Страница 9 из 58
— Разрешите, товарищ подполковник? Вопрос не для протокола.
— Слушаю, Ланцев. Только коротко. У меня доклад в Москву.
— Я хочу поработать с задержанными, прошу пока не передавать их следователям.
Батурин нахмурился. Радость от первого успеха мгновенно слетела с его лица, сменившись жестким, чиновничьим недоумением.
— Ты в своем уме, лейтенант? Это стопроцентная реализация. Готовое дело. Мне нужно показывать руководству, что созданное направление работает, а не штаны просиживает.
— Вы показываете им синицу в руках, — спокойно возразил я. — А я предлагаю поймать журавля. Товарищ подполковник, давайте смотреть на шаг вперед. Делегация МАГАТЭ — это не только официальные экскурсии по нашему расписанию. Вы читали справку ПГУ. Такие волки, как Романчук, не верят официальным бумагам и правильным докладам. Они обязательно попытаются собрать информацию через неофициальные источники. Пойдут в народ, попытаются наладить контакты с обслугой, будут искать тех, кто реально лазил за периметр.
Батурин молчал, барабаня пальцами по столешнице. Он умел слушать, когда дело касалось серьезных раскладов и его личной карьеры.
— Сталкеры — это золотая жила для западников, — продолжил я, усиливая нажим. — И Романчук со стопроцентной вероятностью попытается нащупать этот контингент в городе. А теперь представьте, что мы этих ночных ходоков сейчас торжественно сажаем. Канал закрыт. Иностранцы будут искать выходы на других, неконтролируемых нами людей, и рано или поздно найдут.
— И что ты предлагаешь? — прищурился Батурин.
— Завербовать. Подвесить на глухой крюк той самой 89-й статьи, с перспективой реального срока. Объяснить популярно: либо они едут валить лес, либо возвращаются в город и очень убедительно играют свою обычную роль. Мы внедрим их обратно в среду. Позиции в этой среде нам сейчас жизненно необходимы. И когда люди из МАГАТЭ начнут аккуратно искать подходы, они выйдут прямо на наших подопечных.
В кабинете повисла вязкая тишина. Батурин боролся с собой. Карьерист в нем требовал немедленного рапорта наверх о блестяще проведенном задержании. Но опытный чекист понимал, что моя схема дает в руки отделу куда более мощный инструмент влияния на саму делегацию.
— Тарасов будет рвать и метать, — наконец медленно произнес Батурин, глядя мне в глаза. — Это его разработка. Он ночами в засадах сидел.
— Тарасову выпишем премию и благодарность за грамотную вербовку исключительно ценной агентуры, — парировал я. — Это ценится ничуть не меньше, чем посадка.
Подполковник тяжело вздохнул и захлопнул свой блокнот, перечеркивая так и не состоявшийся победный доклад.
— Умеешь ты, Ланцев, испортить праздник. Забирай материал. Работай с ними по твоей схеме. Но учти: если эти деятели сорвутся с крючка или начнут двойную игру, головы полетят у нас обоих.
— Не сорвутся, — твердо ответил я, поднимаясь. — Подвесим так, что дернуться побоятся.