Страница 146 из 156
К весне 2021 года – да, они нас тормозили на каждом шагу – мы рассмотрели все возможные проблемы, связанные с финансовыми преступлениями, отмыванием денег, защитой прав потребителей, управлением резервами, буферами и многим другим, и были готовы к запуску. <…> Но, как я слышал, министр финансов Джанет Йеллен сказала председателю совета управляющих Финансовой резервной системы Джею Пауэллу на одном из их двухнедельных совещаний, что разрешение этому проекту двигаться вперед – это «политический суицид» и она не поддержит Пауэлла, если он это допустит. Я не был в комнате, когда происходил этот разговор, поэтому отнеситесь к этим словам с долей скепсиса, но фактически это был момент, когда Libra была убита. <…> Вскоре после этого ФРС организовала телефонные разговоры со всеми банками-участниками, и главный юрисконсульт ФРС зачитал каждому из них подготовленное заявление, в котором говорилось: «Мы не можем помешать вам двигаться вперед и начать, но нам будет некомфортно, если вы это сделаете». Вот так все и закончилось. <…> У правительства или регулирующих органов не осталось никаких юридических или нормативных оснований, чтобы убить проект. Это было стопроцентно политическое убийство, осуществленное путем запугивания банковских учреждений, находящихся в зависимости от государства.
Впрочем, политическое убийство криптовалют Цукерберга и Дурова отодвинулось в тень, как только настала тревожная весна 2020 года, когда мир застыл перед невиданной доселе пандемией. Ковид вынудил дубайские власти ввести строжайшие правила. На улицах дежурили полицейские, и, даже чтобы выйти в магазин, приходилось красться за их спинами. Дурова всегда возмущало неотрефлексированное подчинение правилам, и он стал прикидывать, в какую страну переместиться, чтобы не носить лишний раз маску и вообще обходить запреты. Ответ пришел сам собой: конечно, в Россию, страну лукавства.
Казалось бы, после блокировок Telegrаm туда было опасно соваться, но еще в январе 2020 года Путин достал из своей колоды нового премьер-министра – Михаила Мишустина. Этот человек оцифровал все операции налоговой службы в России и был накоротке со многими IT-bros. Тут же нашлись общие знакомые, и Дурова пригласили выступить на интернет-форуме в Казани. Тотем, разумеется, отказался, но послал Перекопского в Казань с миссией произнести во всеуслышанье, что Apple и Google – черные властелины, которые высасывают деньги у независимых стартапов.
Перекопский выступил, и вскоре от Мишустина пришел сигнал, что можно договориться о прекращении блокировок и риторико-правовых атак на Telegram, если Дуров тоже совершит какой-нибудь шаг навстречу. Поэтому, когда депутаты Думы начали обсуждать идею разблокировки мессенджера, Дуров написал пост:
Приветствую эту инициативу. Разблокировка позволила бы тридцати миллионам пользователей Telegram в России более комфортно использовать сервис. Кроме того, она могла бы положительно сказаться на инновационном развитии и национальной безопасности страны. <…> Наш опыт работы в десятках стран на протяжении последних 6 лет показывает: борьба с терроризмом и право на тайну личной переписки не исключают друг друга. Надеюсь, что учет мировой практики и специфики современных технологий поможет российским законодателям совместить эти две задачи. Со своей стороны буду продолжать поддерживать подобные инициативы.
Позже Дуров объяснил мне риторический рецепт своей популистской неуязвимости: всегда расставлять оговорки, позволяющие в случае ошибки отбиваться тем, что ты ссылался на чужие слова или высказывал лишь предположение. Допустим, поддерживаемая тобой персона навалила кринжа, но, если тебе предъявят претензии, что ты ее поддерживал, ты всегда можешь сказать, что выступал за человека, который стоит за свободу слова, а то, что он оказался, условно говоря, харассером, так этого я знать не мог…
Итак, почва для временного возвращения на родину была подготовлена. Оставалось снять какое-то помещение, куда поместилась бы хоть часть команды. Безусловно, оно должно было отвечать амбициям Дурова. Поэтому после недолгого перебора вариантов он остановился на бывшей даче императора Николая I, того самого, который пугал своей армией всю Европу: его изображали на картах в виде зубастого медведя с саблей.
Царская дача располагалась на Каменном острове в Петербурге, ее отреставрировал и сдавал бывший министр связи. Вокруг были разбросаны кое-какие дома путинских друзей и олигархов, но в целом Каменный был довольно тихим и уединенным местом. Первые лица Telegram прогуливались по пешеходному мосту на соседний остров, Елагин, и обсуждали будущее. Время к тому располагало: ковид поставил весь мир на паузу.
Поскольку остров находился в родном городе братьев Дуровых, туда заглядывали в гости разработчики, которые когда-то предлагали на конкурс решения для блокчейна TON, а также другие программисты и предприниматели. Постепенно стала выкристаллизовываться модель развития криптовалюты отдельно от Telegram.
Выглядела она остроумно: передать TON сообществу, которое сменит название криптовалюты с Gram на Toncoin, выведет ее на рынок и дальше будет развивать разные проекты с ней. Это сообщество, разумеется, не должно быть юридически связано с Telegram, но должно быть подконтрольно.
Гости Каменного острова стали, как выразился Дуров, самоорганизовываться. Среди них были его старые знакомые. Оставшийся во «ВКонтакте» Андрей Рогозов увидел большие возможности в том, чтобы развивать Toncoin везде, кроме США, и вскоре возглавил TON Foundation.
Основной идеей был запуск в Telegram такой же платформы для мини-приложений, в том числе игр, какую Рогозов сделал во «ВКонтакте» за несколько лет до того. Валютой для оплаты услуг в мини-приложениях должен был стать Toncoin, который следовало хранить в специальном онлайн-кошельке. Стратегический смысл нововведений заключался в том, что ни мини-приложения, ни кошелек не надо было утверждать в Apple – ни изначально, ни при дальнейших обновлениях.
В конце 2021 года, когда команда уже вернулась с Каменного острова в Дубай, Дуров заявил, что Telegram больше никак не связан с TON. TON Foundation зарегистрировалась в Швейцарии и никаких формальных пересечений с мессенджером не имела.