Страница 24 из 49
Глава 19
Алиса
Секьюрити быстро поздоровался со мной и стал объяснить правила проживания: любого гостя нужно регистрировать в целях безопасности, посещать спортзал можно круглосуточно, кроме тех часов, когда производят уборку. А еще у меня свое парковочное место, которым может воспользоваться гость. Все было четко и понятно.
Мы вышли на улицу.
Я села в машину. Первое мое свидание с «Порше» прошло неудачно, но ко второму я уже была готова, поэтому спокойно устроилась на сиденье.
— Спасибо за квартиру, — сказала я, как только машина покинула двор.
— Мне приятно, что в ней будет жить нормальный и красивый человек. Тебе очень идет этот наряд! Я тебя прежде тебя не видел в платье, только в джинсах, — усмехнулся Мэтью.
Я смутилась от его комплимента, потому что по интонации это был комплимент от мужчины, а не от друга или учителя.
— А ты где живешь?
— На Пальме.
— У тебя вилла?
— Нет. Квартира… Она немного больше той, в которой живешь ты, и вид там прекрасный…
— В этой квартире тоже хороший вид…
Мэтью славно улыбнулся. Была какая-то тайна в этой улыбке. Наверное, я сморозила глупость.
— Алиса, я забыл тебе сказать, что яхт-вечеринка в Абу-Даби… и…
Он не успел договорить, как я испуганно посмотрела на него и возмущенно воскликнула:
— Что?
Еще чего не хватало. Я не собиралась ехать в другой город. А тут… Я не знаю, почему так быстро пришла в гневное расположение духа, мои глаза сверкнули, а лоб наморщился.
Но парень попытался меня успокоить.
— Ты не беспокойся. Алиса, я заказал тебе отдельный номер в отеле, потому что мы не сможем приехать ночью в Дубай, а вернемся только завтра. Но если ты не захочешь остаться в отеле, я вызову такси или отправлю тебя домой с водителем… Договорились? Все будет, как ты захочешь…
Мэтью на минуту пожалел, что не предупредил меня заранее, так как планировал сделать приятный сюрприз. А вышло… Вышло все с каким-то странным подтекстом.
Я съежилась от происходящего. Что может подумать Пауло, если я проведу вечер и ночь с Мэтью — да еще и в другом городе, в одном отеле? Почему мужчины никогда не переживают за девушек⁈
— Кстати, завтра в Абу-Даби у нас важный турнир по гольфу. Я вас на него и приглашал… только Пауло занят теперь…
Мне показалось, что он нарочно тянул голос о том, что Пауло очень занят.
Я фыркнула с иронией:
— О-о… так турнир не в Дубае…
Я уже тысячу раз пожалела, что согласилась на вечеринку и гольф. Лучше бы я провела вечер с телевизором или книгой.
И вдруг перед моими глазами возникла сцена Пауло и его жены, как они мило беседуют, ужинают, а потом… Ревность сжала мое сердце сильной судорогой. Я почувствовала себя в который раз обманутой людьми, которым так доверяла по своей неосторожности. Почему все пытаются соврать мне? Даже Мэтью! Он же мог сразу сказать, где и когда будет проходить эта вечеринка? А не по факту, в машине, летящей на скорости по пустыне. Он же, конечно, не думает, что я вот так возьму и скажу — разворачивайся, я не хочу никуда. Мэтью прекрасно знает, что я доеду до конца и буду потом следовать за ним как подневольное домашнее животное. Мне стало противно. Ложь никогда не приносит хороших плодов.
До Абу-Даби ехать было меньше сорока минут. Прямая дорога через пустыню оказалась пуста, машины свободно развивали скорость до своего предела. Мэтью решил, наверное, показать весь свой потенциал или мастер-класс по вождению, но меня это только еще сильнее взбесило.
— Можно не так быстро, — настороженно проворчала я.
— Тебе не нравится?
— Нет… я боюсь… — честно призналась я и добавила: — Я хочу еще немного пожить в этом мире, а не в «том»!
Мэтью рассмеялся в голос на мои нелепые замечания, но все же постарался не превышать скорость выше ста тридцати. Я видела, как он себя периодически сдерживал и притормаживал, беспокойно поглядывая на меня.
По приезду мы сразу зарегистрировались, каждый в своих апартаментах. Мэтью попросил портье проводить меня в номер, и наши пути ненадолго разошлись.
Номер был одноместный, с большой кроватью и телевизором. Я прошла на балкон. Вид как всегда оказался хорош: под балконом располагался бассейн с террасой, а за ним начиналось поле для гольфа.
Я присела на стул, достала сигарету и закурила. Мне нравилось курить в одиночестве, когда никто не смотрит пытливым глазом, а так смотрят почти все мужчины, кроме Пауло. Его взгляд всегда скользил по человеку, но не останавливался дольше секунды. Ему нравились люди, но он никогда не нарушал их личного пространства и не заставлял смущаться от своего присутствия.
Через десять минут мы с Мэтью встретились в холле.
Мэтью вальяжно сидел в лобби в одиночестве на большом бордовом диване, обитом велюром, в окружении высоких красивых ваз с белыми пышными цветами. На парне была черная рубашка и белые брюки. На мгновение мне показалось, что он надел их специально — чтобы мы смотрелись красиво в паре: мое белое платье-футляр и его брюки такого же оттенка с черной рубашкой свободного кроя.
Мэтью не сразу увидел меня, но заметив, встал и приблизился:
— Подождем остальных здесь. Они тоже живут в этом отеле!
Ни о каких других людях, которых мы должны были ждать, я не знала, но кивнула в знак согласия.
Мэтью вернулся на свое место, принял ту же позу, что и до моего появления, и уставился в телефон. Я села в кресло напротив, смело закинула ногу на ногу, но опустила ноги ниже и в сторону, так они выглядят длиннее и подол платья не задирается выше колен. И стала осматривать гостей, проходивших через рамку досмотра.
Это был дорогой отель, имеющий много звезд. В холле суетилось много народа: люди прибывали и прибывали. И весь этот шум только из-за какого-то турнира по гольфу?
— Алиса, превосходно. У тебя будет завтра пропуск в нашу зону. Мой дядя нашел для тебя приглашение, — неожиданно воскликнул Мэтью торжествующе.
Я снова удивленно и растерянно посмотрела на него. Мне не нравилось, мне абсолютно не нравилось, что в этой стране за женщину все решали — куда она пойдет, куда не пойдет, какое платье наденет, и тому подобное. Чем дольше я находилась в этой стране, тем больше ощущала себя марионеткой в руках великих мужчин. Дух сопротивления уже появился во мне, призывая прекратить это давление, но разум тут же справился с ним — молодая леди, вы не в России!