Страница 91 из 126
Его придерживает конвойный.
Ошарашенно оборачиваюсь. Вот же живой был, бодрый! Развлекал меня полчаса назад.
— Епифанов, а ты чо грустный? Спать твёрдо? – стебет его какой-то мужик в пиджаке за столиком. Подпол тот, о котором он говорил?
Внезапно Витёк замирает и падает без сознания.
— Епифанов, ты чо мне тут? – поднимается растерянно подпол.
Дергаюсь рефлекторно в сторону Витька.
Мне мгновенно заламывают руку.
— Стоять!
— Сердце! Губы синие – это сердце! Я спасатель! МЧС. Пустите, надо качать, или может умереть.
— Скорую вызовем.
— Не дотянет!
— А ну-ка! Пусти этого мчсника, – распоряжается подпол.
Меня отпускают. Падаю на колени, начиная реанимацию. Пульса нет.
— Сломали ребра! – рявкаю я, добираясь до грудной клетки. – Конвой отпинал. Били через прокладку. Я уже видел такое. Гематомы внутренние, сверху не видно. Убили, короче, мудаки. Полчаса назад он был в порядке. Отвечаю.
— Ты это, спасатель, давай спасай! – скидывая пиджак, садится на колени рядом подполковник. – Чего делать, говори?
— Реанимацию немедленно! Долго не удержим.
Продолжаю качать, вдыхая в Витька кислород.
— Вы чо? – поднимает озверевший взгляд на растерянных конвойных подпол.
— Упал с лестницы, товарищ подполковник.
— Ну, блять, вы у меня тут всей сменой с лестницы упадете! Чо встали?!
Пока продавливаю грудную клетку, стараясь не порвать рёбрами ткани, подпол ловит мой взгляд.
— Дышит?
— Нет..
— Задышит?
— Не знаю. Работаем.
— Давай… давай… работай свою работу!
Напряженно качаю еще минут пять.
— Дышит! Застучал... Реанимация дальше.
Падаю рядом с ним утомленно на спину.
Улыбаюсь устало. Держу его за руку, щупаю пульс. Живой! Круто… Вот мой кайф.
— Ой, пиздец... – крутит в пальцах сигарету подпол. – Поседеешь с вами.
— Тихо, пульс слушаю. Может опять тормознуть.
Ждём скорую.
— Слышишь, спасатель, а ты чего тут чалишься?
— Я не в курсе... – вздыхаю я.
— Ну, это понятно. Все вы тут незаконно.
— Реально. Обвинения нет. Суда не было. Держат третьи сутки, ничего не говорят. Звонить не дают.
— Фамилия...
— Дозоров.
— Задержание подозреваемого по уголовной статье до избрания меры пресечения, Александр Михайлович, – комментирует мент. – Он человека ударил, тот в больничке.
— В каких обстоятельствах? – уточняет подполковник.
— Забрался ночью в мой дом. Да, я ударил. Но я же и вызвал скорую ему. Я не опасен, чтобы меня изолировать до избрания меры наказания.
— Суд разберётся.
— Близким хоть дайте сообщить!
— Близкие ваши, Дозоров, в курсе, вон передачи вам носят. А вы не берете.
— Это не близкие, – встаю с пола.
— Ладно, разберёмся, Дозоров, чо там у тебя за история, – обещает Александр Михайлович.
— У вас Саянов Никита работает, братишка мой. Сообщите ему, будьте добры, товарищ подполковник.
— Саянов?! Так это ж из моего отделения балбес. Ладно... будем спасать тебя, спасатель.
Ну неужели…