняли и тут же последовали моему примеру. К счастью, на этот раз не громыхнуло, зато из ворот раздалось нечто возмущенно-визгливое, постепенно переходящее в инфразвук и сразу же вслед за этим влетел знакомый уже «мяч». Дождавшись конца звуковой атаки, я вытащил из ушей скороспешно забитые туда пучки пожухлой травы и, пригибаясь точно под обстрелом, кинулся к голове.

На этот раз вид у Кощея был какой-то задумчиво-мечтательный, мне даже пришлось встряхнуть шлем, а затем постучать по макушке, прежде чем он соизволил сфокусировать на мне свой взгляд, да и то пару секунд смотрел куда-то вбок.

– Хороший бобер, – наконец изрек он. – Ваш?

– Какой бобер?

Я непонимающе посмотрел на Батона, который после валяния в дорожной пыли походил на бутылочный ершик серого цвета, тот в свою очередь на Скрипача, а тот, оглядевшись, указал на невесть откуда взявшегося позади нас здоровенного бобра, шустро обрабатывающего своими мощными зубами сучковатую ветку.

– Не наш, – сказал я.

– Не наш, – подтвердил Батон, зачем-то перекрестившись.

– Не наш, – почти что пропел Скрипач, теперь уже окончательно похожий на Нафаню.

– Не их я, – пискнул бобер.

– Жаль, – голова вздохнула. – Хороший такой, пушистый. Слюшь, учитель, кидай меня обратно, только чуть правее, ближе к телу.

– А может, нам как-нибудь помочь?

– Нэт, генацвале, я сам, – отмел мое предложение Кощей и, мечтательно закатив глаза, добавил: – Какая жэнщина, вах, чудо, пэрсик, богиня. Знаешь, дорогой, всэ ушли, всэ, как ты и сказал, ушли и все увезли, даже цветы с клумб выкопали – не жалко. А она не ушла, сказала, что будет со мной. Я нэ поверил, выгнать хотэл, и вот… Жэнюсь, восстановлюсь и сразу жэнюсь, клянусь своей иглой. Ничего для такой жэнщин нэ жалко. Кидай меня, дорогой, кидай.

– Подождите, а как же топь, вы же обещали.

– Ах да…

Голова что-то быстро пробормотала на непонятном мне языке, дернула бровью – и рядом со мной развернулось матовое окно портала.

– Вот, генацвале, бросай меня и иди, там уже ждут.