Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 265 из 309

Впрочем, суета улеглась довольно быстро. Батон с Петей как-то нашли общий язык и теперь сидели в обнимку в дальнем углу стола. Кот рассказывал ему про рыбалку и космос, а присоединившийся к ним Скрипач наяривал леденец и теребонькал на скрипке про траву у дома. Парни, засучив рукава, взялись помогать Яге приводить в порядок сарай, вызвав у той неподдельное удивление и одобрительное кхеканье Муромца, а у меня тайный приступ гордости, ибо в основном ребята работали руками, применяя лишь небольшую толику магии. Девчонки же занялись грязной посудой. Глайдуэль правда хотела было помочь с огородом, но не успела и рта раскрыть, дабы призвать свои силы природы, как грозный взгляд хозяйки заставил ее его захлопнуть и шустренько метнуться за вынесенными котом Васькой полотенцами для натирки до блеска всей вымытой посуды. Я же все это время сидел в небольшой прострации, открыв миру все возможные чакры, слушал музыку пространств, одновременно мурлыкая под нос песенку про медуз, пока протянутая мне Ягой кружка с каким-то напитком одним глотком не собрала мои мысли в едино-монолитную кучку.

– Блин, и что это было? – я растерянно посмотрел на сидящего напротив Муромца, но тот только пожал плечами.

– Может быть, вот это? – подошедшая Яга оттянула ворот моей рубахи и постучала ногтем по чешуе, плотной броней покрывшей часть моей шеи и уже медленно, но уверенно, перебирающейся на плечо.

Густые брови богатыря удивленно взметнулись вверх.

– Колдунство какое?

– Скорее наука, – ответила ведьма, садясь рядом со мной. – Змея в нем пробудили зачем-то, вот трава горючая и подействовала, сам же знаешь, как Горыныч с нее дуреет.

– Мне ли не знать, – усмехнулся в бороду Муромец. – Последний раз пришлось все три морды лица «гладить», а то никак не успокаивался, все кулаки стесал.

– Тебе бы только гла… Васька, ирод царя небесного, а ну положи, где взял!

Кот, вышедший из сарая с целым лукошком куриных яиц, оглянулся на вскочившую на ноги Ягу, задумчиво дернул ухом, затем бочком-бочком сместился за бревенчатый угол. Метла со свистом прыгнула в руку старухи, а сама она олимпийским прыжком с двумя кульбитами оказалась почти рядом с сараем и, издав вопль охотящегося Чингачгука, бросилась вслед за котом. У моих ребят аж челюсти поотвисали, Скрипач едва не подавился петушком, а Батон каким-то макаром успел нацепить на себя бабочку, очки и выставить перед собой табличку с оценкой «6.0».

– Ох и попадет сегодня Василию, – басовито хохотнув, констатировал богатырь, плеская себе еще сбитня, после чего, покосившись на меня, приподнялся и, взяв со стола кувшин с квасом, наполнил мою кружку. – Слышь, Ярослав, я тут вашу беседу краем уха подслушал. Как понимаю, путь твой прямиком в Маревы топи ведет.

– И-и-ии? – с нескрываемым подозрением какого-то подвоха потянул я.

– К Кощею тебе надо, – сказал Муромец, подхватывая с блюда зажаристый пирожок.

– К Кощею? – удивился я. – К тому самому?

– А ты другого знаешь?

Я на мгновение задумался, затем замотал головой, одновременно вспоминая все, что знал об упомянутом сказочном персонаже: худ, жаден, очень любит звонкую монету, характер скверно-нордический, не женат (хотя много раз пытался), бессмертен… Блин… Я нервно сглотнул и отодвинул резво сунутую мне в руки Батоном серую папочку с синими тесемками. Кот посмотрел на меня грустным взглядом поверх очков в тонкой оправе, снял и протер их, затем аккуратно спрятал папку в свое невидимое хранилище, сочувствующе покачал головой, цыкнул сквозь зубы и демонстративно провел когтем по шее.

– Да не дрейфь, Ярослав, – бросил Илья, заметив наши переглядки с котом. – Кощей мужик нормальный, свойский, со своими, конечно, мышами в хозяйстве, – он постучал указательным пальцем себе по виску, – но если к нему нормально относиться, то и он ответит тем же. Хотя, с другой стороны, как найдет… (вот за этот намек отдельное спасибо… «как найдет», судя по тем сказкам, что читал, «находит» на него довольно часто и усердно).

– А вообще, зачем мне к нему? – спросил я, на всякий случай прикидывая, «а где же у него кнопка» (точнее яйцо… тьфу ты, точнее игла в яйце, которое в утке, а та в ж… в зайце, короче… извращение еще то, если подумать).

– А как ты хочешь в Мареву топь попасть?

– Так ведь карта же есть…

– Карта, реально? – Муромец добродушно рассмеялся. – Ты мне скажи, русич ты мой дорогой, ты сюда тоже дорогу по карте отыскал?

– Ну…

Я задумался. А ведь и правда, что первый раз, что сейчас я попадал к дому Яги именно тогда, когда заходил во время своих поисков в тупик и банально не знал, что делать дальше. И каждый раз, как во многих сказках, она давала мне подсказку, путеводную ниточку…

– Кажется, ты понял, – сказал Илья. – Пришлому человеку попасть сюда трудно, вот и с топями то же самое.

– Но Яга ничего…

Муромец вздохнул.

– Ярослав. Наша бабуля человек хороший, но есть у нее одна поганая особенность… Иногда она кое-чего не договаривает, запутывает. Как Алешка говорит: «Ведьмино нутро так у нее вылазит». Хотя лично я думаю, что это не специально, нельзя ей всего говорить – не положено.

– Кем не положено?

– Не знаю, – покачал головой богатырь. – В любом случае путь твой к Кощею лежит. Сможешь с ним договориться, то откроет он тебе прямую дорогу к топям, а не сможешь… – он развел руками.

– О чем разговор?

Яга возникла за спиной Ильи, просто шагнув туда из ниоткуда.

– Да так, молодежь вразумляю, – спокойно ответил Муромец не оборачиваясь и, допив свой сбитень, резко встал, хлопнув обеими руками о столешницу, отчего стол просел на своих сучковатых ножках, ухнув при этом, словно столетний филин. – Ладно, старая, пора мне, загостился что-то.

Он сунул два пальца в рот и громко свистнул. Земля вздрогнула от мощного топота копыт, и через мгновение за оградой остановился черный как смоль богатырский конь с золотой гривой, к седлу которого были приторочены каплевидный щит и здоровенная шипастая булава. Подойдя к жеребцу, Муромец ласково потрепал его по холке и одним резким движением «взлетел» в седло, затем обернулся в мою сторону и, достав из-за пазухи небольшой перевязанный тесьмой мешочек, кинул его мне.

– Небольшой подарок на прощание.

– Что это?

– Придет время – разберешься! – бросил богатырь и, посмотрев в небо, добавил: – Вечор близко, пора и тебе собираться.