Страница 10 из 14
Он поспешно, суетясь и нервничая, открыл дверь.
– Инспектор, – тоже почему-то волнуясь, тихо проговорил стоявший за дверью отец Элоры, – Если у Вас нет никаких планов на вечер, составьте нам компанию?
Сергей кивнул, не задумываясь.
– Вот и хорошо, – почему-то обрадовался тот. – Подходите минут через двадцать.
Сергей еще раз молча кивнул, выжидательно стоя у двери. Старик помялся немного, потом неловко развернулся, и стал медленно спускаться, поскрипывая ступеньками. Сергей еще стоял некоторое время, словно ожидая чего-то, но так и не дождавшись, тихо прикрыл дверь, вытирая влажный пот со лба.
Нервно собравшись и все еще волнуясь, Сергей нерешительно открыл дверь своей комнаты. На лестнице и внизу, в холле, было по-прежнему темно. Переживая перед встречей с девушкой, он тихо прикрыл дверь и, стараясь не шуметь и не привлекать к себе лишнего внимания, стал осторожно спускаться по лестнице, пропуская заранее известные скрипучие ступеньки. И тут до него донеслись голоса с кухни. Сергей непроизвольно замер.
– У тебя неприятности? – тихо и участливо спрашивала хозяйка квартиры.
– Да так, самую малость, – отмахивалась ее дочь. – Пройдет. Ты лучше объясни, зачем надо было приглашать чужих? Посидели бы семейным кругом. Гораздо приятнее. И почему я должна быть с ним вежлива? Он кто? Министр, член правительства?
– Элор, неудобно как-то, такой приятный молодой человек. Живет у нас давно. Всегда вежлив, симпатичен, помогает если что… Почти как свой.
– Это ты про этого жильца говорила, что у него амнезия?
– Да.
– И что он работает в конторе, что в двенадцатом квартале?
– Вроде того. Какой-то социологический институт.
– Ну-ну, – протянула она. – Знакомая контора. Тогда все ясно.
– Что ясно? – не поняла мама.
– Профессия у него такая – быть всегда вежливым, – скептически заметила девушка. – Иначе его бы и не взяли на работу. А на счет неудобства – не переживай. Они, – сказала она многозначительно, – не знают таких слов как совесть и неловкость. Туда берут одних подонков. И что самое неприятное – подонков высокообразованных.
– Как ты можешь так говорить? – воскликнула в сердцах хозяйка.
– Знаешь, там… (наверное, она показала пальцем куда-то в пространство) я многое повидала, о чем ты даже и не слышала. Так что держись от него подальше, или лучше выгони. А то давай я тебе помогу? Пусть вещи начинает упаковывать.
– Может, ты ошибаешься? Как-то трудно в это поверить. Сердце не может обманывать.
– Может, – категорически заметила девушка.
– И мне, почему-то показалось, что он тебя знает. Он так смотрел на тебя.
– Вполне возможно, видел где-нибудь. На той же рекламе… Или даже – следил.
– …
– А что?! Прикажут – напичкает всю нашу квартиру подслушивающими устройствами. И ведь не каждый специалист сможет их обнаружить.
– И тем не менее, мне как-то неудобно. Вдруг ты не права?
– Нет, – протянула девушка с неприятной интонацией. – Ты уж мне поверь.
Сергей присел в темном углу лестницы. Вот даже как, подумал он. Ну хоть какая-то определенность. А то я уже собирался обнять ее на радостях на лестнице.
Скрипнула дверь кухни и хозяйка прошла в зал, неся что-то на подносе.
Ну и что теперь делать? – подумал невесело он. А может, и там, на корабле, она ни сколько меня не любила? И все это был обман? – с ужасом подумал он.
– Что у вас тут кругом темнота? – недовольно проговорила девушка, выходя из кухни. – Достаточно вам экономить. Веселее надо жить.
И она включила свет. Сергей поморщился, прикрывая веки.
Перед дверью зала она зачем-то обернулась. И их глаза встретились.
Мгновенно ее зрачки сузились в две неприятные щелочки и его сердце непроизвольно екнуло.
– Ах вот даже как, – произнесла она тихо. – Что? Сила привычки?
– Да нет, – отрицательно помотал он головой, продолжая сидеть.
– Понимаю… Ну раз уж мы одни, давайте-ка объяснимся.
Ну хоть на 'Вы', и то хорошо, подумал он грустно.
– Спускайтесь, – почти равнодушно приказала она.
– Да мне и здесь неплохо, – пробормотал он.
– Хорошо, тогда я подойду, – произнесла она не разжимая губ и, с грацией кошки подойдя к первым ступенькам лестницы, посмотрела на него снизу таким взглядом, словно смотрела себе под ноги на что-то досадно-раздражающее. – Слушайте внимательно и запоминайте – если с моими родителями что-либо случиться…
– Напрасно вы так, – устало перебил он, продолжая сидеть.
Скрипнула дверь зала.
– А что это вы тут, в прихожей? – проговорил появившийся хозяин. – Проходите в зал. Элора, господин инспектор…
Девушка вдруг совсем мило, по-детски открыто, улыбнулась отцу.
– Да, действительно, – мягко проговорила она, не оборачиваясь. – Господин инспектор, проходите в зал. Холодно на лестнице.
4) Предновогодний вечер
В небольшом зале собралось все семейство. Прожив в этом доме два месяца, Харви знал их всех, кроме, конечно, Элоры.
Сергей неуверенно остановился в дверях, вежливо поздоровавшись.
– А, Серж, – радостно приветствовал его старший сын хозяйки, Вадим, только что вернувшийся из командировки в десятый округ. – Проходите, присаживайтесь к нам поближе. Тут у нас забавный разговор намечается, интересно будет услышать ваше мнение. Кстати, если вы не знакомы, мой очень давнишний друг и великий изобретатель, Эрих Майер, – представил он своего собеседника. Эрих привстал, улыбнулся неуверенно, подав мягкую ладонь.
– Ну, ничего я пока не изобрел, – пробормотал он смущаясь, а Сергей подумал, что где-то уже слышал это имя.
– Все еще впереди, – улыбнулся Вадим, хлопнув друга по плечу. – Мы в тебя верим. А это мой соратник по работе, – представил он мужчину лет сорока. – Радий… – мужчина сдержанно кивнул – для рукопожатия было далековато. – Со своей супругой… – симпатичная женщина лет тридцати пяти тридцати восьми приятно улыбнулась со своего места, – Яной.
Сергей незаметно обернулся – Элора помогала матери накрывать на стол и не обращала на них никакого внимания.
– Ну вот, – сказала хозяйка, выставляя очередную тарелку. – Можно рассаживаться.
Сергей чуть замешкался, давая возможность семейству занять привычные для каждого места, и уж потом сесть на свободный стул.
– Господин инспектор, – подсуетилась хозяйка. – Присаживайтесь где вам больше нравится. Вот, хотя бы сюда, – показала она рукой.
Сергей неловко сел, и вздрогнул – Элора сидела как раз напротив него, как тогда, в кают-компании. Она тоже, не таясь, с чуть заметной неприязнью посмотрела на него, и Сергей зачем-то принялся нарочито небрежно поправлять стоявшие перед ним столовые приборы.
– Инспектор, не обращайте внимания на мою сестру, – тихо сказал сидевший слева от него Вадим. – Вы же не первый раз у нас в гостях. Сами накладывайте себе салат из кальмаров, а я пока вам водочки налью – с вашего позволения.
С этими словами он привстал, налил водки мужчинам, грамм по семьдесят.
– Девчонки, вам что? – обратился он по-свойски к ближайшим женщинам. – Водки, вина, шампанского?
– Немного шампанского, – сказала Элора, подчеркнуто стараясь не замечать Сергея.
– А, наливай водки, – махнула рукой излишне возбужденная жена Вадима, Релия. – Шампанское будем пить тридцать первого. Инспектор, давайте я за вами поухаживаю, а то у вас тарелка пустая.
Харви вежливо отстранился от стола, давая женщине полную свободу действий.
Наконец шум и суета немного улеглись – всем все налили, разложили закуски по тарелкам, и народ находился уже в состоянии легкого нетерпения.
– Давайте проводим Старый Год, – подняла хозяйка свой бокал. – Многого чего он нам принес, столько резких изменений в жизни. – Гости дружно закивали головами. – Но, слава богу, никто не умер и не было войны.
Все подняли бокалы, чокнулись.
– Вот я и говорю, – продолжил Вадим прерванный разговор, обращаясь к сидящему рядом Радию и попутно энергично поедая зимний салат. – Сейчас в НИИ каких либо денег заработать невозможно.