Страница 37 из 62
Глава 21
Разговор по душам
Эва
— Рассказывай, — я села на кровать, плотно укутавшись в плед. Демиан дал мне свою одежду, чтобы я смогла скинуть мокрое платье, и честно не подглядывал, пока я переодевалась.
Его внезапное появление на улице, будто он рыцарь какой-то, стало таким облегчением для моей израненной души, что я никогда бы ему в этом не призналась. Сидя в его рубашке, которая пахла им и приятно согревала тело, я чувствовала себя в безопасности куда сильнее, чем в собственном доме.
И это пугало. Очень.
— С чего начать? — он сидел на стуле верхом, напротив меня, лениво закинув мускулистые руки на спинку.
— С начала.
Он откинул ещё влажные волосы со лба и глубоко вздохнул. На столе, потрескивая, ярко горела свеча, и её свет выхватывал из темноты острые скулы Демиана, его напряжённую челюсть и серьёзный взгляд. Он выглядел так, будто я гадала в полночь на будущее и случайно вызвала демона, которому собиралась продать свою душу.
— Я был невыносимым ребёнком, наверное, потому что родился в студёную зиму, когда волки из сосновых лесов Оргеана пропевали свою последнюю…
— Демиан! — недовольно воскликнула я. В такой ситуации ещё и паясничает. Так бы его и…
— Ладно, принцесса, не злись, — он вскинул ладони с улыбкой, а затем посерьёзнел и приступил к рассказу. — Меня зовут Демиан, но фамилия моя не Касстель, и никакой я не лорд. Я граф Касстильский, единственный наследник графства Севера.
Быть того не может. Настоящий граф. Не самозванец, не авантюрист, которого Вельма вытащила из грязи. Знатный человек, оступившийся на дороге судьбы и попавший в лапы злобной ведьмы.
— Опять этот Север, — выдохнула я, прижав ладонь к пылающему лбу. Как бы не разболеться от всех этих тревог и ночных прогулок.
— Что значит «опять»? — он вскинул бровь, а я поспешно замотала головой, не желая запутываться ещё сильнее.
— Вернёмся к этому позже. Продолжай.
Я видела, как он колеблется. Как его плечи напрягаются под тканью рубашки. Наверняка он долгое время скрывал свою историю от чужих ушей и домыслов.
— У меня есть младшая сестра, Каролина, — он смотрел на пламя свечи, погружаясь в воспоминания. — Родители наши умерли три года назад в сражении с варварами, и целый год я правил Севером, как умел. Пока мой лучший друг не решил предать меня. Он увёл мою сестру от жениха, выкрал деньги и уехал в неизвестном направлении, выставив меня лжецом, который проиграл ему в карты бюджет целого графства, что было совсем не так.
Я слушала, затаив дыхание. Каждое его слово сочилось горечью и болью, которую он так долго прятал за маской самоуверенного наглеца.
— Репутация семьи была разгромлена. Я остался один, без гроша в кармане, с варварами под боком и разъярённой толпой, требующей мою голову на пике. И тогда я…
— Сбежал? — осторожно проговорила я, видя, что Демиану тяжело признаться в этом.
— Да, и не горжусь этим, — он провёл ладонью по лицу, и я заметила, как дрожат его пальцы. — Испугался. Решил не возвращаться, пока не найду сестру и не предъявлю голову предателя людям, чтобы очистить своё имя и стать достойным титула. Север — это не столица. Одной благородной крови мало, чтобы заслужить уважение народа. Больше года я искал следы сестры и предателя, а нашёл Вельму. Точнее, она меня нашла в трактире. Слово за слово, и я узнал, что она знакома с этим поганцем. Так мы и заключили сделку. Секс за информацию.
Щёки запылали жаром. Я сжала край пледа, пытаясь справиться с ревностью, которая неожиданно вспыхнула в груди. Глупая, совершенно неуместная ревность.
— Последнее было лишним, — выдавила я.
— Извини, — он криво усмехнулся, переводя на меня взгляд. — Говорю, как есть. Я должен был пробыть любовником графини до её свадьбы, потом она должна была исполнить свою часть сделки. Но… Случилось то, что случилось.
То, чего вообще не должно было произойти.
— Наша помолвка, а теперь и свадьба, — хмыкнула я, удобнее устраиваясь на подушках. Я так устала, что язык сам собой развязался и начал говорить раньше, чем я успевала остановить себя. — Тогда, в оранжерее, почему вы были там? Как будто нарочно, чтобы вас поймали.
Вельма знала, что мы не пускаем в оранжерею гостей, отец туда не ходил, так что только я могла стать невольной свидетельницей их встречи, убегая от духоты знатного ужина. Графиня слишком хорошо меня знала и могла предугадать каждый мой шаг наперёд. Она хотела, чтобы я их увидела. Или чтобы Демиан увидел меня?
Голова кипит от мыслей.
— Графиня предложила, а я не стал отказываться, — пожал плечами Демиан.
— Ещё бы, — фыркнула я, чувствуя, как отвращение и боль смешиваются в одно липкое чувство, от которого хотелось отмыться.
Он склонил голову к плечу и мягко улыбнулся.
— У меня нет к ней чувств, Эва. И никогда не было.
Ага, будто бы меня это волнует.
Но отчего-то всё же волнует…
Как трудно разобраться в собственном сердце, честное слово!
— Вам, мужчинам, и без чувств прекрасно спится с дамами, — я скрестила руки на груди, отводя взгляд на пламя. Как же стыдно о таком говорить. И почему язык меня совсем не слушается? Хотели же обсудить дела, как всё докатилось до такого?
— Кто сказал, что прекрасно?
Голос Демиана вдруг раздался совсем рядом. Я обернулась и чуть не столкнулась с ним нос к носу. Он сел на краешек кровати, упершись ладонями в матрас. Так близко, но всё ещё недостаточно.
— Я видела тебя с ней, твоё лицо, — упрямо сказала я, хотя сама уже не была уверена в своих словах. — Тебе нравилось.
Он вдруг подался вперёд, и я инстинктивно отпрянула, вжавшись в спинку кровати.
— Хочешь увидеть моё лицо, когда мне по-настоящему кто-то нравится? — спросил Демиан хрипло, и его зелёные глаза впились в мои.
Хочу…
То есть нет. Конечно, нет.
Или да?
Я знала, что он дразнит меня, что это его способ защититься. Однако что, если он серьёзен? Готова ли я зайти дальше?
— Пошляк, — я уперлась ладонями в его грудь, ощущая жар его тела даже сквозь ткань.
— Развратница, — он склонился ниже, касаясь дыханием моих губ.
— Обманщик, — выдохнула я, прикрыв веки.
— Девственница.
Что?
Я открыла глаза и недовольно уставилась на него. Умеет же он испортить момент. Или просто отшутился, чтобы всё не зашло слишком далеко? Вот когда не надо, он джентльмен, посмотрите-ка на него.
— С каких пор это плохо? — процедила я сквозь зубы, отстраняясь.
— Ни с каких, — он немного отодвинулся. — Хотел тебя позлить.