Страница 37 из 73
Глава 13
Особенная ночь для нагов. Демон возвращается?
Когда мы выходили из шатра, хмурое лицо Шона смягчилось. Вертикальные зрачки скруглись, а сами глаза расширились.
Находясь рядом с ним, вновь испытала болезненную неуверенность.
Желание облачиться в свое прежнее — такое удобное и знакомое платье только возросло.
Озадаченность нарядом едва не стоила мне гипотетического падения в песок.
Зацепившись за нижнюю перекладину, споткнулась.
Беспричастно улыбнувшись, наг подал мне руку, помогая выбраться из укрытия.
Следом он сопроводил и Ханну, не позволяя мне сильно обольщаться.
— Шикарно выглядите, девушки, — учитель неосознанно приоткрыл рот. — Только наших хвостов не хватает, так бы точно у нас прижились и быстро замуж выскочили.
— Нет уж, спасибо. Нам еще доучиться нужно, — хмуря лоб, скривилась, представляя вместо своих худеньких ножек толстый змеиный хвост.
— Спасибо за комплимент, мистер Шон. Чем мы можем быть вам полезны? — Ханна опустилась на корточки и запустила пальцы в песок. — Горячий, но рука терпит, — набирая полную горсть сделала вывод.
Наблюдая, как Ханна пропускает сквозь растопыренные пальцы крохотные песчинки, змеелюд ответил:
— Поможете в расставлении свечей.
— Хорошо, только захватим отвар Аделаиды, — удерживая третий камень слева на своём серебристом браслете, подруга призвала часовой артефакт, — летающий на двух небольших металлических крылышках компактный круг со стрелками и цифрами, убедившись, что прошло как раз почти два часа, и новую порцию уже пора через «не хочу» и «не буду» вливать в себя, Ханна соседней кнопкой отправила артефакт обратно к своим вещам.
— Уже? Так быстро, — морща нос, засеменила к столику с необходимым кувшином.
Скромно наливая нам обеим мутноватую жидкость на пару глотков, поделилась с подругой стаканом.
— Б-е-е, какая мерзость. Такое ощущение, что мое горло сначала пощекотали изнутри, а затем подожгли, — вытирая рот рукой, она закашлялась.
Изумрудные глаза внимательно за мной наблюдали, поэтому я подавила в себе желание отплеваться и выругаться.
— Сойдёт, — медово улыбнувшись, произнесла.
— Я сам понесу, — выхватывая у подруги кувшин и стаканы, сказал наг.
— Ну как знаете.
Пока мы шли, а кое-кто резво полз, учитель сообщил, что все зеркала стоят в определенном порядке: по двенадцать штук в пять рядов. Нашей задачей являлось расставить по четыре свечи полукругом возле каждого зеркала.
Снабдив нас широкими и длинными восковыми свечами цвета слоновой кости, мужчина подошел к, отдающей в этот момент двум нагиням важное поручение, Аделаиде.
Завидев нас, женщина выразительно улыбнулась.
Все зеркала выглядели идентично — высокие, старинные и прямоугольные, заключенные в резные рамы из дерева. Их размер соответствовал среднему росту народа Аселинии.
Пока мы возились со свечами, две похожие друг на друга женщины с черными очами и возвышающимися над их головами высокими прическами, собранными из волос цвета горячего шоколада, важными гусынями кружились возле своих отражений в соседнем ряду, нанося бычьей кровью символы жизни и смерти в нижней части стекла.
Следом проползали весёлые ребятишки и рассыпали какие-то пахучие, измельчённые в крупную крошку, травы, образовывая барьерные дорожки для духов между зеркалами.
Когда с приготовлениями к Мархав было покончено, шаманка собрала всех нагов в тесный круг и произнесла долгую вступительную речь об истории этого обычая и своих предках. Последнее слово слетело с ее уст ровно в полночь:
— … тихой и мирной ночи вам. Спишите, ваши близкие уже ждут вас по ту сторону отражения.
После ее речи заиграла негромкая ритмичная музыка и несколько выбранных заранее разнополых пар исполнили довольно подвижный и при этом невероятно плавный танец. Каждое чувственное движение напоминало усопшим о радостях прежней жизни. Когда мелодия стихла, змеелюды начали разбредаться к зеркалам. А мы с Ханной скромно стояли в сторонке, наблюдая, как некоторые женщины уже громко плакали от счастья долгожданной встречи или осознания горечи непоправимой утраты.
До нас доносились лишь обрывки трепетных разговоров.
Коренастый мужчина с проседью вспоминал первую охоту в своей жизни. Миловидная змеелюдка с ярким фиолетовым хвостом жаловалась покойной матери на своего скупого на нежные слова мужа. Вот маленькая девочка без конца тараторит своей бабушке о прекрасных птицах и зверях, что ей посчастливилось увидеть в соседнем мире за этот год. Сухонький дедок беспокоился об овощном урожае, пытался выпытать у зазеркальных духов повезет ли им в этом году, или опять придётся покупать необходимые продукты в другом мире.
Нагини на выданье спрашивали о своих будущих мужьях.
От подглядывания за полупрозрачными женскими и мужскими фигурами в зеркалах меня отвлёк нарастающий кожный зуд. Сначала зачесалась шея, а потом и руки. Невыносимое зудящее ощущение только нарастало. Мне безумно хотелось избавиться от дискомфорта несколькими движениями ноготков. Но было нельзя. Приходилось терпеть, чтобы снова не размазать банхею.
— Девушки, это мой брат Дерек, — внезапно появившийся около нас, Шон заставил меня вздрогнуть.
Завязавшийся между нами недолгий разговор переключил мое внимание с собственного тела на совершенно не похожего на Шона мужчину. Дерек являлся его скорее полной противоположностью. Не зная о том, что они кровные братья, никогда бы не поверила в их родство. Длинные аспидные волосы, собранные в высокий хвост, светло-голубые глаза, крупные губы и мясистый нос. Даже чешуя на его хвосте преобладала в основном желтых, белых и красных цветов. Мышечная масса верхней части тела заметно уступала младшему брату, зато ростом Дерек его обошел примерно на полторы головы.
— Доброй ночи, мирной Мархав, да хранит вас богиня Медея, — мутный взгляд все никак не мог сосредоточиться и устремлялся куда-то вдаль. — Рад встрече, — губы брюнета дрогнули в улыбке.
Дышать почему-то становилось труднее. Кожу покалывало еще ощутимее.
— Мы тоже рады, вы совсем ничего не видите? — не совладавшая с собственной рукой, почесала шею в районе позвонков.
— Обычно лишь нечеткие, размытые образы, тёмные силуэты на фоне светлого пятна, — смеренным голосом произнес Дерек.
— Очень жаль, но мы завтра попробуем это исправить, — сладко улыбнувшись, обнадежила Ханна.