Страница 88 из 156
Гостя волновали две вещи. Первая – создание аналога GPS «Глонасс», смартфона от «Ситроникс» и т. д., а также ажиотаж вокруг государственных высокотехнологических проектов. Дуров пожал плечами – он концентрировался на своей цифровой стране и мог о подобном рассуждать лишь теоретически. Второй вопрос, который волновал Суркова, – как развивать проект «Сколково». Дуров сослался на текст своего любимого писателя Пола Грэма о том, как создавать инкубаторы для инноваций. Кроме этого, добавил Дуров, произнося «Скол-ко-во», иностранец сломает язык. Другое дело – «Со-чи». Если строить русскую «долину», то в приветливом климате у моря. Шаттлы от Ростова и Краснодара снимут транспортную проблему.
Собеседники расстались удовлетворенные друг другом. Оба умели нравиться и понравились. Политтехнолог помог сделать так, чтобы государство и близкие ему деятели не мешали развивать «ВКонтакте» по дуровскому плану. Когда я попросил Суркова об интервью насчет его роли в судьбе «ВКонтакте», он уклонился от разговора.
Тем временем во всем мире социальные сети эволюционировали. Однажды Дуров заметил странное изменение ленты новостей. Раньше друзья постили больше личного, а теперь выросла доля статей и ссылок на медиа. Это объяснялось тем, что журналисты и их работодатели осваивали новые каналы распространения своих творений. Но тренд заключался далеко не только в этом: значительная часть пользователей привыкла не только потреблять информацию, но и распространять ее в Facebook и Twitter. Создатель последней – Джек Дорси – устроил свою сеть микроблогов так, чтобы люди могли делиться новостями, ссылками, картинками за считаные секунды, а лента с новыми событиями ползла вниз сама, без лишних кликов…
Казалось бы, в эпоху социальных медиа новости перестали существовать, став общим достоянием, но Дорси придумал новый инструмент для их генерации. Следуя за ним, Цукерберг внедрил виджеты для сайтов традиционных медиа, а также автоподстановку красивой картинки к ссылке и другие опции – короче, все, чтобы превратить Facebook в персонализированную газету для каждого. Вслед за Дорси Цукерберг внедрил находку создателя LiveJournal Брэда Фитцпатрика – односторонние связи. Чтобы читать публичные посты интересного тебе автора, ты необязательно должен получить его одобрение насчет дружбы.
Дуров колебался. Его бесили новости как сущность. Он убрал из ленты всех друзей, кто увлекался обсуждением злободневных тем. Внедрять то, что необходимо тебе самому, делать соцсеть для себя – такую стратегию он исповедовал, и это приносило успех. Односторонние связи ему нравились, и, следуя желанию еще сильнее «облучать» аудиторию своими идеями, он убедил разработчиков, что необходимо перевести всех подавших запрос, чтобы стать друзьями юзера, в его подписчиков.
Однако Дурову было трудно убедить себя развивать ленту новостей. На выходные он поехал в Милан и бродил по улицам, размышляя, стоит ли превращать стартовую страницу из личной в поток ссылок на контент, расшаренный друзьями. Он помнил, как Слава вбрасывал идею обыгрывать событийную картину дня чем-то вроде «Яндекс. Новостей».
Дурову не нравилось, когда ему навязывали идеи. Тем более в Славином стиле: внедрять предложения постепенно, возвращаясь к одним и тем же темам. Тотем терпел повторы, но потом взрывался и на мягкое давление отвечал категоричным письмом. На звонки он по-прежнему реагировал не всегда, воспитывая акционеров.
Часть проблемы заключалась в том, что новости не просто толкали пользователей на создание добавочной стоимости к ним – в виде картинок, смешных подписей; они влекли «премиальную» аудиторию. Facebook агрессивно захватывал мозг отечественных медиаменеджеров, предлагая им красивые виджеты, которые можно было вставлять на их сайты, чтобы одной кнопкой рекламировать статьи и фото.
«Образованная и хорошо зарабатывающая публика использует Facebook для коммуникации с иноязычными друзьями», сладкие рекламные возможности, многократная мантра «Во "ВКонтакте" сидит школота, а администрация ненавидит журналистов» – весь этот пиар перетягивал лидеров мнений и знаменитостей в Facebook или вообще в Instagram.
Российские медиа охотились за полумифической «премиальной» аудиторией Facebook, исчислявшейся парой миллионов юзеров, и сами начали загонять своих читателей к Цукербергу, создавая брендированные страницы СМИ. В это время во «ВКонтакте» царили Виктория Боня и сонм поп-звезд.
Дуров отправил на переговоры к журналистам Цыплухина. Редакторы не сразу поняли, что им втирает эта персона в очках и клетчатой рубашке. Ну, «ВКонтакте» – это же школьники и студенты, а нам какое до них дело?! Однако Цыплухин раскинул свою сеть связей и добился того, чтобы на сайтах СМИ к статьям и роликам выдавались кнопки «ВКонтакте», а сами СМИ завели группы в соцсети. Но проблема была больше – в неумолимости тренда на потребление информации: Facebook стал глобальной газетой, а не сетью для одноклассников и друзей.
Дуров понял, что сопротивляться бессмысленно. Он изменил стартовую страницу
vkontakte.ru
с личного профиля на ленту новостей от друзей. Затем велел переписать раздел «Фото», чтобы снимки разворачивались почти на весь экран и группировались в альбомах более симпатичным образом.
Спустя год журналист
Wired
заглянул во «ВКонтакте» и был поражен ее сходством с Facebook образца 2005 года. Но потом, приглядевшись, написал, что «это как если бы Facebook оставил черты сети "для своих", но при этом выполнял роль информационного хаба с удобным просмотром картинок и библиотекой пиратского видео».
Со слов Дурова, Дэниел Эк из музыкального сервиса Spotify, легально проигрывавшего песни и бравшего за это с пользователей абонентскую плату, приехал к нему договариваться о сотрудничестве, но получил от ворот поворот. «У нас в разы больше песен, чем у вас, нам невыгодно», – отрезал тотем. Гость понял, что крыть нечем, распрощался и шагнул в позолоченный лифт.
Два человека уселись в кресла друг напротив друга. Вид на строящиеся небоскребы скрывали жалюзи. Спустя месяцы взаимных нападок обоим было тяжело казаться приветливыми, но они старались. Хозяин встретил гостя у двери кабинета, к которому тот прошел через галерею кубиклов, поглядывая на программистов в сотах-отсеках. Собеседники чем-то походили друг на друга. Расположившись за длинным столом, они открыли свои MacBook Air.
– Закажете что-нибудь поесть, Павел? У нас внизу есть ресторан.
– Давайте; если там готовят рыбу, я ее съел бы.