Страница 95 из 112
Первой являлось то, что девушка начинала вскипать от эмоций, а второе — то, что совсем скоро начнутся переговоры, на которых ему нужно присутствовать.
Напоследок он небрежно бросил через плечо и ухватился за дверную ручку:
— Невероятно, как много эмоций движет человеком.
— Ты когда-нибудь ревновал?
Мужчина замер.
Ревность..
Карлоса иногда наполняли болезненные чувства в его сердце, когда он наблюдал за матерью, что дарила свою любовь и ласку кому-либо, кроме него. Ему всегда было мало, а он ничего не мог с этим поделать. Он любил её, а она его, он знал это, и всё же внутренний эгоизм раздирал его душу. Было ли это чувство ревностью?
— Возможно.
Как только он согласился с Изелой, девушка дала неожиданный ответ:
— Ты слишком легко это признаешь.
— Это ты так расстроилась из-за того, что я могу любить и даже ревновать к другой женщине?
Карлос громко рассмеялся после столкновения с шокированными и растерянными глазами Изелы. Мужчина понимал, что его любовница всё не так поняла и приняла его любовь к матери за любовь к какой-то другой женщине, но он решил не объясняться.
— Я испортил тебе настроение?
— Наблюдать за ревностью Жака не так уж и плохо..
Девушка, казалось, очень разозлилась, поэтому начала испускать яд.
— Ты считаешь, что я не способен на искренние чувства?
— Мне обязательно отвечать?
Внук Императора Ферзена вздернул брови на обиженный ответ девушки. Он многое спускал ей с рук, так как девушка являлась его фавориткой в гареме, но сейчас её поведение и слова выводили его из себя.
Неуважение к Имперской Крови карается казнью либо рабством двух поколений, но он не хотел поступать так со своей любовницей. В конце концов, она была дочерью одной жэден*, что являлась близкой подругой его умершей матери. Карлос большую часть своего детства рос с этой девочкой, а когда его отец умер, то юноше пришлось уехать на обучение. Ведь он перенял от отца статус «Наследник Империи» и должен был в скором времени проявить себя. Доказать, что достоин.
— Я не думаю, что ты когда-либо так сильно ревновал, как я тебя, так что позволь мне сказать — это как будто что-то невидимое. И это невидимое нечто постоянно шепчет на ухо жестокие вещи.
Ферзенец не смог сдержаться и предупреждающе ухмыльнулся, сверкнув карими глазами.
— Ты с гордостью показываешься со мной на приемах в самых лучших шелках и драгоценностях, купаешься в моем внимании и благосклонности. Пользуешься моим авторитетом, всего не счесть, так что я не понимаю: почему ты вмешиваешься в мои любовные дела?
Говоря эти слова, мужчина медленно сокращал между ними расстояние и остановился напротив своей любовницы.
— Почему? Вмешиваюсь? — она издала резкий смешок, а её красивое лицо исказилось.
— Наложница — это всего лишь наложница, а императрица — это императрица.
Когда звук эхом разнесся по комнате, Изела застыла.
Зеленые глаза, казалось, стали стеклянными и пустыми, а в её голове засели его слова.
«Наложница — это всего лишь наложница..?».
Однако девушка понимала, что её господин прав.
Как бы она ни любила его, она останется наложницей. Её положение и жизнь зависят от непостоянных эмоций одного человека.
Несмотря на ясный голос, Изела выглядела несчастной. Она остановилась, глубоко вздохнула и положила руку на грудь:
— Просто наложница..?
Изела не решилась смириться с оскорблением. Она просто не могла принять правды, выбрав другой путь — самообмана.
— Ты стыдишься правды?
Лицо Карлоса впервые за долгое время источало искренние эмоции.
Обычно мужчина предпочитал маски, но теперь на лице читалась уверенность и жестокость.
Изель чувствует, что если продолжит так же яро пререкаться с этим темпераментным мужчиной, то он, не задумываясь, лишит её жизни.
— Даже если вы продолжаете смеяться, презирать и игнорировать мои чувства, я всё равно буду терпеть и добиваться вашей любви, господин..
По её щеке бежала одинокая слеза. Слеза страха, замаскированная под отчаянье.
— Ты, должно быть, очень высокого мнения о себе.
— Повелитель, но что мне делать, если я просто хочу вашей любви..
Отчаянно шептала Изель, устремив взгляд куда-то в пространство перед собой. Выдерживать на себе черноту мужских глаз она более не могла. Ей казалось, если она продолжит смотреть в эти бездны, они затянут её в свои глубины, поглотят, а она растворится в небытие.
— Твоя ценность существует только тогда, когда ты любима будущим императором.
После сказанных слов Карлос, будто хищник, медленно отстранился от своей добычи и грациозно скрылся за дверьми.
Зеленоглазая ферзенка осела на пол и обняла себя руками. Её кожа будто покрывалась инеем, а сердце медленно покрывалось паутиной трещин.
— Я не волновалась, пока ты не сказал мне об этом, Карлос..
Меланхолическое выражение появилось на её красивом лице.
Жэден — ферзенское обращение к госпоже или взрослой женщине, а также короткое обозначение статуса — хозяйка, в зависимости от того, кто использует это обращение, оно может менять значение.