Страница 19 из 146
С поиском денег проблем не возникло. Его доля в лавке тестя давно уж стоила больше. Но Семён не собирался торговаться, он просто позвонил тому и предложил выкупить свою часть бизнеса за миллион или найти покупателя, с условием что деньги нужны сегодня. Тесть долго не думал, особенно узнав для чего нужны деньги и к вечеру того же дня, Семён обналичил их в местном отделении Имперского банка и отправил посыльного к бандитам с требованием привести сына к нему в гостиницу и забрать оговоренную сумму.
Но радость Семёна была не долгой. Они с сыном заказали еды в номер и за ужином, выпили по бокалу вина за освобождение сына от бандитов. И тут Семён почувствовал слабость и практически сразу же потерял сознание. Очнулся он, лежа на земле в лесу. Потянулся было к магии, но она не слушалась, на шее обнаружился антимагический ошейник, что используются в тюрьмах для содержания одарённых заключенных.
— Что, не получается? — услышал он насмешливый голос сына — Не старайся, ошейник качественный. Лучше вставай и копай себе могилу, — с этими словами ему бросили лопату, а четвёрка бандитов, стоящая рядом с сыном, расхохоталась.
Семён встал, взял лопату и задал только один вопрос.
— Почему?
— Почему⁈ — переспросил сын и лицо его перекосилось от злости — Да потому что, ты сдал меня деду идиоту, а потом и к этим садистам в училище. Потому что я не хотел быть военным! Я всегда хотел быть человеком удачи! И теперь моя мечта осуществилась! Я член банды Крутых! — На этих его словах все пятеро заулюлюкали и засвистели — А ты, ты не поймёшь и не оставишь меня в покое. Да и отцом ты мне не был. Я тебя видел несколько раз в жизни всего. Так извини, ничего личного, но тебе надо умереть.
Семён не ответил, и больше ничего не говорил, а стал молча капать яму, внимательно наблюдая за бандитами. Он не собирался просто дать, когда его убьют и выбирал момент для нападения. Если уж суждено умирать, так в бою. И он дождался. Внезапно в нескольких шагах он них открылся блуждающий портал и из него вывалилась женщина в обгоревшей и порванной одежде. Но при этом она прижимала к груди какой-то пучок травы, словно великую ценность. Семён бросился на бандитов, но не добежал. Один из них, то ли владел даром, то ли был самым подозрительным, но он обернулся на него в самый не подходящий и момент и не задумываясь выстрелил. Пуля попала Семёну в грудь, и он полетел в яму.
— Кончайте её, она маг! — Падая, услышал он крик полный ужаса одного из бандитов. Следом прозвучали выстрелы, а затем над его ямой полыхнуло пламя. Выстрелы сменились истошными криками, которые, впрочем, быстро стихли. Последнее, что он увидел перед тем, как потерять сознание это красивое, волевое лицо женщины с обеспокоенными глазами в которых медленно угасало пламя.
Очнулся Семён спустя три дня после ранения в домике, откуда они с Виктором ушли вчера. Бросив госпожу умирать одну. Он бы остался несмотря ни на что, но она до того, как посвятила его в планы, взяла с него клятву, что он выполнит всё, досконально. И нарушить клятву Семён не посмел.
Очнувшегося Семёна, его спасительница тут же взяла в оборот и стала расспрашивать о случившемся. Оказывается, она не решилась везти его в больницу, потому что опасалась за его жизнь. Раз уж бандиты хотели его убить, то наверняка бы добили в больнице. И она прооперировала его сама и ухаживала за ним эти трое суток.
Семён рассказал свою историю, ничего не утаивая. Когда женщина поняла, что убила его сына, она в ужасе закрыла лицо руками.
— Великий Спящий, что же я наделала! — воскликнула она, но Семён ей возразил, что тот человек, которого она убила был бандитом. Он хотел убить его, хотел убить её и он даже имени его не скажет. У него не было сына. Тогда же он решил больше никогда не произносить его имя и совсем забыть, что он был. Но вот, сегодня вспомнил. Но вспомнил из-за госпожи, вот её он любил и уважал всей душой. И Виктора он доведёт до лекаря и будет с ним рядом до смерти. Он обещал.
Стоит ли вспоминать, что в благодарность за спасение, а главное услышав историю спасительницы и её рода Семён присягнул Екатерине Андреевне на верность и стал доверенным её слугой. Ходил, например, с госпожой в порталы, за средствами, снимающими или хотя бы ослабляющими проклятья, как та трава, что она прижимала к груди вывалившись из мерцающего портала. Иногда нестабильные порталы начинали мерцать, то пропадая, то проявляясь вновь. Промежутки мерцания росли со временем и в итоге портал перемещался и стабилизировался в другом месте. Заходить в такие порталы решались или сумасшедшие или отчаявшиеся люди. Такие, например, которые очень хотели снять с внука неснимаемое, по мнению всех, кто его видел, проклятье.
Семён очень быстро стал незаменимым для Екатерины Андреевны. С его даром он быстро нашёл проход в Монголию и тайно проносил контрабандой оттуда запрещённые ингредиенты для зелий и ритуалов по снятию проклятий. Когда ему по делам рода пришла надобность часто посещать Рытвин, они с госпожой провели ритуал по коррекции внешности и голоса. В купе с усами, узнать его не смог бы и близкий товарищ. Бывая по делам в городе, он пару раз видел Крутого, но ничего не предпринимал. Госпожа запретила мстить сейчас.
— Мы обязательно отомстим, я помогу, а если нет, то Виктор. Но сейчас нам нужно снять проклятие. Это сейчас главное. Так что, прошу тебя, потерпи, — сказала тогда Екатерина Андреевна, и он пообещал. И сейчас, смотря на спящего Виктора, который только что отложил планшет и моментально уснул, Семён верил, он справится. Вернёт роду силу и вот тогда он отомстит. Ну либо умрёт в процессе, защищая своего молодого господина.
Я проснулся сам. Точнее меня разбудило осеннее, но от этого не менее яркое солнце, что вставало над красиво пожелтевшими деревьями. Ну здравствуй, солнышко, здравствуй новый день и здравствуй новый мир. Я чувствовал бодрость и ощущал радость жизни. Мне дали возможность прожить ещё одну жизнь, это просто прекрасно! А что касается проклятья в груди, которое я уже кстати стал ощущать, как какое-то чужеродное тело, оно не мешало, так, доставляло скорее просто дискомфорт, так я тоже верил, что меня призвали не просто так и у меня есть всё необходимое, чтобы убрать эту гадость.
Я повернулся к костру и понял, что спутники мои не спят. Ну Семён, понятно, он дежурил, а вот Настя на удивление уже была одета и сидела у костра пытаясь распутать свои длинные волосы. Видимо, расчески у Семёна в его бездонном рюкзаке не нашлось.