Страница 246 из 309
Мы переглянулись с Глафирой, усмехнулись, а затем дружно вздохнули.
Незапланированный выходной – это хорошо. Вот только чем бы заняться? Крис с Лицией куда-то упорхнули прямо с утра. Дорофеич, поглотив половину бочки пива и месячный запас колбасок, умчался (переваливаясь с боку на бок) обратно в академию, делать какой-то там учет в своей кладовой, и даже Глафира собралась в соседний городок за продуктами. Сперва мне компанию составлял Батон, с которым мы даже перекинулись пар-тройку раз в «дурака», но потом проявилась Киса и умыкнула моего котейку прямо во время процесса навешивания погон. И что теперь делать? Я подошел к зеркалу и, расстегнув рубашку, оттянул воротник. Ну как сказать… чешуя хорошая, с золотистым отливом, покрывает ровным слоем часть шеи и плечо левой руки, причем все это проявилось за одну ночь. Надеюсь, Гоймерыч со товарищами из руководства что-нибудь да придумают, может для этого сегодня и собрались, а пока не будем грустить и чуток прогуляемся.
Итак, я вышел из дома… Что на мне было: куртка кожаная – 1 штука, джинсы (местами потертые) – 1 штука, рубашка безрукавка клетчатая, любимые ромашковые – также по 1 штуке, ну и полуботинки типа берцы – по экземпляру на каждой лапе. Ах да, еще в кармане горстка леденцов плюс кошель с парой сотней магриков и кепка типа бейсболки. Зачем я все это описал так подробно? Ну, наверное, для того, чтобы вы понимали, что после того, как я оказался… Так, стоп, не буду забегать вперед.
Ну значится, пылю я по дорожке, напевая: «Хорошо бродить по свету с карамелькой за щекою»… Не, ну а что мне напевать? «Выйду днем я в поле с котом», что ль? Так кота нет, а карамелек половина кармана и на вкус неплохие. В общем, топаю я по тропинке, птички там щебечут, солнышко светит, несмотря на осень – тепло, на лужайке резвятся пониграфты, порой пуская в воздух целые плеяды радуг. Кстати, превращение в поняш теперь у графтов как эпидемия, как только что не по их, так сразу оп и в поняшу и «у меня копытца», а значит, работать не могу, буду бегать на лугу. И откуда только зелье берут? Гоймерыч тут явно ни при чем, так как сам пребывает в состоянии некой растерянности, ибо работа стоит, леса зарастают, единороги нечесаные и уже жрут не четырехлистный клевер, а обычное сено, отчего у них жуткий запор и повышенное навозообразование. Попробовали подрядить на это дело Дорофеича с его ребятами, но посетив конюшни, тот вернулся назад дюже угрюмый, а на все вопросы отвечал, что на подвиги не подписывался и вообще он завхоз, а не герой древних эпосов.
Хмм… на чем это я там… а, да… В общем, все хорошо, на душе странное умиротворение, будто я и не мутирую спешно в динозебра, как всегда немного хочется меда и бананов в кроликах (или кроликов с бананами – фиг поймешь), а в небе плывут облака и пятерка драконов… ляпота. И тут бац, вспышка сверху и на меня валится знакомое мне худое чудо в обтягивающем комбинезоне, привычно приземляясь на мои спешно вытянутые руки.
– О, Рейнер, привет, а я думал, что ты уже дома, – сказал я, аккуратно ставя девушку на землю.
– Я была, но вернулась, так как мы с ребятами хотели… ой… о чем это я. Нер, меня же Генрих прислал просил вам передать… вот, – она протянула мне до боли знакомый цветастый прямоугольник.
– Билет на поезд? – удивился я. – Но зачем?
– Да там в академии такое творится, ой, не успели… – Ее глаза широко распахнулись, смотря мне куда-то за спину. – Они уже тут.
Я резко обернулся. Не, ну твою же кису. Стоят, семеро с ларца, одинаковы с клювца… точнее с клюва… с клювастой морды лица… В общем, хранители в количестве семи штук и, судя по их виду, явно сюда не прогуляться пришли, вот прямо чую. Да от их пристальных взглядов у меня даже дырки на носках скукожились.
– Они что, за мной? – полушепотом спросил я, натужно улыбаясь и махая клювастым рукой.
– Угусь, – бросила юная техномагичка и, прежде чем войти в компенсат-состояние, спросила: – Что будете делать?
Что делать, что делать? Я проводил глазами уносящийся в синеву небес огонек и судорожно сглотнул. Что делать… Естественно, как всяческий герой… вменяемый герой, а не всякие там… да бежать нафиг я буду. Я ж не с дуба рухнул с пятью клювастыми упражняться, когда меня один едва в отбивную не превратил, так что ноги в руки и ходу. Сказано – сделано. Отсалютовав хранителям двумя пальцами, я сперва медленно попятился назад, а затем, развернувшись, рванул в сторону поля с поняшами, аж пыль клубами взвилась. Они, естественно, за мной и, несмотря на все мои силы, умноженные драконьими генами, практически не отстают.
И все же я первый влетел в стадо крылатых пускателей радуг и понесся средь них, петляя точно заяц, причем при моем приближении графты с легким хлопком принимали свой обычный вид, но стоило мне удалиться, как вновь возвращались в свое конское состояние, испуганно при этом икая. Посему моя пробежка сопровождалась той еще бьющей по ушам какофонией, а испускание радуг увеличилось в несколько раз, и последние метры до раскинувшегося за полем леса идти пришлось, можно сказать, «по приборам». Спасительная чаща приняла мою несущуюся во весь опор тушку одобрительным похлопыванием своих ветвей по различным частям тела и кое-чем противно хрустящим, что само на ходу буквально запрыгнуло в рот. Если честно, было не очень вкусно, но довольно сытно – чистый белок и крупный при этом, с ножками и крылышками. Оба, еще один и еще… елки – ветка, ой, колено, блин, рука… глазик… любимый глазик… Тьфу, опять что-то невкусное, да еще со множеством дергающихся ножек. Все, вроде отстали, да и в лес далековато забрался, никогда так далеко в него не ходил, хотя пару раз тут с Батоном по грибы захаживали, да и река тут недалече, где мой кот удить любит. Значит, надо сориентироваться и понять, что делать дальше. Домой возвращаться явно не вариант. Я остановился, опершись рукой о дерево, отплевываясь и переводя дух. Во рту привкус, словно там стадо страдающих запором единорогов пробежало… хорошо карамельки остались. Я только развернул обертку, и тут бац… едва успел среагировать и увернуться. От ствола же только щепки вперемешку с кусками коры брызнули в разные стороны. Не, ну япона мама, один из преследователей все-таки умудрился меня догнать и на мирные беседы он явно не настроен, но попытаться-то можно.
– Конфетку? – дружелюбно предложил я.