Страница 60 из 63
К нам протиснулся отец Виталика и внимательно глянул на мою грудь.
— Папа? — сказал Виталик.
— Широков Николай Владимирович, — представился мужчина и протянул мне открытую ладонь. — Приятно пожать руку Герою Советского Союза и к тому же знакомой моего сына. — Он оглянулся на Виталика и кивнул: — Я не против.
— А я? — тут же заверещала Инга. — Как же я? Я не могу поехать. Мне нужно маму предупредить.
— Я зайду к Надежде Васильевне, — сказал Николай Владимирович, продолжая потряхивать мою руку. — Я уверен, она не откажет. Но ты ей позвони, как доберётесь до Кишинёва. И, кстати, а где они будут ночевать?
— У меня, — поспешила я успокоить.
Николай Владимирович наморщил нос и, оглядев нашу компанию, поинтересовался:
— Все?
Я тоже окинула взглядом комсомольцев. Пятнадцать человек точно не поместятся. Ну, в конце концов, можно будет остановиться в гостинице или…
Я глянула на классную.
— Тамара Афанасьевна, а первую ночь можно будет в школе всем остановиться, чтобы не шататься по ночному Кишинёву с чемоданами?
— В школе? — послышалось несколько голосов.
— Там ведь детская площадка и кровати стоят. Я думаю, с Пал Палычем можно договориться?
— Можно, — улыбнулась Тамара Афанасьевна, — конечно, можно.
— Ну вот и чудненько, — констатировала я.
— Но у меня с собой ничего нет запасного, — проговорила Инга, осматривая себя.
Платьице. Белые носочки и босоножки.
— Да ладно, — отмахнулась я, — с этим разберёмся.
— Ну тогда, наверное, да.
— Конечно, да, — сказала я. — Давайте в автобус, пока нас водитель не покусал, — и первой полезла внутрь.
А ещё подумала, что и сегодня у меня круглая дата. Ровно два месяца как я оказалась в СССР.