Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 42 из 71

Глава 30

Утро началось не с рассвета, а с удара в ворота.

Я проснулась от звука, который пронзил тишину Логова, как стальной клинок. Это был не обычный стук стражи — это был глухой, тяжелый удар, который эхом прокатился по каменным стенам, разбудил слуг, заставил воинов на стенах схватиться за оружие. Я села на кровати, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Рядом со мной Ивар уже стоял у окна, его лицо было мрачным, а пальцы сжимали подоконник так сильно, что побелели костяшки.

— Она здесь, — сказал он, не оборачиваясь. — Лера.

Я встала. Ноги дрожали, но я заставила их двигаться. Подошла к нему и посмотрела в окно. Внизу, у главных ворот, стояла группа воинов. Их было около двадцати — все в тёмных плащах, с капюшонами, скрывающими лица. Но я не смотрела на них. Смотрела на ту, что стояла впереди.

Лера была одета в длинное чёрное платье, которое струилось по земле, как тень. Её волосы были распущены, и она казалась странно спокойной — как будто она пришла не на войну, а на светский приём. Но её глаза горели тем самым жёлтым огнём, который я видела сотни раз. В руках она держала что-то — маленький свёрток, закутанный в шерстяное одеяло. Я не могла разглядеть, что это было. Но чувствовала, что это не просто вещь. Это было оружие.

— Что она задумала? — прошептала я.

Ивар не ответил. Он повернулся ко мне, и я увидела его глаза — они были холодными, как зимнее небо, но в них не было страха. Только сосредоточенная решимость.

— Мы идём в малый зал, — сказал он. — Совет уже созван. Лера потребовала аудиенции. И я должен был согласиться.

— Почему? — спросила я. — Зачем ты даёшь ей шанс?

— Потому что она пришла не одна. Она пришла с ребёнком, — он смотрел на меня, и в его взгляде я увидела то, что он не хотел произносить вслух. — И она утверждает, что это мой сын.

Мир покачнулся.

Я смотрела на него, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Ребёнок. Она привела ребёнка. И она назвала его его сыном.

— Но это ложь, — прошептала я. — Ты говорил мне, что у тебя не было от неё детей.

— Это ложь, — подтвердил Ивар, и его голос был твёрдым. — Но ложь, которая может разрушить всё. Совет поверит ей, если она предъявит доказательства. Она знает это. И она использует это, чтобы разлучить нас.

Я чувствовала, как внутри меня поднимается волна — смесь гнева, боли и страха. Лера не сдалась. Она вернулась не с мечом, а с оружием, которое было гораздо опаснее: с правом на наследство. Если Совет поверит ей, если они признают этого ребёнка его сыном, то всё, что я строила, — моя связь с Иваром, моя позиция в Логове, моя надежда на будущее, — рухнет в одно мгновение.

— Тогда мы должны идти, — сказала я, чувствуя, как голос становится твёрже. — Мы должны встретить её лицом к лицу.

Ивар взял мою руку и сжал её.

— Я не позволю ей выиграть, — сказал он. — Но ты должна быть готова ко всему. Совет будет задавать тебе вопросы. Они будут проверять твою преданность. Не могу защитить тебя от их слов.

— Я не боюсь их слов, — ответила я. — Я боюсь только одного: потерять тебя.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, затем наклонился и поцеловал меня в лоб — коротко, но с такой нежностью, что я почувствовала, как тепло разливается по груди.

— Тогда идём.

Мы вышли из комнаты, и я шла рядом с ним, чувствуя, как волк внутри меня насторожился. Он не рычал, не требовал — он просто ждал. Ждал, когда начнётся битва.

•••

Малый зал был заполнен.

Совет сидел за длинным дубовым столом, их лица были непроницаемыми. Аристарх во главе стола, его голубые глаза смотрели на нас с холодным вниманием. Остальные старейшины перешёптывались, и их голоса создавали низкий, тревожный гул, который висел в воздухе, как туман.

В центре зала стояла Лера. Она не села, не склонила голову — она стояла прямо, как королева, держащая в руках свою корону. Свёрток в её руках был всё ещё закутан в одеяло, но я видела, как он тихо двигается — как будто внутри него дышало живое существо. Ребёнок. Её ребёнок.

Когда мы вошли, все взгляды повернулись к нам. Я чувствовала их — изучающие, оценивающие, враждебные. Видела, как старейшины смотрят на меня, а потом на Леру, и я читала в их глазах вопрос: «Кто из них достоин?»

Лера улыбнулась. Её улыбка была холодной, но в ней чувствовалась уверенность.

— Ивар, — сказала она, когда мы подошли ближе. — Я рада, что ты пришёл.

— Ты знала, что я приду, — ответил он холодно. — Ты оставила мне мало выбора.

Аристарх поднял руку, и гул стих.

— Совет клана Теней собрался, чтобы выслушать дело Леры Соколовой, — сказал он. — Она утверждает, что родила наследника от альфы. Мы должны рассмотреть это заявление.

Лера шагнула вперёд и развернула одеяло. Внутри лежал маленький ребёнок — не больше трёх месяцев, с тёмными волосами и пухлыми щеками. Он спал, его грудь тихо поднималась и опускалась, и в его чертах я заметила что-то знакомое. Что-то, что напоминало мне Ивара.

Сердце моё сжалось. Я не хотела верить своим глазам, но ребёнок действительно был похож на него. Та же линия челюсти, те же тёмные волосы. И я чувствовала его запах — слабый, но присутствующий, как отголосок далёкого эха.

— Это твой сын, Ивар, — сказала Лера, и её голос был мягким, почти материнским. — Я носила его тайно. Я знала, что ты не примешь его, потому что ты уже выбрал эту… эту женщину. Но он — твоя кровь. И Совет должен это признать.

В зале поднялся шёпот. Я чувствовала, как взгляды старейшин впиваются в меня, как иглы. Они ждали моего ответа. Ждали, что я сломаюсь.

Я шагнула вперёд, вставая рядом с Иваром.

— Я хочу задать один вопрос, — сказала я, обращаясь к Лере. — Если этот ребёнок — его сын, почему ты не пришла, когда была беременна? Почему ты ждала до сих пор?

Лера улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень раздражения.

— Потому что я боялась, — сказала она. — Я боялась, что ты убьёшь меня или отнимешь его. У меня не было союзников. Но теперь у меня есть доказательства.

— Какие доказательства? — спросила я.

Лера сделала паузу, затем достала из кармана небольшой свиток. Она развернула его и показала Совету.

— Это родословная, — сказала она. — Я провела проверку. Запах ребёнка совпадает с запахом Ивара. Это не мои слова — это слова старейшин, которые проводили тест.

Я смотрела на свиток, и внутри меня закипала ярость. Знала, что это ложь. Знала, что она подделала его, используя дневник моего отца. Но я не могла доказать это без улик.

Ивар шагнул вперёд.