Страница 239 из 309
– Это все гнусные инсинуации, товарищи, и поверьте, данный выпад мирового империализма не пройдет безнаказанным. Мы будем постоянно расширять, углублять и вспахивать.
– Вспахивать чего? – пискнула за моей спиной эльфийка.
– А вот это хороший вопрос, товарищ девушка, – кадавр на мгновение остановился, задумавшись, но тут же нравоучительно воздел палец вверх. – Думаю, что непаханое и, я даже не побоюсь сказать это слово – целинное.
Во взгляде его поросячьих глаз, направленных в сторону девчонок, мелькнуло нечто такое, что стул буквально сам прыгнул ко мне в руку, дабы тут же отправиться в полет. К сожалению, его благородная миссия по стремительному углублению в чью-то лысую башку была провалена, а его бренные останки сгинули в бездонной пасти кадавра, как и неведомо откуда взявшийся кактус, запущенный кем-то из моих учеников, затем череп, пара ребер, кисть руки… Я скосил глаза. Часть ребят под строгим предводительством взгромоздившегося на парту Батона вовсю потрошили стоящий в углу шкаф с методическими пособиями, обстреливая монстра его содержимым, а оставшиеся пытались открыть вторую дверь, находящуюся в конце класса, строча в ее сторону заклинаниями словно из пулемета, отчего та искривлялась, вспыхивала разноцветными огнями, порой вроде даже выражалась нецензурными словами из замочной скважины, но упорно не поддавалась.
Вот ведь ситуация. Я нервно сжал кулаки и решительно шагнул вперед, но тут же остановился – телефон. Повинуясь какому-то наитию, я вновь сорвал трубку с рычагов и поднес ее к уху. Внутри щелкнуло и милый женский голос произнес:
– Господин Краснов, должна вам сообщить, что услуга предоставлена вам в полной мере и повторное ее оказание невозможно. Если вас что-то не устроило, можете обратиться с жалобой по синему телефону.
– Синему? – я удивленно оглянулся.
– Цвета тоже будут экспроприированы, товарищи, – тут же вставил слово кадавр и, проглотив запущенную в его сторону банку с заспиртованной ящерицей, резюмировал: – Но потом.
– Слушайте, тут нет никакого синего телефона, – бросил я в трубку. – И жаловаться я не собирался, и вообще, тут у нас проблема с кадавром.
– С кем, простите? – помедлив, переспросили в трубке.
– Хреном лысым в костюме и инвентарным номером «435КАВ», – нервно буркнул я, жестом показывая стоящему в позе Наполеона Батону продолжать «обстрел» ненасытной твари.
Тот горделиво кивнул, поправил на голове невесть откуда взятую треуголку (явно сделанную из какого-то методического плаката) и, указав на кадавра линейкой, скомандовал: «Беглый огонь». Мои ребятки дружно метнули все, что было у них в руках, причем одним из предметов оказалась невесть откуда извлеченная гиря, старая такая, пудовая и очень-очень ржавая. Каким-то чудом она избежала всасывающего вдоха кадавра, а пройдя по замысловатой траектории плюхнула ему точно по темечку, отчего тот со звонким щелчком захлопнул свою пасть и плюхнулся на пол, глядя в нашу сторону удивленно-выпученными глазами, в которых просто плескалась детская обида. На секунду мне даже показалось, что он сейчас расплачется горькими слезами.
– Это провокация, – после минутного молчания выдавил кадавр, ощупывая голову своими пухлыми пальчиками. – И преднамеренная порча социалистической собственности, а все это есть деяния, наказуемые согласно УК.
Он неожиданно ловко вскочил на ноги, а его рот принялся расширяться, с каждой секундой все больше напоминая бездонную воронку, в которую со свистом устремился всасываемый воздух, увлекая за собой пока лишь мелкие окружающие кадавра предметы.
Мурашки, каждая величиной с корабельную крысу, организованной толпой проследовали по моему позвоночнику в направлении копчика, явно готовясь к эвакуации, а за спиной раздался испуганный писк девчонок. Я скосил глаза на Батона, которой все еще стоял на парте, но на этот раз взгляд его глаз был полон страдания, а в правой лапе он сжимал небольшую медную флягу, от которой за версту разило валерьяной с примесью гномьего самогона. Отсалютовав ею мне, он отхлебнул из горла и, выдав протяжный мявк, в котором угадывалось что-то типа: «Тысяча чертей, один раз живем, салаги», явно приготовился пойти на абордаж противника, используя вместо сабли математическую линейку.
В этот момент случилось неожиданное, в трубке, которую я автоматически продолжал прижимать к уху, коротко треснуло и уже знакомый женский голос произнес:
– Уважаемый господин Краснов, так как вы полностью довольны оказанной вам услугой, а также являетесь почетным сотым пользователем нашего сервиса, мы совершенно бесплатно предоставляем вам допуслугу нашего хелпдеска. Приятного вам дня.
– Чего? – только и успел сказать я в ответ, как позади кадавра гулко хлопнуло, загромыхало и пространство стало расползаться темно-синим пятном, по другую сторону которого точно в мутном зеркале были видны покачивающиеся на ветру деревья.
«Зеркало» вздрогнуло, и из него шагнул высокий беловолосый мужик с давно не бритой седой бородой в потертых кожаных доспехах.
– Зараза, ненавижу порталы, – выдавил он, мотая головой и одновременно окидывая кабинет пристальным взглядом своих кошачьих глаз, пока не уперся ими в несколько опешившего и даже переставшего всасывать воздух кадавра.
– Чую агрессивную активную протоплазму, – оскалился в ответ тот.
– И что ж вы никогда, черти, не угомонитесь.
Движение рукой, и меч из-за спины седовласого буквально прыгнул ему в ладонь. Разворот, удар наотмашь, брызги крови, восторженный (да-да, именно так) визг девчонок – и голова кадавра, улетающая в закрывающееся окно портала. Седой удовлетворенно хмыкнул, пнул сапогом распластавшееся на полу тело, подмигнул юным магичкам (вызвав косые взгляды у парней), а затем почему-то вопросительно посмотрел на меня. Я в ответ лишь нервно развел руками, мол, «ну вот как-то так получилось». Пришелец понимающе усмехнулся в бороду, и тут вновь раздался грохот, а у окна принялось расползаться темное пятно нового портала, заставившее седого в буквальном смысле застонать сквозь зубы. Прощально махнув нам рукой, он уже было шагнул к порталу, но я его остановил.
– Погодите секундочку.