Страница 20 из 62
Глава 12
Перемена
Демиан
Загородный дом графини оказался именно таким, как я и предполагал: вычурным, безвкусным и кричащим о богатстве, которого на самом деле не существовало. Мраморные колонны, позолоченные рамы, тяжёлые бархатные портьеры — всё это выглядело так, будто владелица пыталась компенсировать отсутствие души излишеством декора. Да и частенько этот декор распродавался на аукционах, чтобы покрыть её бесчисленные долги, если какой-нибудь дурачок-благодетель не расщедривался и не одаривал Вельму золотом из семейного бюджета.
Всю дорогу я думал о том, как докатился до жизни такой. Эва сидела напротив меня в карете и старательно делала вид, что меня не существует. Что ж, не могу её упрекать за это. Я то и дело поглядывал на её бледное лицо, на тени под глазами — она явно не спала прошлой ночью. Как и я, впрочем.
Известие о том, что Вельма ускоряет свадьбу, меня не удивило. Видимо, она решила снять сливки до того, как я по-настоящему заинтересуюсь Эвой. Стоит ли говорить, что она опоздала?
Тот маскарад стал для меня откровением. Когда Эва спросила о сестре, меня будто насквозь молнией прошибло. Моё прошлое, от которого я так старался оградиться, хлынуло в меня бешеным потоком, снося всё притворство.
Нет, я не стал праведником за один вечер — это невозможно для такой пропащей души, как я. Но вот желание использовать эту невинную пташку таяло с каждой минутой. Чем я думал, когда хотел отнять у неё то, что мне не принадлежит? Чем я лучше графини в таком случае?
Кстати, о ней. Весь путь до загородного дома она щебетала о предстоящей свадьбе, о том, как чудесно мы заживём одной семьёй, будто и вправду в это верила. Я слушал вполуха, но краем глаза отмечал, как при этих словах Эва вздрагивала и сжимала пальцы в кулак.
Каково ей быть пешкой в руках более опытной женщины, познавшей порок раньше, чем добродетель? В эту минуту я вспомнил самого себя, юного и наивного. Так я, должно быть, выглядел, когда Кристофер окунул меня в помойную яму своего обмана. А теперь я встал на его место, протянув руки к этой прекрасной леди.
Меня не жалко, я ведь мужчина, сам виноват, что доверился, вот и расплачиваюсь. Но Эва — девушка. Наш мир для них куда более жестокий, чем для мужчин.
Как же душит осознание собственной ничтожности.
Мы прибыли ближе к вечеру. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона, которые так шли этому проклятому месту. Малочисленные слуги выбежали встречать нас, суетясь вокруг багажа и приветствуя графиню с подобострастными улыбками. Ведь её приезд означал, что эти бедняги получат хоть немного монет, чтобы прокормить семью. Вряд ли Вельма платила им исправно и как полагается.
Я протянул руку, чтобы помочь Эве выбраться из кареты, но она вышла сама, даже не взглянув на меня. Гордая. Значит, не всё потеряно — будет бороться до конца.
Ужин прошёл в томительном напряжении. Вельма то и дело прикасалась ко мне, поглаживала мою руку, заглядывала в глаза с таким откровенным вожделением, что меня мутило. Эва сидела напротив и смотрела в тарелку, не притронувшись к еде. И за что ей всё это? И с каких пор меня так это волнует?
— Демиан, дорогой, ты сегодня какой-то задумчивый, — пропела Вельма, легонько царапнув своими когтями моё запястье. — Неужели так переживаешь из-за свадьбы? Не волнуйся, всё будет просто замечательно. Через две недели мы будем мужем и женой… ну, ты со своей женой, а я с Корвином.
Безумное создание.
Я выдавил из себя улыбку:
— Просто устал с дороги, графиня. Вы не против, если я поднимусь к себе пораньше? Вы же ждёте ещё гостей, не так ли? Думаю, они станут для вас куда более приятной компанией, чем я.
Она надула губы, но кивнула. В её глазах мелькнула досада — она явно рассчитывала на ночное продолжение. И явно придёт за ним, когда разъедутся её карточные «друзья». Вельма часто выезжала за город, чтобы устроить в своём особняке — единственном, что осталось от её наследства, — игорный дом. Я постоянно пропускал это потрясающее мероприятие, но не смог устоять в этот раз, когда она притащила с собой Эву.
Зачем она привезла её сюда, где будет столько мужчин, желающих позариться на красавицу? Как я когда-то.
Голова кругом от всего этого кошмара.
Поднявшись в свою комнату, я сел на край кровати и бездумно уставился в стену.
Я должен был радоваться. Всё шло по плану. Ещё немного — и я получу доступ к деньгам, связям, а там и информацию о Кристофере найти не составит труда. Я вот-вот доберусь до него и отомщу. Но почему же тогда внутри всё сжимается от отвращения?
Наверное потому, что я поступал с Эвой так, как Кристофер поступил с моей сестрой. Я настолько одержим им, что не заметил, как надел на себя его маску. Стал им.
Я провёл ладонью по лицу и тяжело вздохнул.
Может быть, стоит разорвать помолвку? Найти другой способ добраться до Кристофера? В конце концов, я всегда умел уходить, когда что-то становилось слишком сложным. Слишком запутанным. Слишком… личным.
Но если я уйду сейчас, Вельма сорвётся. Она разозлится и обязательно отыграется на Эве и её семье. Я знал эту женщину слишком хорошо. Она не прощала обид, особенно нанесённых мужчинами.
Значит, мне придётся взять весь удар на себя. Сделать так, чтобы Вельма поверила, что я просто отвлёкся на новую игрушку. Если графиня решит, что я надругался над Эвой, взял её силой, она начнёт мстить мне, а не им. Я стану мишенью. И тогда, возможно, Эва и её отец будут в безопасности.
Я сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.
Это был грязный, подлый план. Но другого у меня нет.
Я медленно поднялся с кровати и вышел в коридор. Снизу до второго этажа долетали тихие звуки музыки, шелест карт и пьяный смех — Вельма развлекала гостей, не обращая внимания ни на меня, ни на будущую падчерицу. Идеально. Но нам с Эвой придётся привлечь их к нашему маленькому спектаклю.
Бесшумно пройдя к комнате Эвы в конце коридора, я застыл у двери и прислушался к тишине внутри. Что я собирался сделать? Переступить последнюю черту?
Да.
Потому что выбора не было.
Я дёрнул за ручку двери и вошёл.
Эва сидела на кровати в ночной рубашке, поджав ноги к груди. Увидев меня, она вздрогнула и прижала ладонь к губам, чтобы не закричать. Умная, даже в такой непредвиденной ситуации.
— Что вы… — пролепетала она с ужасом. — Как вы посмели войти сюда⁈
Я приложил палец к губам, призывая её к тишине, и подошёл к кровати. Она отодвинулась к спинке, сжавшись в комок.