Страница 49 из 65
Глава 25
Глава 25
- Точно всё в порядке, Лесси? Мы не перегнули в купальне?
Тиалт обеспокоен весь вечер. Чувствует себя виноватым и обещает, что больше в наказания играть мы не будем, а я уговариваю его изредка такое повторять. Мне понравилось даже связывание. Возникли, правда, вопросы, где мой младший муж такому научился, но он заверил, что это была чистая импровизация.
- Всё было прекрасно, - заверяю обоих мужей.
Они тискают меня на диване в гостиной. Мы облюбовали это место. Теперь часто проводим здесь вечера. Вот и сейчас совмещаем приятное с полезным. Нежимся и накидываем варианты, что делать с амулетом.
- Здесь было написано, что для завершения ритуала амулет нужно уничтожить, - говорит Тиалт, – но что подразумевается под завершением, не уточняется. А что, если Элесия тоже не хочет возвращаться, поэтому приходит к тебе во сне? Может, она хочет уничтожить амулет, чтобы остаться там?
- Хм… Интересная мысль. Мы с такой стороны не думали.
- Да ну, - отмахиваюсь. – Чтобы она захотела остаться в мире, где нет магии, в моём уродском теле. Зачем? Здесь всё идеально, а там…
Тяжело вздыхаю, поднимаюсь с дивана и бесцельно брожу по гостиной. Насиделась я уже. Хочется движения. К тому же так легче думается.
Беру в руки синюю книгу, снова листаю, хотя я уже, кажется, знаю её наизусть. Ничего нового, никаких ответов.
- Что-то упало, - Тиалт поднял листок, передал мне не глядя.
Разворачиваю, без интереса читаю. Язык непонятный. Смесь латыни и арабского. Попробуй прочти эти завитушки.
- Стоп, - бегу глазами по строкам, достаю из кармана колокольчик. – Здесь одинаковые символы. - Mori et renascentis… - читаю непонятные строки.
- Нет, Лесси! – Тиалт подскочил ко мне, обхватил двумя руками. – Не читай это! Не читай!
- А что это? – спрашиваю и не слышу собственного голоса, как и не слышу ответа.
Я ныряю в вязкое нечто, и оно засасывает меня, крутит в водовороте, стирает бушующие эмоции. С болью, как от неожиданного удара, приходит осознание, что начался обратный обмен.
Слишком просто… Всё слишком просто… Я лишь прочитала написанный Элесией текст. Это не может быть возвратным билетом.
С криком выныриваю в жизнь и обнаруживаю себя стоящей перед аудиторией студентов. Все смотрят на меня чуть ошарашено, по нахмуренным выражениям понимаю, что я реально кричала. Студенты делают вид, что ничего особенного не произошло, хотя и перешёптываются между собой.
- Простите, - схожу с трибуны и едва не падаю, потому что тело отказывается меня слушаться.
Присаживаюсь на ступеньку, вытягиваю ноги в алых колготах.
«Что за странный наряд?» - думаю невпопад.
- С вами всё в порядке? – староста группы подходит, подаёт мне необычную пластиковую бутылку. – Это вода. Вызвать помощь?
- Нет, - выдавливаю хрип. – Посидите остаток пары спокойно, а потом расходитесь, - говорю и прикрываю голову руками.
- Пять минут осталось. Может, мы пойдём? Вам точно не нужна помощь?
- Идите.
Когда в аудитории Олеся Пенькова остаётся одна, она горько рыдает. А я, тихо присутствуя в её теле, убиваюсь от отчаянья и бессилия.
- Чёртова надпись… Чёртов амулет…
Сейчас немного посижу, поплачу, усну, как всегда, бывает после эмоционального потрясения, а потом проснусь в своей постели между двумя мужчинами. Они нежно обнимут меня, зацелуют и наговорят комплиментов. А потом мой младший муж как бы невзначай погладит меня по попке и спросит:
- Не хочешь расслабиться перед парами? У нас же общая лекция. Если я сейчас не кончу, просижу всю пару со стояком.
- Давай по-быстрому, - подставляю попку, лёжа на боку, и мой прекрасный муж усердно доводит нас до оргазма. А после него подходит суровый ректор и искушает непристойным предложением:
- Зайдёшь ко мне после пар? Отымею тебя на ректорском столе.
Раскрываю глаза, но ничего не меняется. Рядом со мной нет сексапильных мужчин. Окружающая обстановка кажется театром, в который я забрела случайно. И эти ноги в красных колготках… Чудно. Но ещё больше удивляют туфли. В них сочетаются пятисантиметровая платформа и пятнадцатисантиметровый каблук.
Пытаюсь в них встать на ноги и понимаю, что я только что едва не упала как раз из-за этих туфель, а не от шрамов, которые всегда затрудняли мои движения.
С пятой попытки поднимаюсь, качаюсь, и мир пошатывается вместе со мной. Тело вспоминает, что я умею ходить в этих чудовищных туфлях, и я иду, хватаю сумку, закидываю на плечо.
В коридоре академии теряюсь от звуков, экранов и вспышек. Слишком много бело-синих деталей. Они рассеивают внимание, и я верчу головой в стороны.
- Платформа тридцать пять, - звучит милый голосок, но я точно знаю, что он принадлежит не девушке, а роботу. – Лэра Олли-Эс, желаете спуститься? Ваш эхскар ожидает у входа.
Вхожу в стеклянный лифт, и он стремительно падает, но летит не по прямой, а виляет в воздухе, расходится в другими стеклянными шарами, в которых стоят жутко странные люди. Только они стоят ровно, а я прижимаюсь к стенкам.
На улице глотаю воздух с нотками химозной сакуры и роняю нижнюю челюсть. Робот приглашает меня занять место в эхскаре, и я понимаю, что уже пора, иначе мне посчитают простой. Плетусь на своих огромных каблуках, сажусь в маленькую круглую машинку, и она резко взлетает.
Я лечу по светящемуся городу, в котором вместо домов зависшие в воздухе платформы. На них многолюдные муравейники или магазины с живыми витринами. Робот развлекает меня анекдотами, в которых большая часть слов непонятны. Я смотрю то на свои красные колготы, то на кисти рук. А за стеклом эхскара пролетает мир будущего.
Ризар и Тиалт
- Лесси! – Тиалт подхватил оседающую на пол жену, перенёс к дивану и сел, прижимая хрупкое тело к груди. – Лесси, пожалуйста, очнись…
- Что это было? – Ризар провёл рукой по волосам бесчувственной девушки. – Она ведь не ушла? Лесси очнётся, да?
Тиалт покачивает жену на коленях, целует лоб и щёки. В его глазах слёзы, но он усиленно старается не поддаваться эмоциям.
- Гибель и возрождение – так было сказано в том заклинании, - говорит глухо. – Она начала обратный отсчёт.
- Что ты несёшь? Какой отсчёт? Как это остановить?
- Мы ничего не можем сделать, - Тиалт поднялся с женой на руках, пошёл наверх. В спальне бережно уложил девушку на кровать, укрыл, поцеловал как в последний раз и отошёл к двери.
- Она очнётся, - сказал Ризар, желая услышать подтверждение своих мыслей.