Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 61 из 87

Нари взяла его за руку. Сплела свои пальцы с его, и Али мгновенно замолчал. Он мигом перевел взгляд на ее лицо, но она разглядывала свои колени, словно избегая смотреть на него. Правда, он все равно отметил, что горькое выражение мелькнуло на ее лице, эхо одиночества, которое, казалось, цепляется за ее лицо, словно тень.

– Дело не в той ночи на лодке, – сказала она наконец. – Дело в том, что это… это кажется таким легким. И я могла бы совершить ошибку. А я не могу. Больше не могу.

Али открыл было рот и тут же закрыл его.

– Я… я не понимаю.

Она вздохнула:

– Это вроде того, что я говорила раньше: ты будешь делать то, что лучше для твоей семьи. Я буду исходить из интересов дэвов. И если когда-нибудь наступит время, когда кому-нибудь из нас придется делать выбор… – Нари поймала его взгляд, и печаль в ее темных глазах пронзила Али до глубины души. – Я думаю, было бы лучше, если бы мы не были друзьями.

Нари отпустила его руку. Али молчал, а она встала со скамьи, аккуратно накинула чадру на голову и теперь опять предстала перед ним в том облачении, которого требовали ее обязанности. Ему почти хотелось возразить ей, но Нари, как это и было ей свойственно, уже расставила все точки в их разговоре.

– Могу я чем-нибудь помочь тебе? – спросил Али; его сердце разрывалось от боли за нее. – Это так мучительно – видеть тебя такой несчастной.

– Укради меня отсюда контрабандой, если отец позволит тебе уехать. – Это прозвучало, как шутка, но он слышал нотки отчаяния в ее голосе. – Хороший книготорговец наверняка пригодится в Бир-Набате.

Али вымучил улыбку, хотя отчаяние охватывало его.

– Буду иметь в виду, что нужно будет захватить один дополнительный чемоданчик размером с Бану Нахиду.

– Буду тебе очень благодарна. – Нари направилась было к выходу из беседки, отодвигая ветви на своем пути. – Хотя постой… ты мог бы сделать для меня одну вещь. Но только если это не составит тебе труда. Поскольку ты и так уже планируешь сад.

– И что это за вещь? – спросил он. Она повернулась к нему не полностью, и он лишь частично видел ее профиль, хотя чадра закрывала щеку.

Голос ее звучал неуверенно, смущенно.

– На холмах растут такие маленькие пурпурные цветы. Я никогда не видела их вблизи… Твой отец не позволяет мне выходить за городские стены. Но ты знаешь, о чем я говорю.

Али с удивлением понял, что знает:

– Я думаю, их называют ирисы.

– А мы можем посадить их здесь? – спросила Нари. – Они одними из первых расцветают весной, а их вид всегда вселяет в меня надежду.

– Тогда я посажу их повсюду, – автоматически сказал Али. Но, поняв, что его слова прозвучали, как некая торжественная клятва, он поспешил добавить: – В любом случае попробую.

Подобие того, что, возможно, было улыбкой, изогнуло ее губы.

Али провожал взглядом Нари, которая возвращалась в лазарет, продираясь через лозы. Он хранил молчание, хотя на язык ему просились с дюжину еще не сформулированных толком предложений, путаница чувств и эмоций, которую он был не в силах расплести.

А потому он беззвучно привел в действие свой маридский магический дар, наличие которого у себя только что отрицал, и осторожно прекратил дождь, прежде чем его капли коснулись ее головы.