Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 65 из 67

Часть 21

Пять лет спустя

Брат рассказывал, что в Акадию ходил из Портленда маленький почтовый пакетбот. Но Куруфин ехал туда рейсовым пароходом, в каюте первого класса. Пассажиров на корабле было немало, и сейчас они толпились на палубе, ожидая высадки.

А на берегу светлели дома - едва ли не вдвое больше, чем в воспоминаниях брата. Новые гостевые дома поднимались вдоль берега и поодаль среди деревьев. У причала суетились люди, и совсем никак это не походило на малолюдный дикий угол мира.

И все же морской берег охватывал великолепный, такой суровый и грозный с виду еловый лес, вздымаясь холмами, и вдали раздвигала их плечами округлая гора с безлесной вершиной, сияющей под солнцем оттенками розового. И мерно шумело холодное море, для которого невелика разница между малым пакетботом и рейсовым пароходом.

Едва пароход причалил, часть пассажиров поспешила на берег. Мальчишки на пристани подхватывали их багаж и несли к домам: приезжие торопились первыми занять комнаты в домах и гостиницах.

Но Куруфину торопиться нужды не было – его ждали. Все было договорено по телеграфу.

Хозяин старейшей гостиницы поселка сам встретил его на пристани - невысокий, плотный джентльмен, которого Куруфин выхватил взглядом ещё с палубы. Кажется, мистер Аллен совсем не изменился за эти несколько лет, и можно было лишь порадоваться этой неизменности.

Аллен проводил гостя в угловую комнату второго этажа с окнами на море и сообщил, что именно ее занимал Карантир пять лет назад. Других свободных комнат в гостинице не было, ни в этом доме, ни в соседнем. В холле толпились люди, пахло табаком, хорошим кофе и свежей зеленью.

Карантир говорил, что мог бродить здесь целыми днями по холмам и склонам, не встречая никого. Похоже, теперь об этом можно было лишь мечтать.

Неудивительно, что он приезжал сюда лишь из чувства долга. Он принес сюда мир и покой - и вслед ему в этот мир ринулись множество чужих людей, чтобы насладиться этим покоем и этой красотой.

Какая насмешка.

Куруфин открыл окно и некоторое время смотрел на море и слушал шум волн, который охватывал весь дом, заглушая голоса в холле гостинице.

Потом он достал из чемодана небольшой свёрток, прикрыл окно и спустился в поселок.

Поселок действительно разросся. Возле старых домов, у дороги вглубь острова, словно отодвигая собой новые постройки, простирался открытый участок земли с гранитным камнем посередине. Здесь зеленела пышная, нетоптанная трава. "На этом месте будет построена церковь прихода Святой Марии у моря", - сообщала надпись на камне. А немного дальше стоял новенький деревянный указатель: "Береговая тропа".

Да, подумал он, именно туда.

И все же не так печально все оказалось. Возле поселка в лесу и на тропах ему в самом деле встретились гуляющие, но но стоило отойти подальше – и люди исчезли. Лишь один художник встретился Куруфину после этого - он стоял у поворота, с которого открывался панорамный вид на море, делал торопливые карандашные наброски в альбоме, прямо на ходу, перебираясь с камня на камень. Куруфин даже остановился и присмотрелся, но нет, на описание этот человек не походил. А дальше тропа сделалась безлюдной.

Путь займет четыре с лишним часа или немного больше при дожде, говорил Карантир. Куруфин прошел его за три с половиной.

Расчищенная, нахоженная тропа вела его, то уводя на гранитные холмы в лес, то спускаясь обратно к морю и ведя вдоль скалистого обрыва. Холмы уходили в море, поднимаясь лесистыми островами из темной воды. Холодные волны просвечивали, как бериллы и аквамарины. Огромные розовые валуны гранита погружались в прибой. В дождь и в туман они, наверное, станут призрачными и лёгкими, словно граница яви и той стороны, но сейчас яркий солнечный свет придавал им неумолимую реальность.

Табличка "Гомстед Питера и Мари Росс. Прохода нет. Частная собственность" нашлась у очередного маленького перекрестка, и Куруфин свернул.

Тропинка разветвилась, левая повела по склону вдоль берега, взобралась повыше, и вдруг ели расступились и открылась зелёная поляна. Из травы поднимался дом - сложенный из грубого камня и с лёгкой террасой на столбах вдоль передней стены, как обычно в этих местах.

В стороне у мольберта стоял молодой человек и сосредоточенно работал. На его холсте уже проступали очертания леса и моря.

А на террасе в кресле сидела темноволосая девушка, и её он узнал сразу. Она шила и напевала, игла мелькала в тонких пальцах.

И свет иначе играл на ее волосах.

- Доброго дня, мистер Куруфин, - сказала Мари, улыбаясь.

...Питер выпил с ними чаю по случаю знакомства, извинился и поспешил к своему мольберту - не хотел упускать дневной свет.

- Мой брат просит прощения, что не приехал на вашу свадьбу, - сказал Куруфин после небольшого молчания. - Он передает, что очень рад, что ваш союз состоялся.

Карантиру пришлось кое-чем пожертвовать, чтобы Куруфин согласился передать его извинения, но об этом говорить не стоило.

- Мне жаль. Я отправила ему приглашение и надеялась его увидеть.

- У него были важные дела.

- Конечно, важные. Я его прощаю. Он ведь не давал слова быть на празднике.

- Он держит свое слово.

- Я знаю. Но просить помощи не было нужды. Мы добрые соседи с общиной Джозефа. Они тоже держат слово.

- А остальные?

- Все хорошо, - улыбнулась она. - Рыбаки и их гости нас не боятся - да и что нам делить? Море? Мы дружим с семьёй Керри, а их уважают на всем побережье. Они живут вместе в Доме на холме – капитан, его жена Ребекка, и дети, и Рэйчел… Мы ездим к ним в гости иногда. У них все хорошо и будет хорошо, и дом наших друзей не трогают бури, и капитан ходит вдоль берега, под всеми взглядами, и его плаванья будут успешны, и его корабль не сядет на мель. Знаешь, брат Карантира, на остров даже вернулись несколько индейских семей, на свои стоянки по ту сторону горы. Они говорят, что снова могут здесь дышать.

- А туристы вас не беспокоят?

- Они побудут и уедут. И знаешь... Мальчишка Томас хочет тоже построить гостиницу. Карантир всегда спрашивал о нем. А Томас так боится его...

- Ваши старшие, - сказал Куруфин. - Как они теперь живут?

- Они построили большой круг, и теперь их никто не побеспокоит - там, внутри. Эван с ними. У них много места, и здесь они почти не появляются.

- Значит, тебе точно некого бояться? - спросил он.

Мари улыбнулась.