Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 39 из 66

Глава 27. Проверка из банка

Холодное перемирие длилось два дня. Они общались односложными фразами через закрытые двери, обменивались холодной фразой «доброе утро» на кухне и старательно избегали вечернего чаепития. Воздух в квартире стал густым и тяжёлым, как сироп, которым Макс поливал свой кофе. Всё было тихо. Слишком тихо.

Тишину разорвал звонок на городской телефон — старомодный аппарат, который они сохранили на случай формальностей. Звонил Егор. Злата, сидевшая в гостиной с ноутбуком, машинально подняла трубку. — Да?

— Злата? — голос Егора был напряжённым, но без прежней ледяной отстранённости. — Слушай, тут… звонили из банка. По ипотеке. Молодые семьи с небольшим первоначальным взносом всегда были под пристальным вниманием.

— И что?

— Сотрудница, Елена Петровна. Хочет… навестить нас. Проведать молодожёнов, посмотреть, как мы устроились, всё ли в порядке. Говорит, такая практика теперь для снижения рисков.

— Когда? — выдохнула Злата, чувствуя, как по спине пробежали мурашки.

— Завтра, в два.

Завтра. У них было меньше суток, чтобы превратить холодную квартиру с двумя озлобленными соседями обратно в гнездо влюблённой пары, только-только начавшей совместную жизнь.

— Боже… — прошептала она. — Что делать? В трубке послышался тяжёлый вздох. — Нужно… помириться. Хотя бы для виду. И прибраться. Быстро.

Война была мгновенно забыта, уступив место общему кризису. Они встретились на нейтральной территории — в гостиной. с лицами, выражающими не гнев, а сосредоточенную панику.

— Ладно, — сказал Егор, глядя в пол. — Давай по делу. Убираем всё, что выглядит как раздел имущества. Все инструменты, коробки, все следы того, что мы тут не живём, а выживаем.

— Свечи! — выпалила Злата. — Нужны свечи, и не в упаковке. И цветы какие-нибудь, пусть искусственные.

— Вазы! — подхватил Егор. — У меня в кладовке есть две стеклянные вазы, мама дарила. Они в коробке с надписью на выброс. Вытащим.

Началась лихорадочная подготовка. Они работали молча, но теперь это была не враждебная тишина, а напряжённая, почти военная координация. Егор вытащил вазы и поставил их на полку, Злата нашла упаковку дорогих салфеток, купленных когда-то для гостей, которые так и не пришли. Они вытерли пыль, расставили книги на полках так, чтобы они выглядели не как склад, а как библиотека. След от ссоры — чайник и сковорода, стоявшие по разным углам кухни, были возвращены на свои места.

— Фотографии, — вспомнила Злата. — У нас нет совместных фотографий на стенах.

Егор покраснел. — У меня есть… те, что в телефоне. С обоев и макарон. Их можно распечатать на цветном принтере в сервисном центре рядом. Я схожу.

— Быстрее!

Пока Егор бегал за фотографиями, Злата пыталась создать атмосферу дома. Она зажгла свечу с ароматом ванили, разложила на диване пледы. Затем она задумалась о самом страшном, о физическом контакте. Они должны были выглядеть как пара. Близкая пара.

Когда Егор вернулся с ещё пахнущими свежей краской распечатками, они вместе начали вешать их на стену в гостиной. Снимки получились немного размытыми, но на них они улыбались — он с валиком в руках, она с пятном краски на носу.

— Смотрится… мило, — неуверенно произнесла Злата.

— Похоже на правду, — кивнул Егор. Затем он замолчал и посмотрел на неё. — Нам нужно… репетировать.

— Что?

— Чтобы не выглядеть чужими. Нам, возможно, придётся… прикасаться друг к другу. Держаться за руки. Может, даже… обняться. Или поцеловаться в щёку для приветствия.

Оба покраснели. Это было абсурднее, чем делить чайник. — Ладно, — сдалась Злата. — Давай… попробуем.

Они встали посреди гостиной, как два неуклюжих подростка на первом свидании. Егор медленно протянул руку, Злата положила свою в его ладонь. Его рука была тёплой и шершавой от работы. Её — холодной и напряжённой.

— Так… нормально? — спросил он.

— Нормально, — кивнула она, не глядя ему в глаза. — А теперь… объятие.

Они неловко шагнули навстречу друг другу. Обнялись. Это было жёстко, неудобно. Её подбородок упёрся ему в ключицу.

— Нужно… расслабиться, — прошептал он ей на ухо, и его дыхание заставило её вздрогнуть.

— Я пытаюсь.

— И поцелуй в щёку. Для… для видимости. Он медленно наклонился. Она зажмурилась. Его губы коснулись её щеки — сухое, быстрое прикосновение. Она почувствовала, как по её коже побежали мурашки. — Всё, — отстранился он, выглядя смущённым не меньше её. — Думаю, сойдёт.

Наступило утро проверки. К двум часам квартира сияла показным уютом. Они оба были одеты в аккуратную домашнюю одежду, не пижамы, а милые комплекты, которые наспех вытащили из шкафов. Когда в дверь постучали, они обменялись взглядом, полным животного ужаса. Егор глубоко вдохнул и открыл.

На пороге стояла Елена Петровна, женщина лет пятидесяти, в строгом костюме и с проницательными, словно рентгеновскими, глазами. Она улыбалась, но улыбка не достигала взгляда. — Здравствуйте, молодые! Разрешите поздравить с новосельем! — вошла она, окидывая квартиру быстрым, оценивающим взглядом.

Они провели её в гостиную, предлагали чай (из общего чайника). Елена Петровна мило беседовала, расспрашивала о работе, о планах на ремонт. Она похвалила свечи и вазы, кивнула на совместные фотографии. Злата чувствовала, как пот проступает у неё на спине. Егор сидел рядом, его рука лежала на её плече — жест, отработанный до автоматизма, но всё равно казавшийся ей неестественно горячим.

И всё шло, казалось бы, хорошо. Слишком хорошо. И тогда Елена Петровна, отхлебнув чай, спросила с лёгкой, почти безобидной улыбкой: — Ах, какая милая у вас атмосфера! А где же у вас, молодожёны, хранятся самые главные реликвии? Свадебные фотоальбомы, пригласительные? Люблю посмотреть, как люди празднуют такое событие. Это так трогательно!

В воздухе повисла звенящая тишина. Злата почувствовала, как рука Егора на её плече непроизвольно сжалась. Их глаза встретились на долю секунды, и в них читалась чистейшая, неразбавленная паника. У них не было ни фотоальбомов, ни пригласительных. Не было вообще никаких следов свадьбы, потому что её не было.

— Альбомы… — начала Злата, голос её дрогнул. — Мы их… ещё не оформили. Всё так быстро, знаете ли.

— Да, — подхватил Егор, слишком поспешно. — Фотографии ещё в обработке. А пригласительные… мы разослали электронные. Экология.

Елена Петровна улыбнулась ещё шире, но её глаза сузились. Она медленно поставила чашку на блюдце с тихим, но чересчур громким для этой тишины звоном.

— Понятно. Очень современно.